— Что ж, сожалею, — шепнул он.

— Сожалеешь?

— Ты ничего не испортила. Ты по-прежнему совершенно идеальна.

Он улыбнулся, и меня захлестнуло облегчение. Я волновалась, но мне не стоило. Вейл — последний мужчина на планете, который стал бы меня осуждать. От этой мысли моё сердце разбухло до таких размеров, что мне показалось, будто оно сейчас вырвется из груди.

Склонив голову, Вейл продолжил своё поклонение, двигаясь всё ниже... и ниже.

Теперь, связанная, я чувствовала, как всё моё тело реагирует лёгкой дрожью предвкушения. От каждого прикосновения руки Вейла на коже проступали мурашки. Воздух становился холоднее, но я сгорала изнутри.

— Джессика?

— Возьми меня.

Я больше не могла терпеть. Он нужен мне. Вейл наклонился, но вместо того, чтобы снять с себя вещи, он скользнул между моих бёдер. Тихий вскрик сорвался с моих уст, когда он раздвинул мои бёдра своими мощными руками. Господи.

Он приковал мои бёдра к тонкой подкладке и выдохнул напротив. Я содрогнулась, нервы оголились от желания во всех направлениях. Его рот находился всего в дюйме от гладких складок — всего в дюйме, — и всё же казался таким далёким.

Я не могла этого вынести, не могла. Изогнулась навстречу и почувствовала, как его руки прижали меня сильнее. Мои запястья бестолково натянули верёвку, держащую руки в ловушке над головой. И мучительная стрела желания пронзила моё тело.

Небо теперь было тёмным, и когда я подняла глаза к Вейлу, фонарь, светившийся за ним, сделал из его волос золотой нимб. Его лицо находилось в тени, но можно было сказать, что он улыбался.

Весь страх исчез, сменившись сильным желанием. Я нуждалась в его прикосновениях, и тихий стон покинул мои губы, когда он погладил по кругу мои ноги, вернувшись, чтобы вновь прижать меня. Затем наклонился ниже и лизнул между бёдер. Одного неторопливого, сильного движения языка оказалось достаточно, чтобы отправить спазмы от моего естества вниз к пальцам на ногах и вверх — на руках.

Я застонала.

— Тебе понравилось? — в его голосе была улыбка. Каждая частичка меня рвалась ему навстречу. Мне нужно больше.

— Вейл?

— Да?

— Возьми меня.

Это был приказ, который он определённо не исполнит, и хотя я и любила его за поддразнивания и за то, как он растягивал удовольствие, тут имело место и волнение, пришедшее после моих слов о том, что я принадлежу ему. Мне нужно, чтобы он взял меня, для этого надо молить его, а мольбы — это часть удовольствия.

Его язык скользнул вновь, на сей раз с ещё большим напором. Я задохнулась, хватая ртом солоноватый океанский воздух. Моя голова откинулась назад, где я могла видеть только яркие точки звёзд в выси, появляющиеся на темнеющем небе.

— Пожалуйста, — простонала я. — Ну пожалуйста, пожалуйста.

— Джессика, я хочу подготовить тебя для этого.

Всё моё тело было прижато к палубе, и пока его язык скользил по мне снова и снова, я обнаружила, что он подстроился под ритм океана. В то время, как океан поднимался под лодкой, мы слабо раскачивались взад-вперёд. И с каждым качком, его язык проскальзывал всё глубже и глубже в меня.

Ноги сжались вместе, крепко обнимая его тело, жаждая, чтобы он сделал больше. Мне было нужно больше — больше напора. Я не могла вынести его нежности.

— А теперь? — осведомился он. Вопрос сам по себе был подтруниванием. Я наклонила голову набок, чтобы посмотреть на него.

— Я твоя.

Этого было достаточно. Только это ему и нужно было. Вейл сорвал со своего тела одежду, и я смотрела на его силуэт, пока он раздевался. Его мускулы были широкими, натянутыми под кожей, а по краям шрама сиял свет. Он вновь опустился между моих ног, раздвинув своими мощными бёдрами мои. Я сомкнула их, но теперь мне не составило труда открыться его прикосновению. Он мог делать со мной всё что-угодно — лишь бы только дал мне то, ради чего я здесь.

Как будто прочитав мои мысли, он улыбнулся. Я видела только неясный изгиб его губ в нескольких дюймах от моих. Он провёл пальцами по моим волосам, потом обхватил затылок. Слегка приподнял меня, и в тот же миг, как его губы встретились с моими, я почувствовала, как он проник в меня.

Никогда прежде я не чувствовала ничего похожего. Его член был такой толстый, такой твёрдый. Я не представляла, как моё тело приняло бы его. Оно туго сжалось, когда Вейл толкнулся в меня. На одну невообразимо замечательную секунду я перестала дышать. Мне и не нужно было. Всё, что мне требовалось — его тело и моё, теперь слитые воедино.

Затем он чуть сдвинулся, отстраняясь от меня, и болезненная пустота, которую я чувствовала, выразилась рыком, вырвавшимся из горла. Мне хотелось говорить, но я не могла.

Не останавливайся.

Настойчивое желание, бьющееся в моём теле, вынудило меня выгнуть бёдра навстречу ему. Резкая боль поразила меня, когда он подался вперёд, но потом её заслонил трепет удовольствия, когда моё тело сжалось вокруг его толстого члена.

