— Встретимся с адмиралом Нельсоном? — переспросила Вернита. — Но куда он ведёт английский флот?

— Как рассказал мне Буэ, ходят слухи, что французский флот, соединившись с испанским, двинулся к Вест-Индии. Если это так, Нельсон последует за ним.

— А… что же будет с нами?

Аксель улыбнулся.

— Милая, если мы попадём на английский военный корабль, все остальное будет неважно. Мы будем в безопасности, а Нельсон уничтожит французский флот так же, как и в битве на Ниле.

Верните вовсе не хотелось оказаться на военном корабле во время жестокой морской баталии.

Но в следующий миг Аксель приник к её губам — и Вернита забыла обо всём на свете, кроме своей любви.

Пролетела ещё одна короткая ночь.

Когда Аксель и Вернита вышли на улицу, было ещё темно, и в тишине предутреннего города слышалось лишь шарканье метёлок по тротуарам — Марсель прихорашивался к началу нового дня.

Анри вместе с заспанным и хмурым хозяином гостиницы несли чемоданы.

Впрочем, когда Аксель вручил хозяину горсть золотых монет, хмурая физиономия его разгладилась и он со всей искренностью пожелал постояльцам доброго пути.

Корабль Антуана Буэ, который, как вскоре узнала Вернита, уже не раз вывозил из Франции беглецов, направляемых виконтом, оказался больше, чем она ожидала.

Изначально он был скромным рыбачьим судном, но Антуан Буэ, в котором жажда быстрого заработка была сильнее страха, переделал его в нелегальное пассажирское судно и начал промышлять контрабандой людей.

Этот грубый, просоленный морем капитан объяснил Акселю, что до политики ему никакого дела нет: пусть короли и императоры занимаются чем хотят, а его оставят в покое и дадут спокойно зарабатывать себе на жизнь!

— Все они только и делают, что суют нос в частные дела честных людей! — ворчал моряк. — Паразиты, живущие за наш счёт — вот они кто!

Аксель знал, что также думает большинство простых французов — вся разница в том, что обычно простые люди боятся открыто выражать свои мысли.

На рассвете Антуан Буэ вывел судно из порта. Оно беспрепятственно выскользнуло в открытое море, и только теперь Вернита смогла вздохнуть свободно.

Они с Акселем стояли, обнявшись, на носу корабля и смотрели вдаль. По лицу Акселя Вернита видела, что и с его плеч упала тяжёлая ноша.

— Мы свободны! — прошептала она. — Неужели это правда?

— Ещё не совсем, — ответил он. — Мы ещё можем попасться на глаза берберским корсарам или какому-нибудь французскому фрегату, который захочет узнать, что делает рыбачье судно так далеко от прибрежных вод.

Однако по блеску в его глазах Вернита догадалась, что Аксель сам не очень верит в такую опасность.

Крепче обвив рукой её стан, он продолжал:

— Теперь будем искать британский флот.

— А ты уверен, что он здесь, в Средиземном море? — спросила Вернита.

— Я не только слышал об этом — я в этом не сомневаюсь, — ответил Аксель. — Если французский флот направился в Вест-Индию, Нельсон погонится за ним.

К несчастью, погода заметно ухудшалась.

Порывы ветра становились все сильней. Судно раскачивалось на волнах, как на гигантских качелях, и Вернита поблагодарила Бога за то, что не страдает морской болезнью.

Однако Аксель настоял, чтобы она пошла в каюту и прилегла — он боялся, что ветер может сбить Верниту с ног.

Вернита с радостью подчинилась — она просто шилась от усталости. И, пока Аксель на палубе вглядывался вдаль, высматривая на горизонте британские корабли, Вернита крепко спала, восстанавливая силы.

Просыпаясь, она благодарила Бога за то, что волны с каждым часом уносят её все дальше от ненавистной Франции, и засыпала снова.

Море успокоилось только на второй день к вечеру. А на третий день Вернита, лёжа в каюте, услышала наверху громкие крики. Потом раздались торопливые шаги Акселя.

Вскоре он вбежал в каюту. Ему не нужно было объяснять, что вдали показался британский флот — Вернита прочла радостную весть в его глазах.

Аксель поцеловал её и снова выбежал на палубу.

Вернита накинула подаренный виконтессой бархатный плащ и поднялась вслед за ним.

Что за великолепное зрелище открылось ей! Десятки линейных крейсеров, предводительствуемые двумя мощными трехпалубными кораблями, на всех парусах шли вперёд.

При виде этой грозной армады сердце Верниты радостно забилось от гордости за свою страну. Она нала, что Аксель чувствует то же.

Буэ осторожности ради вышел в море без флага — но теперь по приказу Акселя он вывесил на мачте «Юнион Джек» и флаг, на языке морских сигналов означающий призыв о помощи.

Встречный ветер мешал судну Буэ догнать англичан — однако гораздо быстрее, чем ожидала Вернита, они с Акселем оказались на флагманском корабле — пристанище адмирала.

Ступив на палубу британского судна, Вернита обернулась и помахала Буэ рукой. А через несколько минут их с Акселем уже ввели в просторную каюту, где Вернита в первый раз в жизни увидела лорда Нельсона.

Вернита подсознательно ожидала увидеть какого-то сказочного богатыря и была немало удивлена, когда перед ней предстал невысокий сухонький человечек с пустым рукавом и повязкой на глазу.

