Нахмурив брови, он резко остановился, сунул руку в карман жилета и вынул часы. Еще не поздно нанести визит Соланж.

Несколько минут спустя он сидел в карете, направляясь в Пале-Рояль.

3

В обрамленных четырехугольной каменной галереей садах Пале-Рояля расположилось кафе «Де Фой». За столиками на свежем воздухе отдыхали и наслаждались последними теплыми днями позднего лета те, кто посетил ближайшие магазины и лавки. Тэсса и ее новые друзья — Салли и Десмонд Тернер — тоже оказались здесь. Они уже обошли магазины, ряды которых помещались в галерее, и теперь наблюдали за разноцветной толпой, заполнявшей сады бывшего Королевского дворца. Тут гуляли щеголи и светские женщины, солдаты в военной форме и няни с малышами, добротно одетые горожане и элегантные мужчины с дамами, снимавшими апартаменты в верхних этажах дворца. Тэсса только что, по секрету разумеется, шепнула Салли, что дамы, которые проживают в Пале-Рояле, никакие вовсе не дамы, и с серьезным видом кивнула, подчеркивая свою осведомленность.

Десмонд, медленно потягивая вино, рассматривал гуляющих. Сегодня он впервые посетил Пале-Рояль в дневное время и облегченно вздохнул, убедившись, что в этот час здесь совершенно не видно накрашенных продажных женщин, которые вечерами бесстыдно предлагают свои услуги любому мужчине. Не было драк и скандалов, и не слышно было возбужденных пьяных голосов. Бонапарт реквизировал одно крыло дворца для своего Трибунала, потому и сады, и их окрестности буквально кишели агентами тайной полиции. Лишь подумав об этом, Десмонд с профессиональным интересом стал разглядывать праздношатающихся и чинно гуляющих мужчин, пытаясь определить, кто из них агент тайной полиции Бонапарта.

Тем временем Тэсса и Салли гадали, кто такие мужчины, время от времени открывающие двери справа от кафе «Де Фой».

— Они — игроки, — предположила Тэсса. — Игра не прекращается всю ночь. Ты только посмотри на их лица. Не так уж трудно догадаться, кто из них выиграл, а кто проиграл. А может… — Тут она подмигнула Салли и доверительно прошептала: — Может, они возвращаются домой после ночи, проведенной с «милой подружкой»…

Но, поскольку Салли явно ничего не поняла, Тэсса пояснила:

— С любовницей…

Появление официанта с подносом, уставленным бокалами и блюдечками, заставило девушек поменять тему разговора. Они глянули друг на друга и тихонько засмеялись.

Тэсса внезапно осознала, что, несмотря на ее антипатию к господину Тревенану, ей нравятся его друзья, особенно — Салли. Девушка, хоть и была англичанкой, выгодно отличалась от своих соотечественниц прямолинейностью и открытостью характера. Она, казалось, была полностью лишена английской жеманности и чопорности. Когда они сегодня наткнулись на неприличные гравюры в галерее Валуа, Салли даже не покраснела, наоборот, попыталась, ради шутки, конечно, уговорить брата приобрести их и положить начало новой семейной коллекции. Он, разумеется, не сделал этого, но дружеские, доверительные отношения брата и сестры понравились Тэссе.

— Чем вы занимаетесь, мистер Тернер? — спросила Тэсса. — До сих пор вы ни словом не обмолвились о своей профессии…

Вместо брата ей ответила Салли:

— Когда-то Десмонд был адвокатом и если бы захотел, то мог бы возглавлять юридическую контору…

— Редкая скучища, — вмешался Десмонд. Он поднес ко рту небольшую чашечку, которую только что поставил перед ним официант, и сделал маленький глоток черного крепкого кофе. Напиток, видимо, не пришелся ему по вкусу, ибо Десмонд поставил чашечку на блюдце и отодвинул ее подальше от себя.

— Теперь он занимается… Но это скорее хобби, чем профессия, — попыталась объяснить Салли, но ее брат снова вмешался:

— Я расследую преступления, — сказал он, — разыскиваю грабителей банков, задерживаю убийц и других нарушителей закона…

— Так вы, стало быть, служите в полиции? — догадливо кивнула Тэсса.

— О нет, нет, — возразил Десмонд. — Это неинтересно. Я оказываю платные услуги…

Тэсса, как она ни хотела, не сумела скрыть своего удивления. Она не могла представить себе, как кто-то нанимает Десмонда Тернера, чтобы он выслеживал грабителей банков и убийц. Но она также не представляла, как Десмонд Тернер-адвокат защищает в суде обвиняемого. Во-первых, он казался ей слишком молодым — лет двадцати четырех, не больше, — чтобы кто-либо принимал его всерьез, а во-вторых, он напоминал ей одного премилого, приятной наружности пастора из церковного прихода в Ардене и уж никак не был похож на грозного сыщика или сурового адвоката.

Не задумываясь, Тэсса вслух высказала свои сомнения.

Выслушав ее, Салли расхохоталась.

— Ты совершенно права, — согласилась она, — на первый взгляд такое никому и в голову не придет, но, уверяю тебя, Десмонд довольно известен в определенных кругах.

И, не обращая внимания на протесты брата, Салли принялась рассказывать о делах, которые тот раскрыл.