— Джесс...

— Да, — задохнулась я.

Да. Вот, чего я хотела. Этого — веревки на запястьях, давления его рук на моих бёдрах, а теперь и его член глубоко во мне, заполняющий меня так, как я никогда не могла и помыслить.

Он качнулся вперёд, и я вздрогнула. Глубинное удовольствие омыло меня. Это была тёмная, ужасная потребность, которая только начинала удовлетворяться. Я ощутила, как он отодвинулся, скользнул между моих бёдер, а потом толкнулся глубже. Я вскрикнула, беспомощно лежа под ним, не в силах сделать ничего, кроме как наскрести воздух для следующего вдоха. Волны разбивались о борт корпуса, и я схватилась за верёвку, связующую оба моих запястья вместе, пытаясь и самой на разлететься на осколки.

Пружина в моём теле натянулась так туго, словно лишившись контроля. Он вбивался в меня и отстранялся до тех пор, пока наши тела уже ничего не разделяло и мы оба не стали волнами на океане. Я принадлежала ему, бесповоротно.

Чаще всего, когда я трогала себя, это происходило с закрытыми глазами. В этот же раз я держала их открытыми, несмотря на окружающую темноту. Мне хотелось видеть всё, запомнить всё. Звуки волн под нами и запах соли на волосах Вейла, когда тот зарылся головой в изгиб моей шеи. Скользкое трение, когда он неторопливо проникал внутрь, а потом выходил, с невероятной нежностью, но в то же время с напористостью.

Тёмное небо над нами было усыпано точками звёзд, а черты его лица оставались в тени, но со мной был именно он, он — тот, кого я хотела.

Вейл принялся вбиваться всё быстрее и быстрее, его член стал до невозможности твёрдым во мне. Ритм вынуждал меня выгибаться с каждым толчком, и я крепко обняла его ногами, приветствуя его тело своим, как две волны, разбившиеся, чтобы стать одной.

Пружина в моём естестве натянулась ещё туже, и я ощутила, как внутри начали подниматься волны.

— О-ох.

Его стон глубоко потряс меня, вызвал трепет. Он не контролировал себя, как и я. Между нами было нечто, что обволокло наши тела, полностью нас захватило. Каждый воспламенённый нерв, каждый судорожный вдох был чем-то большим, чем просто мной. Я хотела его, а он хотел меня, и наше желание было живым дышащим созданием, с грохотом вырвавшимся из-под контроля.

Подступающий оргазм был глубже, чем любой другой, испытанный мной. Я почувствовала, как в лоне зародилась дрожь и разошлась по всему телу.

— Ох! — вскрикнула я беззвучно. Мои руки схватились за натянутую верёвку, чтобы сохранить баланс. Его член напрягся внутри, и волны пронзили моё тело. Я громко закричала, и этот звук показался невозможно громким посреди океана, где никто не мог нас услышать.

— Да! Да!

Я выгнулась навстречу, желая, чтобы каждый сантиметр моего тела был покрыт им, и он содрогнулся, вонзившись своим толстым членом ещё глубже в меня, когда его накрыл собственный оргазм. Я ощутила напротив себя дрожь, пронзившую его, что вынудило меня кончать снова и снова, неконтролируемо трясясь от удовольствия.

— О-о-о-ох!

Из него стоном вырвался грубый животный звук, а его руки стиснули моё тело. Он продержал меня ещё мгновение, прежде чем я ощутила, как он отстраняется. Дикий крик застрял в горле, когда он вышел, и я подавила его окончательно.

Я задрожала в то время, а он рухнул рядом с дрожащими руками. В тот момент мне казалось, что я могу слышать его сердцебиение так же, как слышала его в камере. И только когда он перевернулся на бок, прочь от меня, я поняла, что это колотилось моё собственное сердце.

Я не могла ничего сказать. То, чего я так боялась, действо, которое представлялось мне неизменно болезненным, оказалось чем-то замечательными и прекрасным. Его тело встречало меня в неподдельной потребности. Я полностью дарила ему себя, а он отдавался мне.

Воздух был прохладным и становился холоднее. Руки покалывало от дрожи удовольствия, и я уткнулась ему в бок.

Он вытянул руку и ловко развязал узел, скрепляющий мои запястья. Я опустила их вниз, заметив, как трясутся мои руки. Вейл сжал обе моих кисти в своей широкой ладони, переплетя наши пальцы. Он поцеловал меня в лоб, и я обнаружила, что плачу от счастья.

— Я люблю тебя, — сказал он просто.

С кружащейся от наслаждения головой, я подняла взгляд к его льдисто-голубым глазам, отмеченным беспокойством. Улыбнулась, а потом вслух рассмеялась. Мой смех разнёсся над открытым океаном.

— Я тоже тебя люблю.

Мы так и лежали там, прижавшись друг к другу обнажёнными телами, пока волны океана вокруг поднимали лодку и били по корпусам мелкими брызгами. Совершенное удовлетворение напомнило меня.

— Хочешь зайти внутрь? — прошептал Вейл. — Становится прохладно.

Его пальцы погладили мои волосы, и я прижалась к его груди. Тело у него было тёплым, руки успокаивающими, а небо над нашими головами бесконечным.

— Чуть попозже, — сказала я, и закрыла глаза.

Конец