Он осторожно охватил ее запястье и рассматривал произведение Георга.

— Хочешь услышать правду? — она откинула голову назад, чтобы иметь возможность рассмотреть его. — Если бы тебя там не было, и ты не держал меня за руку, я бы струсила.

Том засмеялся.

— Серьезно?

Нина кивнула и придвинулась ближе к его лицу:

— Спасибо, — прошептала она и поцеловала его в щеку.

Его объятие стало крепче, и парень удерживал девушку в таком положении. Большим пальцем он нежно провел по ее шраму под глазом, и его взгляд требовал гораздо большего, чем поцелуй в щеку. Приятное возбуждение поползло вверх по ее шее, и Нина подняла руку, чтобы коснуться волос Тома. «На ощупь они мягче», — подумала она. Он наклонился к ней ниже и кончики его волос защекотали её руку, вызывая приятное покалывание. Парень уткнулся носом в нее.

В ожидании, Нина закрыла глаза, слегка приоткрыла рот и еле сдерживалась. Наконец, после мучительных миллисекунд девушка почувствовала его губы на своих. Сначала он касался их очень легко, почти так, как будто она могла разбиться. Потом Том стал решительнее, прижался к ее рту и царапал щетиной чувствительную кожу. Наконец, девушка смело провела кончиком языка по его нижней губе, будто бы хотела попробовать его и сильнее почувствовать. Гораздо сильнее!


Глава 3

Нина снова плотно сжала губы от боли, и попыталась вырвать свою руку из твердой хватки Тома. Однако он не проявлял милосердия. Парень тщательно промокал мягким одноразовым полотенцем ее подсыхающее предплечье. Она мгновенно расслабилась, когда он отложил в сторону платок и выудил из складок спального мешка мазь с календулой. Теперь должна была последовать приятная часть. Парень выдавил себе на палец каплю мази, величиной с горошину, и осторожно распределил массу по свежей татуировке. Даже если она и болела в некоторых местах, девушка наслаждалась его прикосновениями. Вообще ей было не достаточно этого, и она не желала получить ничего более того, чтобы Том никогда не переставал прикасаться к ней. И лучше всего везде!

Парень провел ночь в ее палатке, с ней вместе в спальном мешке. Тесно прижавшись. Все же, это уже было что-то. Еще они обменялись несколькими более горячими поцелуями и не совсем, так или иначе, скромными прикосновениями, но больше ничего. К ее огромному разочарованию. Сегодня был последний клубный день и это был последний шанс Нины, чтобы приблизиться к нему. Уже завтра она должна была вернуться в студенческое общежитие. Впереди был еще целый год, прежде чем Нина закончит обучение. И ей было понятно, что она увидит его снова совсем не скоро.

Легкими движениями Том распределил остатки бархатистого крема на контур гитары.

— Ещё никогда не позволял кому-нибудь колоть один из моих рисунков.

— В самом деле? Даже сам себе?

Он только покачал головой.

— Мои татуировки – обе от Георга. Я нахожу довольно сумасшедшим, что ты носишь мой рисунок на своем плече.

— Ну, да? — Нина пожала плечами. — Но вообще-то у меня уже есть твой шрам на лице.

Свое воспоминание об их первой встрече он озвучил ворчливым брюзжанием.

Боже мой, как долго ты еще хочешь заставлять его жалеть о случившемся? Нина решила это игнорировать. Если проблема и была, то явно у него. Для нее все было в порядке, в конце концов, она видела эти маленькие зажившие шрамы каждый день в зеркале. Кое-что другое парило перед ней в этот вечер и после последней ночи воздержания, девушка должна была добиться своей цели. Её пальцы стали очерчивать частичный контур дракона, который извивался из-под рукава его футболки.

Уголки рта Тома приподнялись вверх, и парень закрыл глаза, когда она проследовала своими кончиками пальцев под ткань, поднимаясь до его плеча. Другой рукой девушка проводила по груди Тома, выше к шее. Потом Нина положила свои пальцы на его затылок, и он охотно наклонился к ней, в глубоком поцелуе. Руками парень обнял ее за верхнюю часть тела, и она потянула его с собой на спальный мешок. Поцелуй становился все интенсивнее и более требовательным. Нина жадно глотала воздух, когда парень оторвался от ее губ и скользнул губами от подбородка к шее.

— Я хочу переспать с тобой, Том, — прошептала она.

Он остановился и приподнялся над ней. Его глаза пылали, и девушка плавилась под этим горящим взглядом. Боже, она была так влюблена в этого парня!

— Нина, — хрипло шепнул он, и по ее спине прошла страстная дрожь. — Мы не можем, у меня нет презерватива.

— Если дело только за этим, — Нина улыбнулась и притянула к себе из правого угла палатки рюкзак. Указательным и средним пальцами она немного неловко расстегнула молнию и вытащила пачку презервативов. — Тебе хватит? — спросила девушка нарочито наивно, что вызвало у него смех.

Том взял маленькую картонную упаковку у нее из рук и добросовестно поместил прямо рядом с их туристическим ковриком. Потом он развернулся к ней и посмотрел девушке в лицо. Парень пальцем провел по ее шраму, скользнул по щеке, затем обвел контур губ.

— Ты безумно красивая, знаешь об этом?

Ее лицо снова неожиданно покраснело.

— И сейчас еще намного больше.

