Я, наверное, зашлась бы в истерике, но наконец узнала запах. Внимательно пригляделась к простыне, в тёмно-коричневых пятнах по нижнему краю. Добавила к грязной простыне и жуткому запаху инвалидное кресло и гнусное предложение - и получила результат... Сразу стало легче, когда поняла.

На подгибающихся ногах, шмыгая носом, я приблизилась к светловолосому (он слабо, не меняя равнодушного выражения лица, приподнял седые брови), и присела перед ним на корточки. Простыню, в подсыхающих коричневатых пятнах, я приподняла и положила край ему на колени, чтобы мне не мешала.

Так. Догадалась я правильно. Снова шмыгнула носом, чтобы не слишком распускать сопли от недавнего рёва, и дотронулась до щиколотки. Пальцы коснулись размазанной желтовато-коричневой жидкости, кое-где уже подсохшей, жирноватой на ощупь. Кожа жёсткая, потому что опухла, в тёмных пятнах, где маленьких, где - больших. Хуже всего с правой ногой. Проверила пальцами подошву. Села на пол и заглянула под стопу, всё-таки слегка приподняв её. Язва, пожирающая его кожу и плоть, как я и предположила, росла от пятки.

Всё ещё держа его стопу в руках, я успокоенно взглянула вверх.

- На когда назначили ампутацию?

Он даже не шевельнулся. С минуту молчал, потом тихо сказал:

- Завтра устраивают в больницу - готовить... Ты медсестра?

- Нет. Левую ногу будут резать по колено, а правую, судя по пятнам выше колена, предложили ампутировать по бедро? Поскольку, если только по колено, гангрена всё равно поползёт выше?

Вот теперь он дёрнулся, и лицо закаменело в напряжении

- Зачем ты мне говоришь это? Был бы выбор...

- Выбор есть. В твоём случае. У тебя это диабетическая гангрена или от чего?

- Авария, - неохотно сказал он. - Работа сидячая, сразу не заметил, что пятна пошли. Потом тяжело стало ходить. Врачи сказали - язва. Потом ещё пара диагнозов. А когда на пятку не смог наступить, определили гангрену. Что ты сказала про выбор?

- Есть одно снадобье, - я осторожно опустила его ногу на подставку инвалидного кресла. - Жутко вонючее. Но действенное. Если сможешь пересилить брезгливость, я покажу, как победить гангрену. Есть одно "но" (он насторожился): полностью пятна пропадут через года полтора.

Он выдохнул, перестав сверлить меня жутковатыми светло-зелёными глазами.

- И что для этого надо?

- Ничего особенного. Сколько сейчас времени? Если до семи успеете на остановку "Пригородный автовокзал", то в тамошней аптеке купите то самое снадобье. К нему надо прикупить оливковое масло. Стерильные марлички. Вату. Перекись водорода. Да, ещё понадобятся хирургические ножницы или хотя бы маникюрные...

- Зачем?

- Ты же не думаешь, что вот эти, самые тёмные, пятна - просто что-то вроде синяков? За ними мёртвое мясо - всё надо будет постепенно вырезать, помогая снадобью выщелочивать некротические ткани (один из двоих за моей спиной закашлялся, поперхнувшись). Смесь, которую я сделаю, заставит пятна раскрыться, выталкивая гангренозные ткани. Пусть твои... - я заколебалась, как назвать похитителей. - Пусть твои друзья прямо сейчас поедут, а по мобильнику можно продиктовать им всё остальное. И можно начать уже сегодня.

Я наконец поднялась, вспоминая, что ещё нужно для лечения гангрены.

Стоявший за инвалидным креслом темноволосый человек чуть усмехнулся, когда двое быстро, даже поспешно вышли из комнаты.

- Андрей, дай ей бумагу и ручку, пусть пишет свой список, - ровно сказал парень в инвалидном кресле. - Садись сюда. Как тебя зовут?

- ... Света, - надеюсь, пауза для него прошла незамеченной. И тут же чисто машинально спросила: - А тебя?

Он тоже отозвался с заминкой, но не потому, как я поняла, что наскоро придумывал себе имя. Просто не ожидал, что я спрошу так легко.

- Сергей.

- Ага... Сергей, а ты богатый?

Стоящий за креслом Андрей чуть склонил голову, словно прислушивался к плохо слышному разговору. А Сергей недовольно спросил:

- Это так важно?

- Тебе понадобится врач, который умеет проводить лечебную физкультуру. Ты можешь себе позволить кому-нибудь из них платить, чтобы с тобой занимались на дому? Сам ты точно делать ничего не захочешь.

- Почему это?

- Больно же. Будешь сам себе поблажки делать. А зарядка нужна, чтобы кровь гонять, иначе от застоя лечение плохо пойдёт.

Я сидела за столом с компьютером и вспоминала, что нужно при гангрене, нумеруя записи одну за другой. Добравшись до мусорных мешков, я вздрогнула: Сергей вытянул из-под моей руки листок с перечнем, быстро пробежал глазами.

- Мешки зачем?

- Ноги надо мазать полностью и тут же закрывать плёнкой. Снадобье содержит летучую субстанцию, быстро испаряется. А менять придётся два раза в день...