Оказывается, Тэсса слышала о похищении двадцати тысяч фунтов из банка на Пэлл-Мэлл, о краже картин из дома лорда Хаусера в Йорке, о шайке сводников, которые обманом завлекали молодых девушек в дома терпимости, а также об ужасном убийстве богатого молодого лорда, в котором поначалу обвиняли цыган, но позже, благодаря самоотверженной работе и сыскному таланту Десмонда, выяснилось, что преступление совершила жена лорда, расточительная и распутная женщина.

Отвечая на вопросы Тэссы, Десмонд рассказал, как случилось, что он занялся частным сыском, оказавшимся к тому же весьма прибыльным делом. Это было настоящее хобби, можно даже сказать — семейное. Двое дядюшек Десмонда были мировыми судьями [1], и юноша помогал им расследовать дела. Позже, уже став адвокатом, он обнаружил, что настоящий интерес для него представляет не защита преступников в суде, а расследование уголовных дел.

— Потрясающе! — воскликнула Тэсса. — И вам всегда удается раскрыть преступление?

— Ну что вы, конечно, нет, — ответил Десмонд. — Было, например, одно дело, от которого я пришел в полное недоумение…

Он посмотрел девушке в лицо, и взгляд его добрых карих глаз вдруг стал жестким и тяжелым. Тэсса, вздрогнув, машинально поправила шаль, прикрывая свои обнаженные руки. Прищурив глаза, она внимательно разглядывала Десмонда. Кажется, она неправильно определила его возраст — Десмонду не менее тридцати, — и теперь она вполне могла представить себе, как он выступает в суде, защищая своего клиента. Прекрасные манеры и любезная улыбка хорошо скрывали истинную сущность Десмонда Тернера.

Вдруг взгляд его смягчился, и Десмонд почти равнодушно произнес:

— Я расследовал дело об убийстве одной молодой женщины. Ей было всего двадцать два года. Ее звали Маргарет Хэммел.

— Вы сказали это так, словно я была с ней знакома, — удивилась Тэсса.

— Вполне возможно, так оно и было. Вы учились с ней в одной школе, — пояснил Десмонд.

— Я сменила столько школ, что едва ли смогу припомнить, чем они отличались друг от друга, — заявила Тэсса.

Прислушиваясь к разговору, Салли доедала растаявшее мороженое.

— Это было во Флитвуд-Холле, — сказала она. — Но я тоже не помню Маргарет Хэммел.

Она подняла на Тэссу задумчивый взгляд.

— Мы были в первом классе, а Маргарет — в одном из старших. В то время она была старостой, — напомнила Салли.

— Флитвуд-Холл?.. Не помню… Подожди минутку… Как звали директрису? — спросила Тэсса, напряженно вспоминая.

— Мисс Олифант, — ответила Салли.

Сердце Тэссы взволнованно забилось. Флитвуд-Холл. Теперь она вспомнила это место. Школа располагалась в величавом неоклассическом особняке, окруженном прекрасным парком. Там были рощи, аллеи и живописное искусственное озеро, ходить на которое девушкам одним строго запрещалось. Несмотря на запрет, Тэсса и Нэн, дождавшись, когда все заснут и особняк запрут на ночь, выходили из спальни и спускались к озеру. Как давно Тэсса не вспоминала Нэн? «Что с ней сейчас? Где она?» — вдруг подумала девушка.

Воспоминания освежили память, и Тэсса согласно кивнула.

— Да, Академия мисс Олифант, — в раздумье заговорила она. — Так называлась школа, а особняк — Флитвуд-Холл. Владелец поместья, ушедший от дел, передал его мисс Олифант под школу.

Салли ковыряла ложечкой в растаявшем мороженом.

— Вот этого я совсем не помню, — сказала она и, взглянув на Тэссу, добавила: — Зато помню, как одна из девушек утонула. Это было ужасно.

— Что было ужасно? — вдруг заинтересовался Десмонд.

— Я уверена, что рассказывала тебе об этом, — ответила Салли, — но, если ты забыл, могу напомнить. Это случилось в самом конце школьного года, едва ли не накануне летних каникул. Четыре девушки из старшего класса нарушили правила и ночью незаметно выскользнули из спальни, чтобы искупаться в озере. К сожалению, ни одна из них не умела плавать. Но не только они оказались на озере… — Салли вдруг прервалась, а потом заявила: — Тэсса была там. Она лучше меня расскажет, что случилось той ночью.

Сердце Тэссы забилось сильнее.

— Нет, я не ходила на озеро, — возразила она. — Я знаю, что говорили старшие девушки, но они ошибались. Было темно. Они не могли видеть меня. Им показалось, что они узнали мой голос. Но это была не я. Уже три дня я болела и не вставала с постели. Мисс Таннер, старшая учительница, сказала об этом на следствии.

— Ну, как бы то ни было, — заключила Салли, — с одной из старших девушек случилась беда — она утонула. Это был несчастный случай.

— Бэки Феллон, ее звали Бэки Феллон, — вспомнила Тэсса.

— Бежняжка Бэки, — кивнула Салли и посмотрела на брата.

— Да, — резко произнесла Тэсса, и ее пальцы крепко сжали ложечку, с которой капало давно растаявшее мороженое.

С тех пор как Бэки Феллон утонула, прошло уже несколько лет, но, каждый раз думая об этом, Тэсса испытывала чувство вины. Она не знала, почему ощущает себя виновной, однако девушка не лгала Салли. Когда произошел несчастный случай, она действительно болела и уже три дня не вставала с кровати. Правда, она не любила Бэки Феллон, но никогда не желала ей смерти. Узнав об ужасном происшествии, Тэсса пережила шок, как, впрочем, и все остальные девушки.