Он улыбнулся и наклонился к ней вниз, прижав свои губы к ее. Мучительно медленно его рука скользила вниз по телу Нины до края рубашки.

Нина задрожала, когда Том положил свою руку на ее обнаженную талию и затем волнующе кружил по животу. Из нее вырвался первый отчетливый стон, и она тоже начала гладить его тело под футболкой. Девушка не долго церемонилась, и провела руками вдоль мужского тела и потянула свою рубашку вверх, снимая через голову. Его не надо было долго упрашивать. Том быстро стянул с девушки мешающую ткань. Он взволнованно рассматривал ее тело и тяжело дышал.

— Так красиво..., — он поцеловал ее в шею. — Так непостижимо красивая...

Новые потоки экстаза прошли сквозь ее тело, и Нина едва сдерживалась. Она устремилась навстречу парню, выгнулась под его прикосновениями и находилась в состоянии невесомости. Парила далеко в другом мире. В чудесном Нина-и-Том-мире, который принадлежал только ей и ему. И никому другому. Не было никакой затхлой палатки, никаких громыхающих банок с пивом, никакой горланящей толпы, пробегающей мимо палатки... Только он, только его прикосновения, только его поцелуи.

— Ох, Том.

Его эрекция прижималась к ее бедру, отчего у девушки кружилась голова. Она должна ему это сказать. Лучше сразу, а не позже. Будет лучше, если он будет об этом знать. Девушка испугалась, что парень может быть слишком грубым.

— Я должна сказать тебе, — она старалась сформулировать более-менее ясно свои слова.

— Ммм... — Он снова продвинулся по ней вверх и ласкал подбородок Нины, прежде чем прервался и внимательно посмотрел на девушку.

Лицо Нины стало пунцовым и неожиданно ей стало стыдно за свое состояние, что она до сих пор ничего не предприняла по этому поводу.

— Я еще не... — Она собрала все мужество, которым был пропитан воздух в палатке — Том, я еще девственница.

— Что? — тот испуганно выпрямился, на его лице появилась паника. — Нина! Так не пойдет... я не могу...

— Не представляй сейчас это себе так, я не инопланетянка, — она села и строго на него посмотрела. — В чем сейчас твоя проблема?

— Моя проблема? — парень провел рукой по своим волосам. — Нина, ты еще девственница! Все же ты плохо меня знаешь. Я не могу быть первым мужчиной, с которым ты спишь. Это должен быть кто-то особенный. Ты понимаешь? — он отвел от нее взгляд и уставился в оранжевую стену палатки.

— Но я все-таки этого хочу, — надулась она.

— Не будь наивной, Нина.

Его тон был решительным, Том по-прежнему избегал смотреть на нее.

— Ок, — теперь она стояла перед ним на коленях. — Ты не считаешь себя достаточно достойным, чтобы лишить меня девственности? Теперь я объясню тебе кое-что, — девушка положила свою руку на его плечо, и ему пришлось посмотреть на нее, когда девушка с ним заговорила. — Это каждый день напоминает мне о тебе, — Нина решительно показала на шрам под своим глазом. Потом выставила вперед плечо с нанесенной татуировкой. — И ты придумал мою татуировку, — она взяла руками его лицо и решительно посмотрела в глаза. — Независимо от того, что с нами будет, я всегда буду помнить о тебе оставшуюся часть своей жизни. Ты – часть ее, хочешь ты этого или нет. Для тебя этого достаточно? — она глубоко вздохнула, когда закончила свою речь.

— Я не хочу сделать тебе больно, — тихо сказал Том.

Нина спокойно покачала головой и уселась ему на колени.

— Я знаю, — прошептала она.

Том переводил взгляд от ее шеи к груди. Он глубоко вдохнул воздух и задрожал верхней частью тела. Все же, кажется, парень, как всегда, боролся с собой. Нине не оставалось ничего другого. В конце концов, ей нужно применить все женские хитрости, чтобы его убедить. Девушка решительно потянулась за спину, расстегнула лифчик и позволила бретелькам плавно соскользнуть со своих рук. Она сидела на мужских коленях с обнаженной грудью и предлагала Тому себя по доброй воле. Девушка взяла его руку и провела по своей груди, она прижимала ее до тех пор, пока он сам не обхватил своими пальцами мягкую округлость.

— Боже, Нина, — простонал он. — Что ты со мной делаешь?

— Пожалуйста, Том, будь моим первым. Пожалуйста...

Парень позволил, чтобы она его снова поцеловала. Но жадность и неудержимое влечение исчезли, вместо этого ее рот испытал невероятную нежность. Том нежно проводил своими руками по ее декольте, плечам и лопаткам. Наконец, он снова крепко прижал девушку к себе и как ценное, хрупкое сокровище поместил на спальный мешок. Том был прямо на ней, прерывая поцелуй только через некоторое время, чтобы переместиться губами к груди Нины. Он медленно водил своими пальцами по её груди, постепенно приближаясь к соскам, пока там и не остановился. Затем их место занял его язык, и парень нежно посасывал девичью кожу и соски. Теперь, когда Том знал о ее девственности, он был еще заботливее и при каждом новом прикосновении бросал на Нину внимательный взгляд. Он действительно не хотел делать ей больно и, да, так как она и хотела в свой первый раз. С кем-то, кто был бы также нежен как Том.