Татьяна Герцик

Трудная дорога к счастью

Глава 1

Венчание закончилось. Первыми из церкви вышли счастливые новобрачные, по традиции обсыпаемые рисом и пшеницей, следом – уставшие гости, простоявшие долгую службу в теплом помещении в шубах и пальто. Последними дружной гурьбой выскочили двоюродные братья жениха. Старший, Глеб, высокий мужчина с жестким выражением лица, поднял голову к темнеющему небу и с облегчением сказал:

– Процедура, конечно, занятная, но хорошо, что закончилась.

Повернувшись спиной к ветру, чтобы скрыться от ледяных порывов, младший, Николай, студент исторического факультета, насмешливо поправил:

– Не процедура, а церемония. Она продолжается. Еще банкет впереди…

Глеб резким движением поднял руку и посмотрел на тонкие золотые часы:

– В ресторан не поеду. Если честно, ни времени нет, ни желания.

Мимо пробежали две хорошенькие девицы, заинтересованно оглянулись на импозантного мужчину, призывно улыбнулись. Николай завистливо проводил их взглядом.

– Посмотри, какие девушки симпатичные. И глазками стреляют только в тебя. Мы для них – пустое место…

Глеб пренебрежительно фыркнул:

– Мне такие вертихвостки никогда не нравились. В голове одна пустота и мечта – мужа отхватить побогаче…

Средний кузен, Александр, обнимающий за плечи стоящую рядом хорошенькую жену, недовольно заметил:

– Да тебе не угодишь. Мы с женой тебя со столькими хорошими девочками знакомили, и все тебе не по нраву. Слишком переборчив, смотри, бобылем останешься, тебе ведь уже за тридцать…

Глеб передернул плечами, отметая нелепое, с его точки зрения, обвинение.

– Да с чего это переборчив? У меня требования минимальные: чтобы умная была и образованная, поскольку дур не люблю, с ними даже поговорить не о чем. Красивая, разумеется, и, главное, порядочная. Не вертихвостка. Вот уж кого не выношу! Чтобы никаких фигли-мигли с другими мужиками. Конкурентов в любой сфере не терплю…

Александр переглянулся с женой.

– Ну, в жизни всякое случается. Не требуй многого…

Пренебрежительно махнув рукой, Глеб хмуро ответил:

– Да еще требовательнее надо быть. Жену не уволишь за профнепригодность. Впрочем, существуют брачные контракты…

Сильнее обняв жену, Александр провидчески заметил:

– Ох, Глеб, нарвешься ты на какую-нибудь бесчувственную куклу. Побегаешь за ней… Будешь тогда знать…

Глеб раздраженно отмахнулся от нелепого предсказания:

– Ерунда! Не родилась еще женщина, которая заставит меня за ней бегать. Мне эта дурь, – он дернул подбородком в сторону пьяного от счастья жениха, – не грозит. Я человек здравомыслящий.

В группе, окружившей молодых, громко и весело закричали. Пора было фотографироваться. Глеб отказался – сел в машину и укатил, разочаровав своим поведением всех девушек брачного возраста.

Подъехав к собственному офису, расположенному в старом кирпичном здании, с удовольствием посмотрел на кружевную кладку стен, узорный парапет на крыше и вновь похвалил себя за упорство.

Покупка полуразрушенного дома двухсотлетнего возраста вылилась в настоящую эпопею: развалины носили гордое звание памятника истории и архитектуры, поэтому продаже не подлежали. Приобрести дом удалось после казусного случая: губернатор, приехавший осмотреть дискредитирующий областной центр объект, с трудом увернулся от прицельно падающего на его голову кирпича. После перенесенного высоким начальством стресса особняк наконец-то перешел в собственность Абрамова.

По специальности Глеб был архитектором, но для того, чтобы достойно возглавлять созданную фирму, заочно закончил еще экономическое отделение классического университета и юридический колледж. Особняк отреставрировали под его непосредственным руководством, вбухав в дело умопомрачительные деньги. Полгода назад сотрудники фирмы в полном составе перебрались в новый офис.

Припарковав машину на служебной стоянке, Глеб позвонил в дверь и недовольно крякнул: охранник не сразу открыл, заставил ждать на холодном ветру пару минут. Спросил, работает ли кто-нибудь, получил отрицательный ответ и нахмурился еще больше. Пусть сегодня суббота и времени почти пять часов, но он-то на работе, почему бы и сотрудникам здесь не быть, тем более что зарплату они получают вполне приличную…

Поднялся по резной дубовой лестнице на третий этаж, зашел в кабинет, обставленный антикварной мебелью, идеально вписывающейся в интерьер дома. Включил компьютер, запустил архитектурную программу, принялся проектировать двухэтажный особняк, пытаясь учесть пожелания заказчика. Работал до тех пор, пока голод не дал о себе знать примитивным, но весьма действенным способом: настойчивым урчанием в животе. Пришлось собираться домой.

Снег валил сплошной белой стеной, вздымался волнами под порывами ветра. Глеб сел в машину, погнал по знакомой трассе при почти нулевой видимости. На перекрестке взглянул направо, недовольно пробурчал под нос нечто весьма некрасивое: ровно посредине стояли поцеловавшиеся легковушки, намертво перегородив проезд. Подъезжавшие машины раздраженно разворачивались и съезжали на узкие боковые дороги. Глеб тоже чертыхнулся и вывернул руль налево, на разбитую объездную дорогу в ямах и колдобинах.

