- Мдя-я. Началось... Как я и говорил! - тихо сказал Кеша, когда друг сел рядом с ним. - Гошан, лучше бы ты сказал, что изменил ей, так бы она тебя считала козлом и не страдала. Уж я-то бабищ этих знаю. Многолетний опыт, друг мой! Кстати, нахрена ты цветы притащил. Ты в каком классе, братан? В пень пошли эти учителя! Не заслужили ни единого цветочка. Копеечки от меня никто из них никогда не получит!

Гоша уныло посмотрел на Беспалова и отвернулся.

-  Ты что делаешь, дура?! - заплакала Василиса, сев на скамейку в пустом коридоре. - Ты хоть понимаешь, как я глупо выглядела? Ты освобождаешь место для Гоши, а он, не обращая на меня внимания, удивляется твоему поведению. В итоге я растерянная остаюсь сидеть в одиночестве. Зачем ты ушла от меня? Было и так ясно, что он не подойдет! Дура! Сейчас сто процентов пустят волну обсуждения! Я ухожу домой, не могу терпеть это унижение!

- Васечка, стой! Я не хотела. Сама не знаю, что на меня нашло... -  Немного помолчав, она резко вставила: - Если ты уйдешь, тогда точно в классе что-то заподозрят. Скажут, что сдалась...

Василиса перестала плакать и своими большими глазами взглянула снизу вверх на подругу. Тональник и тушь незначительно растеклись.

- Ты права, - всхлипнула Полякова, - я не тряпка. Я выдержу. Буду сильной... Окей... Пойдем сразу на улицу, вот-вот линейка начнется. Дай зеркальце, пожалуйста.

- Это что за?.. - Василиса сморщилась, стоя на линейке, посвященной первому сентября. Впереди нее стоял Гоша и болтал с какой-то блондинкой, которая время от времени хихикала.

Девушка была невысокого роста с длинными, как у Василисы, светлыми волосами, разве что более вьющимися, чем у нее. Презрительно оглядывая незнакомку, Полякова сравнивала ее с собой: бледное лицо, большие глаза и тонкие губы. Со спины блондинка была очень похожа на Васю, почти не отличалась. Так, что создавалось впечатление, будто с Зиминым стоит та самая Василиса Полякова. Но, увидев лицо девушки, Василиса успокоилась: «Нет, я красивее. Я лучше. Тонна косметики и ржет как лошадь. Зимин, вечно болтаешь с какими-то шалавами. Кто эта нимфетка, черт побери?!» Незнакомка смеялась, а Гоша подхватывал ее смех. Позже к ним подошли Кеша и Данил, протянув руку для рукопожатия миленькой девушке.

- Нет, Лен, ты только посмотри... - Полякова дернула подругу за руку. - Кто это?!

- Понятия не имею, - пожала плечами Лена. - Может, из десятого класса какая-нибудь. Ты вообще видела, как они изменились за лето?

- Ага,- Василиса не отводила глаз от смеющейся компании. Неужели Гоша так быстро нашел ей замену? Или он делает все это назло?

На улице была хорошая погода, поэтому сорок минут стояния на линейке мучением не были. Но для Василисы все это время было каким-то тревожным, она до сих пор не могла осознать, что Гоша больше не ее парень, и что больше он не подойдет к ней. Полякова все также ревновала Зимина, а в груди сердце сжималось все сильнее при виде незнакомки, с которой он так долго и увлеченно говорил. Одноклассники между тем заметили разлад в отношениях Гоши и Василисы. Со стороны все это действительно было похоже на расставание, нежели на ссору. Девочки из класса поочередно бросали подозрительный взгляд то на Зимина, то на Полякову. Даже некоторые мальчики за спиной стали обсуждать поведение Гоши, пытаясь догадаться, что могло произойти между этими людьми, которые были всегда вместе.

Девочки из других классов, стоявшие рядом, также обратили внимание на то, что знаменитая пара школы либо в ссоре, либо больше не вместе. Некоторые уже воображали себя на месте Василисы, представляя, как добьются внимания Гоши Зимина.

Сорок минут тянулись словно два часа. За это время Василиса поймала на себе множество удивленных взглядов и перешептываний за спиной. Ей хотелось сбежать отсюда или провалиться сквозь землю. Самый ужасный первый день в школе. Ноги болезненно ныли от напряжения и усталости из-за новых и неудобных туфлей на высоком каблуке.

После линейки Ирина Николаевна, классная руководительница одиннадцатого класса, собрала всех учеников в классе.

Зайдя в кабинет, Василиса прошла к своему месту и села, медленно массируя виски пальцами, пытаясь снять неутихающую головную боль. В классе стоял гул, кого-то обсуждали. «Скорее бы это закончилось, сколько можно говорить о нашем расставании...», - злилась Полякова. Подняв глаза в сторону учительницы, Вася увидела, что Ирина Николаевна беседует с той самой незнакомкой.

- Что она тут забыла? - с недоумением посмотрела Василиса на Лену, но та лишь снова пожала плечами.

Ирина Николаевна договорила с девушкой и повернулась к классу.

- Всем тихо! На месте все?

- Так точно! - громко крикнул Лялин. - Запускайте свою пластинку.

Ирина Николаевна давно привыкла к выходкам Данила и его троицы друзей, она уже не обращала внимания на их поведение.

Ученики затихли, разговоры прекратились, и классная руководительница начала говорить.

