– A здесь с тобой не уживаюсь я, – постаралась прекратить разговор Лера.

Но не тут-то было. Ольга не намерена была замечать в начальнице каких-либо перемен и гнула свою линию.

– Нет уж, погоди. Ты мне объясни, отчего это ты столько времени уживалась, а сейчас тебя как муха укусила?! Расскажи… Хотя не надо, я и сама понимаю. Все из-за этого Кукушкина, пропади он пропадом!.. – расстроенно махнула рукой Ольга и уселась на кровать к Лере. – Ну хорошо… Да… У нас с ним были… кое-какие отношения… Он тебе просил не говорить, ну… сама понимаешь… A то ты ж его выставишь на фиг, и дело с концом, а куда ему? Тоже – ни ума, ни совести. A если у вас роман образуется, так вроде бы и складно все получается. И тебе хорошо, и он весь в шоколаде… A уж кто там у него на вторых ролях или на первых… Ой, Лера, да разве это так важно? Главное – быть люби-и-имой! Но… если ты так принципиально ставишь вопрос… то все, я с ним больше ни-ни! На порог не пущу! И… и знаешь, Лера, увольняй его, ко всем чертям! Мы себе другого найдем, правда же? A сами будем потихоньку работать, будем…

– Нет, Оленька, – покачала головой Лера. – Ты не горячись, будь любимой… я не знаю, чьей, а вот с работой вам придется расстаться обоим. Мне нужны кадры. Нормальные рабочие кадры. A то я тут посмотрела – народу уйма, а работать неко…

– Ну уж дудки! – вскочила Ольга. – Я просто так от тебя не отстану! Я… Я еще и тебя выживу, чтоб ты знала! Меня уволить?! Ха! Да у тебя сил не хватит!

– Вот поэтому я и приглашаю нового директора, – снова постаралась улыбнуться Лера.

– Да мы твоего директора знаешь куда… – начала было Ольга, но дверь распахнулась, и появилась Анфиска со стаканом в руке.

– Тетя Лера, вам пора таблетку пить и отдыхать, – потом девчонка недружелюбно взглянула на Ольгу (видимо, Ольгины крики были слышны далеко за пределами спальни) и пробубнила: – К нам сейчас врач придет и будет ругаться, что у заразной больной гости.

– Чего-о-о? – скривилась Ольга. Но потом до нее дошел смысл сказанного. – У заразной? Так ты еще и заразная?!

Лера кивнула и старательно закашлялась. Этого Ольга вытерпеть уже никак не могла. Пулей она вылетела из спальни, на ходу проклиная всю рабочую деятельность Леры, а также ее личную жизнь.

– Спасибо, Анфиса, – взяла из рук девчонки стакан Лера. – Никак не могла ее выпроводить.

– Да уж… – шмыгнула носом Анфиска. – Разболтали вы свой коллектив… С дисциплиной у вас беда полная.

– Ну ничего, – махнула рукой Лера. – Сейчас подлечусь, найду хорошего директора, он их быстро на место поставит.

– Ну да, ну да… – покивала Анфиска и вдруг выдала: – Только пока вы хорошего-то директора найдете, они вам всю фирму развалят. Самой вам надо.

– Как это? – не сразу сообразила Лера. – Чего это самой? Ты видела, какие они зубастые? Они ж… Нет. Я с ними не справлюсь. Я лучше найду кого-нибудь.

– Ой, ну мама! И чего ты боишься? – подал голос ее собственный сынок, которого в школе не бил только ленивый. – Зубастые! Ты тоже зубы отрасти! Поду-умаешь!

– И чего отращивать? – пожала плечами Анфиска. – Не выполняют свою работу – уволили, и все! И пусть потом ходят, кричат, вы охранника вызовите, и все. Он их в два счета выставит. A стоит охранник дешевле, чем хороший директор.

Лера усмехнулась. A ведь не глупые вещи детки-то говорят. И в самом деле, надо самой за дело браться. С чего это она вдруг решила подарить свое детище всяким Ольгам да каким-то Кукушкиным? Ничего подобного!

– Вадька, где у нас ручка и листок какой-нибудь? – спросила мать. – У тебя тетрадка чистая есть? Неси.

– Вы ж отдыхать должны, – напомнила Анфиска.

– Я и буду отдыхать… A работать я начну завтра, – ответила Лера и прищурилась. – Ох, как же я завтра начну работать!

Ее новый настрой очень радовал саму Леру. Только б хватило уверенности. Ведь сколько раз она обещала сама себе, что наведет в фирме порядок, что не будет терпеть захребетников, но стоило только встретиться с ними глаза в глаза, и вся решимость куда-то улетучивалась. Но сегодня она вдруг поняла – сейчас получится. И вроде бы ничего не изменилось, ничего не стряслось, а вот просто… Просто получится, и все. И не только на работе, но и в личной жизни все устроится. Она теперь не просто надеялась, она это знала твердо.

Вечером ее ждал еще один сюрприз.

Лера не слышала, как звенел звонок, не слышала, кто открывал двери – так была занята своей тетрадкой, в которой подробно расписывала все рабочие перестановки.

Когда распахнулась дверь в спальню, Лера даже вздрогнула.

На пороге стояла моложавая женщина лет пятидесяти пяти, в чудесном пальто, с прекрасной прической и умелым макияжем. A возле нее скакала Анфиска и хватала руку женщины.

– Здравствуйте, – с интересом взглянула на Леру женщина. – Меня зовут Татьяна Николаевна.

– Очень приятно, – растерянно пробормотала Лера и тут же шикнула на девчонку: – Анфиса, ну что ты женщину беспокоишь?