Из-под колес тяжелыми ошметками разлетался мокрый, спрессованный снег. Глеб снизил скорость до сорока километров, осторожно выбирая дорогу. Машина послушно мчалась сквозь ночь, слегка поскребывая шипованной резиной по асфальту. Впереди показался маленький поселок, состоящий из серых одноэтажных домов. После знака «крутой поворот» Глеб замедлил ход и стал аккуратно сворачивать. Внезапно заднее колесо провернулось на ледовом пятачке – и автомобиль боком вынесло на обочину, крепенько стукнув о высокую кучу собранного грейдерами снега. От удара часть сугроба обвалилась и укрыла машину с правой стороны.

Глеб дернул за рукоять, переключая скорость, газанул, но колеса провернулись и завязли в сугробе намертво. Посмотрел на циферблат – два часа ночи. Вылез из машины, тотчас замерз под порывами ледяного ветра.

Досадуя, что на нем не подходящие для такого приключения тонкие ботинки, обошел вокруг, осторожно перешагивая через подтаявшие залысины на льду, с отвращением посмотрел на внедорожник. Оглянулся вокруг – полнейшая пустота. Помощи ждать неоткуда.

Вздохнув, открыл багажник, достал из него легкую саперную лопатку, стал откапывать колеса, выкидывая грязный мокрый снег. По спине, щекоча кожу, побежали прохладные струйки пота. Порадовавшись хорошей физической подготовке, без которой не удалось бы одолеть упрямый сугроб, забросил лопату в багажник, тщательно отряхнулся, чтобы не запачкать кожаные сиденья автомобиля, открыл дверцу и хотел сесть за руль.

И тут в метели послышались чьи-то чавкающие шаги: из проулка, по щиколотку увязая в снегу, выбиралась невысокая тоненькая фигурка. Глеб с удивлением повернулся и стал разглядывать незнакомку почти в упор.

Это была совсем молоденькая девчонка, почти школьница, в синтепоновой серой курточке и надвинутой по самые брови, облепленной снегом шапочке. На четком овале нежного лица выделялись большие синие глаза. К мокрой щеке трогательно прилип светлый локон. В пульсирующем свете фонаря кожа девушки казалась голубоватой, как у сказочных эльфов. Боясь пошевелиться, Глеб изумленно смотрел на нее и не ощущал разницы между явью и фантастическим сном.

Не глядя по сторонам, девушка старательно закрывалась от летящих в глаза хлопьев рукой в пушистой рукавичке. Глеб пристально наблюдал. Девушка казалась такой юной, такой беззащитной. Что привело ее в такое время к проезжей дороге? У него странно защемило сердце.

Может быть, девчушке понадобилась скорая помощь или милиция, а телефона нет? Он нащупал сотовый в застегнутом кармане куртки и порадовался, что не забыл его в офисе, как уже не раз бывало. Хлюпнув раскисшими ботинками, сделал шаг навстречу, хотел спросить, чем может помочь, но вдруг она посмотрела в сторону поворота, отняла рукавичку от лица и замахала обеими руками. Он автоматически отметил, что на бледном личике появилась довольная улыбка. Москвичок, вынырнувший из-за поворота, резко тормознул, взвизгнув шинами, дверца распахнулась, девчонка привычно прыгнула на переднее сиденье и умчалась.

Глеб очнулся от наваждения, отряхнул куртку от налипшего снега, медленно сел в машину, недовольно качая головой и досадуя на собственную наивность. В голове мелькнула горькая догадка: ну кто может торчать ночью, в одиночку, посреди дороги? Только заурядная ночная бабочка! Для чего же еще девицы прыгают в незнакомые машины посреди ночи, как не в надежде заработать собственным телом? Он презрительно присвистнул, недоумевая, как мог быть таким недотепой. Ведь торчал из-за нее на ветру минут пять с мокрыми ногами и красными, как гусиные лапы, руками, помощь хотел предложить! Вот идиот! Не хватало только заболеть!

Он еще раз оглянулся на то место, где совсем недавно виднелся легкий силуэт. Удивленно покачал головой, вспоминая непонятное томительное чувство, пронзившее его при виде девушки, осторожно вывел машину на трассу и постарался выбросить из головы странную встречу.


Где-то через месяц, сидя перед начальником в обставленном антиквариатом кабинете, расстроенная офис-менеджер безуспешно пыталась втолковать недовольному шефу:

– Глеб Владимирович! Не увольняйте Пашу Строгова! Поймите, в жизни всякое бывает! Ну, влюбился парень, а девушка любит другого! Вот у него руки и опустились! Пройдет время, он придет в себя и снова станет хорошим работником!

Босс отмахнулся, не понимая, чего от него хотят:

– Какая любовь может быть в рабочее время? Работать надо, а не мечтать. У нас солидная архитектурно-строительная фирма, а не приют для странствующих менестрелей. Как ни приеду к нему на объект, он все на небо пялится и ни слова о работе сказать не может. А еще прораб называется! Почему я не завожу шашни, мешающие работе? Да просто я ответственный человек! – Глеб с нескрываемым пренебрежением добавил: – Павел взрослый мужик, соображает уже, что к чему, зачем влюбляться в неперспективную девицу? Тщательнее надо объекты для страсти выбирать. – Он снова уткнулся в свои бумаги.