- Итак, одиннадцатый класс. У нас новенькая. Прошу любить и жаловать. - Она жестом показала на рядом стоящую блондинку. Василиса скривила губы. Для нее это было очередной ужасной новостью.

- Меня зовут Ульяна Рудова, - представилась девушка.

- Ульяна приехала к нам из соседнего города, - продолжала Ирина Николаевна, - их школу закрыли по обстоятельствам, поэтому она перешла к нам. Расскажи классу немного о себе, пожалуйста.

Новенькая поправила черную юбочку, скрестила руки на груди и принялась рассказывать. Голос у нее был приятный.

- В своей школе я была отличницей, числилась в волонтерском движении. Если у вас есть подобные мероприятия, то я с радостью продолжу волонтерскую деятельность здесь. Больше всего я люблю английский и историю. Также мне нравится организовывать какие-нибудь праздники и писать сценарии. С бывшими одноклассниками отношения были очень хорошие, и я быстро нахожу с новыми людьми общий язык. Когда я освоюсь, я буду просто ненормальная, и скучно со мной тоже не будет, обещаю.

Лялин и Полякова синхронно закатили глаза.

- Спасибо, Ульяна. Я надеюсь тебе понравится наш небольшой коллектив. Как видишь, в десятом классе набралось всего пятнадцать человек. Тут, конечно, есть парочка шутников, но в целом ребята дружелюбные и веселые. - Ирина Николаевна положила руку на плечо ученице. - Можешь присаживаться на любое свободное место.

Блондинка улыбнулась и глазами стала искать свободное место. В это время Кеша вытолкнул Илью, который с грохотом свалился вместе со стулом из-за парты, и подмигнул новенькой. В классе раздался хохот.

- Придурок, мог бы и предупредить, я бы сразу ушел, - Тихонов надулся и, встав с пола, пересел на соседнюю парту.

Василиса, наблюдая за тем, как Ульяна села с Кешей, снова закатила глаза: «Конечно, кому могла не понравиться девчонка с лошадиной улыбкой. Бабник Беспалов, как и всегда, в своем репертуаре: все красотки должны быть у его ног». Больше всего Поляковой хотелось, чтобы эта кукла не трогала ее Гошу. То, что они расстались, еще не означает, что все кончено навсегда.

Настроение Василисы испортилось хуже некуда. После классного часа Рудова подошла к Зимину и стала о чем-то оживленно рассказывать. Полякова не захотела оставаться на чаепитие, которое устроила Ульяна по поводу новоселья в классе, и вышла из школы, ускоряя шаг. Ближе к воротам она почти бежала. Девушка зашла в пустынный двор. Убедившись, что ее никто не видит, она прислонилась спиной к забору и зарыдала. Ей становилось легко, так как все чувства и эмоции, которые она сдерживала больше часа, вырвались наружу. Это был самый неудачный день в ее жизни.

Глава 5



Школьные дни тянулись медленно. Но слухи о том, что Василиса и Гоша расстались - облетели всю школу уже на второй день учебы. Ни Зимин, ни его тройка не общались с Поляковой. Василиса каждый день сидела только с Леной, со злостью наблюдая за тем, как Ульяна осваивается в новом коллективе. Почти сразу же Рудова влилась в доверие Кристины и Оксаны, проводя перемены то с ними, то с четырьмя крутыми мальчиками класса. Перед каждым уроком «по счастливой случайности» она находила свободное место рядом с Беспаловым, который, подмигивая, любезно отодвигал соседний стул перед роскошной блондинкой. Не забывала красотка и про Гошу, к которому регулярно подходила на переменах и разговаривала, интересуясь, почему Зимин вот уже несколько дней не в духе. Лялин искоса глядел на нее, но время от времени рассказывал ей свои коронные шутки, отчего новенькая заливалась звонким смехом. Некоторые одноклассники шепотом говорили, мол, повезло девчонке, элита класса приняла ее, бросив красавицу Василису. Полякову раздражало поведение «идеальной» новенькой. Можно перечислить множество факторов, которые усиливали ненависть Васи к этой кукле: вот Ульяна периодически поднимает руку, чтобы ответить, за что получает похвалу и оценку «5» от учителей и нарастающую симпатию; вот она входит в спортзал в черном с золотыми вставками спортивном костюме, который подчеркивал ее эффектную фигуру, и показывает парням, как она мастерски играет в баскетбол; а вот Рудова грациозными движениями раскладывает белоснежную салфетку прямо на школьной парте, расставляет обезжиренный питьевой йогурт и яблочные хлебцы и без всякого стеснения кушает перед новыми одноклассниками.

- Оксаночка, можно тебя на секундочку? - откусывая кусочек хлебца, попросила Ульяна.

- Что хотела? - как можно дружелюбнее спросила Никитина.

- Мне казалось, - шепотом заговорила Ульяна, - что я всем понравилась, ведь я так чудесно отношусь к одноклассникам, пытаюсь поддерживать хорошие отношения со всеми без исключения. Вот зря вы Олеженьку забили. Душевный парень, кстати. Представляешь, он мне первый написал первого сентября. Мы с ним мило побеседовали. Довольно долго говорили обо всем, он мне рассказал про каждого из класса. Сразу легко стало, будто с вами год училась. Так вот. Про Василису он сказал, что она девушка Гошки, а я их вместе не вижу совершенно. Поссорились, что ли?