- Партия? Но я же не шахматная фигура на доске, чтобы составлять мной партии!

Гнев уходил, оставляя вместо себя страх и отчаяние. По щекам скользнули первые слезы. Я пыталась докричаться до того, кто считался моим отцом. Сделала последний, разделяющий нас шаг и стала стучать кулаками ему по груди.

- Ты не можешь так поступать со мной! Я же твоя дочь! Ты должен меня любить, а не использовать, как один из активов! Ты хоть знаешь, что такое любовь? Ты когда-нибудь чувствовал, что готов на все, ради того, чтобы любимый человек был счастлив? Ставил чьи-то предпочтения выше своих? Ощущал, что весь мир может катиться в Тартарары, если любимый человек рядом? Ведь этот человек и есть твой мир! И даже если все будут против него, ты останешься с ним! Будь он самый плохой, или злой, если ты любишь его – ты будешь с ним! Нарушишь любые законы, вылезешь вон из кожи, только бы ему было хорошо! Только бы видеть улыбку, которая для тебя ярче солнца! Потому что без этого человека все станет пустым и не нужным. Я люблю его, понимаешь? Я хочу быть с ним! И мне абсолютно не важно, хорошая ли он партия, есть ли у него деньги, связи. Мне важен только он! И если его не будет рядом со мной, то жизнь окрасится черными красками! Так вот, ты когда-нибудь так любил? А ведь я твоя дочь, твоя плоть и кровь, которая нуждается в семье, нуждается в этой любви. Чтобы меня любили просто потому, что я есть – хорошая или плохая. Мне не нужен биологический отец, мне нужен папа, понимаешь? К которому я всегда могу прийти с проблемами или поделиться радостью, на поддержку и любовь которого я могу рассчитывать! Который, не смотря ни на что, обнимет и скажет, что все будет хорошо. А ты мной играешь! А ведь я живая, мне больно! Не поступай так со мной! Пожалуйста, не поступай.

            Под конец тирады я уже рыдала, не скрываясь, уткнувшись в грудь отцу. И уже не стуча кулаками, а цепляясь. Как маленькая девочка. А через несколько мгновений почувствовала, что меня обняли. И зарыдала сильнее, обнимая в ответ. Мне нужно было хоть немного тепла, поддержки, чтобы справиться со всем.

- Ты никогда не говорила со мной так открыто,- его голос был хриплым.- Всегда огрызалась или молчала.

- А теперь говорю,- я подняла заплаканные глаза вверх. Отец вытер большими пальцами мои щеки от слез.

- Я ведь, правда, хотел, как лучше.

- Так не лучше. Мне не нужен Стивен, я не буду с ним счастлива. А Рик очень хороший. Он добрый, ласковый, нежный. Он военный, пап, с наградами. Он знает, что такое честь, долг, достоинство.

- Хорошо, я не буду больше давить на тебя. Сама выбирай, кто тебе нужен.

- Спасибо тебе! Спасибо! Только как мне быть? Рика же посадят за наркотики, а он не виноват! Ты можешь мне помочь, пожалуйста?

- Подожди, сейчас что-нибудь придумаем.

            Он отошел к столу и взял телефон, а я тем временем вытирала последние слезы и с надеждой смотрела на него. Отец набрал чей-то номер и позвонил.

- Вечер добрый, Митч. Как дела?...Это хорошо. У меня к тебе дело есть. Ты же знаешь, что у меня дочь есть? Так вот, ее парню наркотики в машину подкинули…Точно, подкинули, даже знаем, кто. Можно что-то сделать, а то рыдает, того и гляди дел наворотит? Молодежь, сам знаешь…Зовут?

- Рик Эйден!

- …Рик Эйден. Участок?

- На Джексон стрит, 1045.

- …Джексон стрит, 1045…Хорошо, спасибо большое…Да, в воскресение гольф, я помню…Спасибо, пока.

            Я слушала каждое слово, впитывая, надеясь на лучшее. И, судя по разговору, надежда не беспочвенна.

- И? Что он сказал?

- Сказал, что сейчас позвонит, и твоего молодца отпустят.

- Спасибо!- Я кинулась на шею отцу, крепко обнимая.- Спасибо, папочка, спасибо-спасибо-спасибо!

- Папочка…я не слышал этого слова с того времени, как тебе было четыре.

- Услышишь! Теперь услышишь, и не раз!

            Я расцепила объятия и понеслась к двери. Теперь нужно быстрее доехать до участка, чтобы встретить Рика.

- Привезешь на ужин своего «хорошего»,- вдогонку крикнул отец.

- Обязательно!

            Я неслась по мраморному полу, боясь подвернуть ногу или растянуться. Все-таки, каблуки – не лучшая обувь для забегов, особенно по мрамору. На лестнице крепко держалась за перила, подавив желание просто съехать по ним до самого низа. Дальше выскочила на улицу и запрыгнула в машину. Дорога до участка снова пролетела смазанным пятном из огней, фар и машин. Только теперь она была скрашена радостью – Рика выпустят!!!

            Как только остановилась около участка, увидела его. Рик стоял снаружи у входа,  оглядываясь по сторонам. Мой приезд он заметил сразу – больше никто с визгом не тормозил на парковке. Я выскочила ему навстречу и побежала. Мужчина поймал меня в свои объятия и прижал, слегка укачивая. А потом увидел заплаканные красные глаза.

