После побега из дворца, от праведной ярости Себастьяна, у нее осталась лишь одна цель: найти своего отца. Она должна была найти его, умолять его не винить Себастьяна в том, что она не смогла уничтожить короля англичан. Она не знала, как его убедить, но готова была обменять что угодно на жизнь Себастьяна, даже собственную жизнь, если ярость Синана того потребует.
В конце узкой аллеи ютилась маленькая таверна, единственный источник света в этом темном и затхлом подбрюшье города. Захира направилась к свету фонарей у входа, переступив пару вытянутых ног, преградивших ей путь. Бродяга, сидевший на земле, пробормотал что-то неразборчивое, когда ее сандалии исчезли вдали, разбрасывая мусор, и снова заснул.
Два араба стояли почти вплотную и вели приглушенную беседу у входа в таверну, но замолчали, заметив приближающуюся Захиру. Зрелище она представляла собой то еще: волосы растрепались, лицо было без вуали, залитое слезами, широкие полы шальвар пропитались пылью и грязью улиц. Даже в предельном отчаянии она понимала, что выглядит неприлично и неуместно. Двое мужчин обменялись явно оценивающими взглядами, а затем один из них улыбнулся, и Захира резко пожалела о потере кинжала.
— Эй, красотка, иди к нам, — сказал младший, обнажая зубы в улыбке, от которой она покрылась мурашками.
От них пахло опиумом и опасностью, но только они отделяли Захиру от помощи, которую она могла получить по другую сторону двери таверны. Она слышала приглушенные голоса и смех из-за этой двери и собиралась любым способом пробраться мимо преградивших ей путь.
— Я кое-кого ищу, — сказала она. И целеустремленно шагнула вперед, протягивая руку к засову двери. Ее остановили, как она и ожидала. Улыбающийся мужчина преградил ей путь своим телом, его друг сдвинулся, чтобы помочь ее схватить. Захира попятилась на шаг, и этого хватило, чтобы они учуяли ее замешательство.
— Куда собралась, красавица? Ты уже нас нашла, нас хватит. Пойдем поговорим. Тебе понравится.
— У меня назначена встреча, — сказала она намеренно ровным тоном. — С моим отцом. Он сказал, что встретит меня в таверне. Он наверняка уже ждет меня внутри.
— Здесь? — поддразнил ее первый. — В такой час?
Стоявший слева захихикал.
— Если считаешь, что он здесь, тогда позови его. Может, мы и ему дадим поиграть.
Захира стояла, оценивая свои способности, а два бандита смеялись и перешучивались по поводу того, что сделают с ней и всей ее семьей. Улыбавшийся мужчина расхохотался глупым смехом, отдавшись влиянию опиумных паров, и звук зазвенел в опустевшей улице. Он потянулся, чтобы схватить ее за руку, уверенно, с волчьей ухмылкой. Захира оценила свой шанс и ударила, как ее учили в бесчисленных тренировках в Масиафе.
Она схватила его за протянутую к ней руку, дернула вперед, лишая его равновесия. Ее колено врезалось ему между ног, сильным и быстрым ударом. Он взвыл, но лишь на мгновение. Захира захватила его шею локтем, использовала другую руку, как рычаг, и свернула ему шею. Труп с глухим звуком рухнул у ее ног. Обернувшись к его компаньону, Захира увидела только воздух, мужчина сбежал, дробно топоча ногами уже в конце улицы.
Внезапно за ее спиной раздался шорох и из темноты вынырнула рука. Захира повернулась, готовясь встретить любую проблему с той же жестокостью.
— Не бойтесь, госпожа. — Это был бродяга, которого она переступила на дороге к таверне. Он вышел на свет, и теперь она заметила, что он не просто пьяница. Он был из ее клана, фидаи, поставленным на посту наблюдать за улицами под прикрытием. Если он здесь, значит отец тоже где-то неподалеку.
— Отведи меня к нему, — приказала она сородичу. — Я должна немедленно увидеть отца.
Он провел ее по прилегающей улице, невыносимо смердящей отбросами. Здесь света не оказалось, она могла рассмотреть лишь случайные проблески луны и тень очертаний ее проводника фидаи, который помогал ей не оскользнуться в кромешной тьме. Она закрывала нос рукавом, второй рукой удерживала равновесие на узкой дорожке, казавшейся слишком мерзкой для человеческого существования.
Захира мгновенно поняла, почему ее отец выбрал это место в качестве своей штаб-квартиры в Ашкелоне — никто, кроме самых отчаянных посетителей, не стал бы забираться в этот отстойник нижнего города. Синан здесь так же неуязвим, как жук в самом центре навозной кучи.
Впереди, в десятке шагов от нее, улица заканчивалась неприметной покосившейся хижиной. Крошечное здание, похожее на крышку котла, возвышалось над улицей грудой камней и обвалившейся черепицы. Сородич Захиры остановился у криво сколоченной из гнилых досок двери.
— Быстрей, госпожа, — прошептал он, приглашая ее вперед, отодвинув доски от входа.
Она поднырнула под его руку и направилась в непроглядную тьму за ним. Ни ламп, ни звуков, лишь черная тишина. И застыла на месте, размышляя о том, не завели ли ее в очередную ловушку, но тут голос фидаи раздался совсем рядом.
— Сюда, госпожа. Совсем скоро будет светлее.
Осторожно, не зная, есть ли у нее выбор, она проследовала за шорохом его одежды в темную бездну. Раздался мягкий скрип кожаных петель, затем он повернулся и взял ее за руку.