Однако в первые же минуты разговора она почувствовала, что в этом искалеченном теле скрывается ум гениального стратега и дух великого полководца.

От него, как и от Акселя, исходила аура силы и власти. Вернита присела в низком реверансе, лорд Нельсон улыбнулся ей — и Вернита поняла, почему леди Гамильтон считает его неотразимым.

— Милорд адмирал, — услышала она голос Акселя, — моё имя Трегаррон. Мы с женой бежали от наполеоновской полиции.

— Я слышал о вас, милорд, — ответил Нельсон. — Когда я был в Англии, мне рассказывал о вас премьер-министр.

— О вас, милорд адмирал, я тоже слышал немало, — улыбнулся Аксель, — но, думаю, всеобщее восхищение вам уже наскучило.

Адмирал пригласил гостей сесть и начал расспрашивать об их приключениях. Только услышав подробный рассказ об их бегстве, он заговорил о своих заботах.

— Адмирал Вильнев, — рассказывал он, — прошёл мимо нашего наблюдательного пункта на мысе Святого Себастьяна. Как мы и ожидали, он направляется не на восток, а на запад. К несчастью, правительству не пришло в голову сразу сообщить мне о происшедшем, в результате я потерял несколько дней, к тому же этот противный ветер…

— Да, последние два дня ветер был очень силён, — подтвердил Аксель.

— За девять дней мой флот прошёл всего двести миль! — с горечью сказал лорд Нельсон. — Похоже, военная удача меня покинула!

— Вы не боитесь пропустить французов? — спросил Аксель.

— Надеюсь на милосердие Божие. С одного прошедшего мимо торгового корабля мне сообщили, что французы прошли на запад вдоль побережья Испании.

— И вы надеетесь их перехватить? — продолжал спрашивать Аксель.

— Попробую, — ответил лорд Нельсон. — Пять фрегатов мне пришлось оставить, чтобы охранять Мальту, и только сегодня погода — злейший враг всякого моряка — стала ко мне благосклоннее.

Они поговорили ещё немного, затем лорд Нельсон сообщил, что в Гибралтаре, если сохранится хорошая погода, они на несколько часов остановятся.

— А затем пойдёте на запад, милорд? — спросил Аксель.

— На Мадейру — а затем на запад, — ответил лорд Нельсон. — Если я не найду французов или окажется, что они плывут не в Вест-Индию, моё имя навеки покроется позором. Таков мой путь, и что ждёт в конце — бесславная кончина или склеп в Вестминстерском аббатстве? Кто знает?

Аксель промолчал. Вернита почувствовала, что он напряжён.

Лорд Нельсон, угадав мысли собеседника, улыбнулся.

— Но вам, милорд, не о чём беспокоиться. Из Гибралтара я отправлю в Англию корабль с донесением. Вы с женой сможете отправиться на нём.

— Благодарю вас, милорд адмирал, — ответил Аксель.

В его голосе Вернита услышала явное облегчение.

Матрос проводил их в каюту, где Акселю и Верните предстояло провести плавание до Гибралтара.

Она была поменьше каюты лорда Нельсона, но столь же комфортабельная и уютная. Впрочем, Аксель и Вернита не возражали бы, даже если бы их поселили в трюме! Они думали только об одном: наконец-то все кончилось, многолетний кошмар позади!

Как только матрос вышел, прикрыв за собой дверь, Аксель и Вернита бросились друг к другу и слились в жарких объятиях.

Аксель снял с Верниты шляпку, бросил её на стол и, подхватив жену на руки, понёс её к постели.

Раскинувшись на мягких подушках, Вернита призывно улыбнулась ему. Аксель сбросил сюртук и сел рядом, глядя на жену влюблёнными глазами.

— Все позади, любовь моя! — произнёс он. — Мы в безопасности!

— У нас получилось! — прошептала Вернита и тихонько всхлипнула от радости.

— Мы бежали из Франции и от Наполеона, — ответил Аксель, — но есть одна вещь, от которой мы не сможем убежать никогда.

— Что же это? — с удивлением спросила Вернита.

— Наша любовь, — ответил он. — Сердце моё, ты навеки у меня в плену! Я никогда никуда тебя не отпущу!

Вернита рассмеялась.

— Ты думаешь, я захочу убежать?

Она обвила шею Акселя руками и пригнула его голову к своим губам.

— Я хочу навеки остаться у тебя в плену! Хочу, чтобы ты всегда носил меня на руках… и в сердце, хочу прожить с тобой всю жизнь, никогда не разлучаясь!

— Ты не только живёшь в моем сердце, — ответил Аксель, — ты стала частью меня, и без тебя я не смогу жить!

Вернита подставила мужу губы для поцелуя — но Аксель ещё не сказал всего, чего хотел.

— Моя милая, отважная, удивительная жёнушка! — произнёс он. — Теперь я дам тебе всё, что ты хочешь, все, чего ты так долго была лишена!

— Это нетрудно, — прошептала Вернита, — ведь мне нужен только ты.

— Я — твой, а ты — моя, — ответил Аксель.

И словно не в силах противиться желанию, он прильнул к её губам.

В жилах Верниты все ярче разгорался огонь, она слышала, как бьётся сердце Акселя — часто и гулко, как и её собственное.