- Ты плакала? Что-то случилось?

- Нет, теперь уже нет. Поехали отсюда.

            Мы сели в машину, и на этот раз я соблюдала правила дорожного движения.

- Вив, как ты меня вытащила? Ты ведь ничего плохого не сделала?

- Нет, все в порядке. Стивен жив.

- Это он? Наркотики мне он подбросил?

- По его указке.

- И ты была у него?

- Нет. Ему я просто позвонила. Он особо не отпирался, признал, что это дело его рук.

- И как ты заставила его все исправить?

- Никак. Он отказался.

- Тогда почему меня выпустили? И скажи всю правду, я сейчас очень сильно волнуюсь! Может, мне пора бежать назад в участок и писать чистосердечное, только бы ты не…

- Рик! Все хорошо, правда! Я ничем не заплатила за твою свободу, если тебя это волнует. Я была у отца. Мы поговорили. Вот и все.

- Но я же ему не нравлюсь.

- Зато ты нравишься мне. Кстати, папа позвал нас на ужин.

- Папа?

- Да.

- Ты уверена, что все хорошо?

- Да. И он сказал, что больше не будет пытаться устроить мою жизнь, я сама вольна выбирать. И извинился.

- Черт возьми! Почему меня это пугает?

- Потому что в это сложно поверить. Но он был искренен, я видела. Так что, ты получил добро.

- Все, что я сейчас хочу – получить тебя. И сбежать подальше от всех.

- Вот приедем домой, и получишь меня. Ты так меня сегодня напугал!

- Прости, малышка.

- Да что я? Ты проси прощения у водителей, которых напугала я!

- В смысле?

- Я летала по дорогам с такой скоростью, подрезая, обгоняя, нарушая, что некоторые гневно гудели мне вслед.

- Пожалуйста, не делай так больше, ладно? Не подвергай себя риску. Я не переживу, если с тобой что-то случится.

- Больше не буду!

            Как только мы переступили порог дома, и Рик запер дверь, я смогла спокойно выдохнуть – этот сумасшедший день закончился! Мужчина поднял меня на руки и отнес в гостиную, садясь на диван и устраивая меня на своих коленях.

- Знаешь, я сегодня тоже испугался. Думал, если меня посадят, я могу тебя не увидеть уже.

- В смысле?

- Во-первых, кто тебя защитит от хищников здесь?- На этих словах он улыбнулся. Мы оба поняли, кого он имел в виду под хищниками.- Во-вторых, в тюрьме всякое случается. И я сидел там, на стуле, и думал, что могу больше не обнять, не поцеловать, не проснуться рядом с тобой. Так страшно. Не успел найти, как снова потерял.

- Ты не потеряешь меня. Я твоя и твоей останусь. А ты мой.

- Твой. И знаешь, чего я сейчас хочу больше всего?

- Чего?

- Заснуть, обнимая тебя. И знать, что все хорошо.

- Тогда чего же мы ждем? Вперед! Я дико устала и вымоталась. Слишком нервным был сегодняшний день.

            Я соскочила с мужских колен, и, взяв Рика за руку, повела наверх. Спать!


Глава 45


            На ужин к родителям я надела шелковое платье цвета слоновой кости с полупрозрачным лифом, расшитым камнями. Сделала макияж, подобрала драгоценности. И откровенно любовалась полученным результатом. Но забыла обо всем, стоило мне увидеть Рика в костюме. Не смотря на то, что он выглядел очень элегантно, даже костюм не мог полностью спрятать дух сопротивления в мужчине. Эдакую нотку свободы, даже дикости. И мне это нравилось! А Рику, судя по довольному выражению лица, нравился мой раздевающий взгляд.

- Малышка, если ты не перестанешь так смотреть, мы никуда не поедем. Или поедем позже. Значительно.

- Тогда ты перестань сверлить взглядом мой лиф, а то он скоро загорится.

- Один-один.

            Рик подошел ко мне, мягко обнимая, проводя теплой ладонью по спине.

- Я бы тебя поцеловал, но не хочу, чтобы ты ругала меня за испорченный макияж.

- Если ты поцелуешь меня, мы точно никуда не поедем, а я обещала.

- Вив, ты не помогаешь,- усмехнулся мужчина.

- Все, время. Поехали.

            Мы спустились вниз, заперли дверь, и тогда мне в голову пришла одна мысль. Рик никогда не просил, даже не давал повода считать, что ему хочется этого, но мужчины в этом отношении, как дети. Поэтому лучше спрошу сама.

- Рик? Не хочешь за руль?- Он удивился, но я сразу поняла, какой будет ответ – хочет. Я молча протянула ему ключи, и увидела, как довольно и предвкушающе загорелись его глаза.

- Ты доверяешь мне свою машину?

- Рик,- укорила я,- я доверяю тебе свою жизнь, что уж говорить о машине.

- Спасибо, родная,- его глаза наполнились теплом.

            Рик вел аккуратно, но уверенно. Из всех правил он нарушал только скоростной режим. Иногда. Когда позволяла загруженность дороги. Я видела, что ему хотелось быстрее, нажать педаль, почувствовать, как машина летит по дороге, съедая колесами мили. Но в городе он не мог сделать этого, не рискуя безопасностью.