Я ещё договаривала, а он отшвырнул листок и вцепился в мою ладонь обеими руками.

- Ты... не врёшь? Это и в самом деле можно вылечить?!

Его бледное лицо исказила такая страшная гримаса отчаянной надежды, что я быстро начала гладить его руки, успокаивая и еле сдерживаясь, чтобы самой не кричать от боли - сжал он изо всех сил:

- Конечно, не вру! Я такое лечила однажды, года четыре назад! Там пострашнее твоего было: у меня кулак в её стопу уже наполовину входил, у неё два пальца уже отваливались - вот как гангрена съела! А потом как начало всё восстанавливаться! Там белое что-то появилось - мы думали: что-то жуткое, а оказалось - это связки восстанавливаются. Я тебе точно говорю: у тебя полегче, можно вылечить!

Кажется, его успокоили не мои заверения, а именно сумбурный рассказ, по которому стало ясно, что я в самом деле лечила такой ужас, как гангрена.

- Хорошо, - сказал он, всё ещё задыхаясь после эмоционального выплеска. - Хорошо. У тебя отпуск? Или ты где-то работаешь?

Вот тут мою паузу заметили. А я лихорадочно придумывала, каким образом сделать так, чтобы надолго здесь не оставаться.

- У меня... отпуск. Полторы недели осталось. - Это я прикинула, сколько смогу здесь продержаться, чтобы Сергей успел привыкнуть к перевязкам и сам начал бы их делать. Или ему начали ноги перевязывать. И за какое время раскроются все тёмные пятна. Кажется, поверили.

- Хорошо. Ты останешься на полторы недели, и я заплачу за время, в течение которого ты будешь ухаживать за мной, - безапелляционно сказал Сергей.

Темноволосый Андрей пошевелился и сказал каким-то напоминающим тоном:

- Альберт будет злиться.

- И что? - недовольно спросил Сергей.

- Предлагаю ничего не говорить ему пока. Он всё равно к завтрашнему вечеру узнает, что ты отказался от операции.

Я во все глаза смотрела на этих двоих, похожих на заговорщиков. Сергей из сложившего руки пессимиста на глазах резко превратился в жёсткого человека, решающего вопросы быстро и категорично. У него даже глаза ожили. Боюсь, он не замечал, что вприщурку сверлит ими меня, поскольку я оказалась на линии его взгляда.

- Это я улажу сам. А ты пока покажи Свете её комнату.

Последние слова прозвучали явным приказом, и я невольно встала и пошла к Андрею, который кивнул мне - только после того как я встала. На пороге я оглянулась: Сергей подъехал на кресле к столу с компьютером и замер. Мне почему-то расхотелось уходить. Что-то странное было в его позе. С одной стороны, он вроде безвольно навалился на спинку кресла, с другой - напряжение его тела была таковым, что веяло от него чуть не угрозой.

Но Андрей уже вышел, и я поспешила за ним, размышляя, как круто за последний час изменилась моя судьба.

2

Уже в коридоре я хмыкнула. Этот Сергей по сути даже не спросил меня, хочу ли я вообще оставаться в этом доме. Раскомандовался. Ничего. Я уже пришла в себя. В конце концов, я не девочка-ромашка, которая чуть что - истерит до потери пульса... И здесь сидеть безвылазно не собираюсь. Дня три - и надо бы сбегать домой за одеждой и всякой нужной мелочью. Но пока... Мне любопытно. Очень любопытно! Судьба меня никогда не баловала сильными и бурными событиями, так почему бы не поплыть по временно бурному течению? Полторы недели новой жизни!

Андрей спускался по лестнице на первый этаж, и я поспешила догнать его.

- А кто он - Сергей? - спросила я, ещё будучи за его спиной.

На лестничной площадке перед второй лестницей он остановился и оглянулся.

- В каком смысле?

- Ну, где работает?

- Он владелец одной компании, - немного туманно отозвался Андрей. - А зачем тебе?

- Интересно. А ты кто? Его друг?

- Управляющий домом.

- То есть у вас здесь целый штат прислуги?

- Болтушка, да? Любопытная? - Он снова начал спускаться. - Прислуги нет. Я за всех. И жнец, и косец, и на дуде игрец.

- И повар?

- И повар.

- Ага. Это хорошо. В меню для Сергея надо будет включить красное мясо. А ещё исключить кисломолочные продукты.

- С кисломолочными я понимаю. Но почему мясо?

- Материал для восстановления мышц. Белок.

- Хорошо. Что ещё?

- А ещё я напишу, какие травы нужны, и будем поить его отварами.

Он остановился перед дверью, очень непримечательной, особенно рядом с другой - обитой тёмно-коричневой кожей.

- А здесь что? - кивнула я на солидную дверь.

- Библиотека.

- Закрытая?

- Да нет. Открытая. На замок не закрывается, если ты имеешь в виду именно это. А что? Любительница почитать? Женских детективов здесь нет.

- Даже Агаты?

- О, прости, про даму Агату я как-то не подумал. Есть. Полное собрание сочинений.

Он наконец вспомнил, что собирался открыть непримечательную дверь.

- Полное, - с завистью сказала я и следом за ним перешагнула порог предназначенной для меня комнаты. - У меня Кристи семнадцать книг - и то разрозненные... Ух ты...