– Это не женщина! – весело заявила Анфиска. – Это моя бабушка Таня! Она из санатория приехала! Только что! A должна была еще месяц назад вернуться! Баб! У тебя появился новый хахаль?

– Анфиса! – в голос охнули обе женщины.

– Вадик! – крикнула Лера, хотя кричать и не надо было, сын радостно топтался здесь же. – Идите с Анфисой… поиграйте, я там новые игры компьютерные купила, идите.

– Да вот, – развела руками Татьяна Николаевна, когда ребята выбежали из комнаты. – Я бабушка этой егозы. И… и да! У меня опять случился роман. Но… я сейчас не об этом. Я к вам прибыла в качестве скорой помощи.

– А… спасибо, мне уже таблетки давали, – улыбнулась Лера. Ей было интересно разглядывать эту приятную женщину, которая была не только Анфискиной бабушкой, но и мамой Глеба Каратова.

– Вы меня не совсем верно поняли… Вадим! Принесите мне, пожалуйста, стул! Мне неловко говорить с больным человеком стоя.

Лера тут же подскочила с кровати.

– Да что вы! Я не настолько больна! Честное слово! И… знаете что, пойдемте пить чай!

– Конечно! – тут же согласилась Татьяна Николаевна. – На кухне! Не люблю напыщенности. Да к тому же мне надо знать, где у вас что лежит.

Лера еще толком ничего не понимала, но этой гостье она была рада. Неизвестно почему, но вот рада, и все тут!

– Вот, это наша кухня, – провела она гостью и усадила за стол. – Вам какой чай? Черный? Зеленый?

– Мне бы кофе, если можно, – скромно потупилась Татьяна Николаевна и тут же фыркнула совсем как девчонка: – Все говорят, что много кофе пить вредно, а я просто никак не могу отказать себе. Такая слабая женщина!

И она так хитро взглянула на Леру, что та сразу сообразила – о слабости эта женщина знает лишь понаслышке.

– Я вам обрисую цель своего прихода, – начала Татьяна Николаевна, как только перед ней появилась чашка кофе со сливками. – Мне говорил Глеб, что у вас некоторые временные затруднения. В плане мальчика.

– Да что вы! – охнула Лера. – Он у меня абсолютно замечательный ребенок!

– Я не спорю, но и с самым замечательным ребенком в его возрасте должен кто-то находиться, не так ли? Хотя бы для того, чтобы вовремя разогреть ему тарелку супа. Я уж не говорю, что этот суп ему бы желательно еще и сварить.

– Это да… – поникла головой Лера. – У нас жила бабушка, но она как-то… как-то скоропостижно… уехала. Она, конечно, скоро вернется. Но…

– Меня уже немножко ввели в курс дела, поэтому… Поэтому с вашим Вадимом буду находиться я. Глеб сказал, моя помощь потребуется всего лишь месяц.

– Месяц? – не поняла Лера. – A потом? Потом вы уйдете?

– A потом, как сказал Глеб, вы сами научитесь обходиться без посторонней помощи.

Лера хотела скрыть улыбку, но не могла. Глеб сказал… Мало того что он ее тут выхаживал, когда она больная валялась, так он еще и после о ней беспокоился. Матери звонил… И ведь не забыл же! И ничего, что у него жена, он же о ней беспокоился просто так, по-дружески, а не…

– Да-да, конечно, – очнулась от своих мыслей. – Через месяц я обязательно научусь. И… в крайнем случае, к нам все равно вернется Мария Никитична.

– Крайних случаев здесь быть не должно, – не согласилась Татьяна Николаевна. – Мы что с вами, на передовой? Какие еще крайние случаи? Дом должен быть крепостью, в которую войны не допускаются… Только, Лера… вы мне позволите вас так называть?

– Да-да, конечно!

– Только, Лера, мне придется сидеть не только с Вадимом, но и с моей внучкой. Но я думаю, это нам не помешает.

– Нет, что вы! Конечно же, не помешает! Они так славно дружат! – вытаращила глаза Лера, чувствуя, как по щекам разливается краска стыда. Еще совсем недавно она упрашивала Глеба, чтобы он свою дочь держал от Вадика подальше. – Обязательно с Анфисой! Она удивительно влияет на моего Вадика!

A потом они обговорили условия, на которых Татьяна Николаевна будет работать, и даже зарплату. Женщина не стала ломаться и отказываться, она, как и Лера, считала, что это справедливо. A дальше Татьяна Николаевна рассказывала о себе, так, немножко, но Лера ловила каждое слово… Особенно когда речь шла о Глебе. Нет, у нее, конечно же, не возникло к нему никаких чувств – с чего бы? Она и видела-то его всего один раз!.. Нет, чуть больше, но те разы она не считает. Там был совсем другой, незнакомый Глеб и совсем другая Лера. Ей просто… просто было интересно, с кем же она завтра оставит своего сына. Вот и все. Ничего личного.

– Я очень рада, – проговорила Лера, когда кофе у Татьяны Николаевны закончился. – Когда вы приступаете к работе?

– Позвольте! Но я уже приступила! – тряхнула ухоженными волосами бабушка Анфисы. – Сейчас вы мне выдадите деньги, и я отправлюсь в магазин. Этих сорванцов я заберу с собой, и мы будем гулять полтора часа. Детям нужен свежий воздух, а маме – час в одиночестве. Я знаю, как нам, женщинам, нужны эти минутки тишины… И, кстати, как вы относитесь к грибному супу? Я думаю, на завтра я сварю именно его. A вот сегодня вечером будет курица. Если вы не возражаете. С овощами. Вы любите тушеную капусту?