— Сейчас мы начнем спускаться, мистрис. Держитесь ближе и осторожно ступайте.
Они спускались по бесконечной лестнице, все вниз и вниз, пока воздух вокруг не стал холодным и влажным. Откуда-то издали доносился низкий вой ветра. Звуки походили на сильный шторм.
Глаза Захиры понемногу привыкли к недостатку света. Она видела, как предметы начинают приобретать форму: арка грубо отесанных каменных стен, плоские ступени под ногами, слабое очертание плеч ее проводника, скрытых рваньем его маскировки. Впереди и выше, очень далеко, виднелись проблески серебристого света.
Где-то там горел факел, его оранжевое пламя служило им маяком. Они проследовали на этот свет, и по мере приближения Захира начала различать голоса. Низкие раскатистые голоса говорили на арабском. Она расслышала голос отца и содрогнулась от ужаса, думая, как сообщит ему о провале.
Лестница резко обрывалась, выходя на ровную утоптанную площадку. Сандалии Захиры слегка проваливались при каждом шаге, и она сообразила, что идет по песку. И, следуя за сородичем к конечной точке своего пути, она поняла, что звуки, которые она приняла за вой ветра, на самом деле были грохотом волн. Они очутились возле океана. И чем глубже входили в пещеру, тем сильнее становился запах водорослей, резкий, навязчивый, пропитавший весь воздух. Она чихнула, и бормочущие голоса резко замолкли от этого звука. Внезапная тишина прервалась шипением оружия, которое покидало ножны.
— Кто идет? — с угрозой спросил мужской голос на арабском.
— Джалил, — отозвался ее сопровождающий. — Я привел дочь господина.
Он завел ее за широкий отрог скалы, и перед ними оказался Синан, трио его телохранителей и несколько других мужчин, державших оружие наготове. Фидаи, все фидаи, и нервный мусульманин, который, судя по всему, стал патроном короля ассасинов в городе.
Синан смотрел на Захиру, но заговорил с Джалилом.
— Тебе было приказано стоять на страже и убедиться, что сюда никто не придет. Помнишь подобный приказ?
Фидаи, стоявший рядом с ней, нервно переступил с ноги на ногу.
— Да, господин.
Захира почувствовала, как холод ползет по спине, когда ее отец обернулся к своим людям. Двое телохранителей, стоявших за спиной Синана, вышли вперед и стали по обе стороны от господина. Один из них вынул кинжал.
— Н-но, господин… — запнулся Джалил. И вскинул руку, словно стараясь остановить приближение стражей Синана. — Она ваша дочь. Она была в опасности. Я думал…
— Да, — с ледяным спокойствием прошипел Синан. — И в этом твоя ошибка.
Он взглянул на двоих фидаи, и они шагнули к Джалилу.
— Отец, — вскрикнула Захира, — отец, нет!
Слишком поздно и тщетно. С эффективностью, ради которой она сама тренировалась долгие годы, ассасины бросились к Джалилу и перерезали ему горло. Его кровь хлынула на песок, когда он упал, пятна казались черными в слабом свете фонаря.
— Сбросьте его с обрыва, — скомандовал Синан. — Пусть река отнесет эту рвань к морю.
Телохранители подняли обмякшее тело Джалила и отнесли его на несколько метров вперед. В темноте казалось, что к темной каменной стене, но затем Захира поняла, что у стены находился глубокий провал. Стена возвышалась над пропастью, расколом в камне. Люди Синана остановились и бросили тело Джалила вниз. Оно упало в воду, раздался далекий всплеск, тут же затерявшийся в реве океанского течения.
Захира поморгала, чтобы утишить ярость, и уставилась на чудовище, бывшее ей отцом. Она была в ужасе от увиденного, но его она боялась больше. Он прожег ее взглядом, и она попятилась, отчего в его угольно-черных глазах блеснуло веселье.
— Скажи, что ты здесь с хорошими новостями, Захира. Франк мертв?
Она не могла ответить, язык словно приклеился к нёбу. Синан захихикал в ответ, тонко и злобно.
— Я должен был знать, что тебе не хватит сил, — продолжил он едва слышным шепотом. — Ты слаба. Ты женщина. Ты мне отвратительна.
Было время, когда Захира ощетинилась бы в ответ на такие слова, она была выращена, чтобы уметь защитить себя, она объяснила бы, как прошла ее миссия, как она старалась, настаивала бы, что не слаба и не заслуживает его отвращения. Но куда больше ее сейчас беспокоило то, что в ее жилах течет его кровь, что она может быть похожа на него. И то, что она так долго хотела одобрения от этого жестокого человека, готова была на все, чтобы заслужить его. Ей было больно оттого, что она боялась его настолько, что решилась предать любимого человека — рискнуть потерять его навсегда, — только бы не столкнуться с яростью Синана. В этом была ее слабость. Это было отвратительно.
— Отец, — сказала она, и слово горечью осело на языке, — я никогда ни о чем тебя не просила, но сегодня я умоляю тебя о милости. Я пришла просить тебя освободить меня от судьбы клана и дать клятву, что ты не тронешь Себастьяна.
"Тайный искуситель" отзывы
Отзывы читателей о книге "Тайный искуситель". Читайте комментарии и мнения людей о произведении.
Понравилась книга? Поделитесь впечатлениями - оставьте Ваш отзыв и расскажите о книге "Тайный искуситель" друзьям в соцсетях.