– Я отвезу их Роланду. Так я оплачу свой долг Дарии.

– Не забудьте о своей жене, милорд. Она ходит гордая, как пава, ведь в конце концов это она поймала графа Клэра. Теперь она тоже выполнила свой долг. Вы знаете, что у этого Клэра самые рыжие волосы, которые я когда-либо видел у мужчины? – Поскольку хозяин молчал, Рольф продолжал:

– И ни один из них не догадывается о том, что другой рядом. Интересно, знакомы ли они?

– Конечно, знакомы. Они смертельные враги, насколько мне известно из рассказов Роланда.

– Как же Роланд де Турне поступит с этими графами?

– Если он мудрый человек, то убьет обоих. Но, зная Роланда, смею предположить, что он придумает такое наказание, что ад им покажется раем. У него очень изощренный ум.

– Как у вашей жены, милорд? Грелем смерил его мрачным взглядом.

– Да, как у моей Кассии, черт бы ее побрал. – Он встал и потянулся.

Ветер доносил с моря запах водорослей, темные тучи обложили небо, закрыв луну, но вот тучи рассеялись, и луна вновь ярко засияла. Грелем глубоко вздохнул, пожелал Рольфу и остальным рыцарям спокойной ночи и зашагал к палатке.

Жена ждала его, как он ей и приказал. Она лежала на узкой походной кушетке совершенно обнаженной.

Сбрасывая ночное одеяние, он услышал ее смех.

Глава 23

Кассия де Мортон с обидой посмотрела на мужа.

– Ты не сказал мне, что они старые знакомые, Грелем.

– Два сапога пара.

– А что, если нам просто оставить их одних?

– Тогда графы, возможно, передерутся. Роланд говорил, что они заклятые враги. Кажется, Дэймон Лемарк несколько лет назад убил брата Эдмонда Клэра. Больше я ничего не знаю. Может быть, Роланд потом сам расскажет.


***

Графов разделял внутренний двор Чантри-Холла; они стояли в окружении людей Грелема и Роланда. Роланд и Дария переводили взгляд с Грелема на его маленькую жену, стоявшую рядом с ним в мужском костюме, – прямую, гордую и непреклонную. Ее косы были убраны под шапку.

Дария растерянно произнесла:

– Значит, каждый из вас поймал одного из этих…, чтобы отдать долг мне? – Когда Кассия кивнула, Дария воскликнула:

– Но никакого долга нет! Если я заставила вас подумать, будто вы мне чем-то обязаны, меня следовало бы повесить за ноги и…

– Замолчите, Дария, – перебил Грелем. – Что сделано, то сделано. Оба этих негодяя были в Корнуолле и заслуживают того наказания, которое выберет для них Роланд. Мы с женой просто облегчили вашему мужу их поиски, вот и все.

Леди Кэтрин стояла позади дочери, устремив взгляд на Дэймона Лемарка. От одного его вида у нее пересохло в горле и тело покрылось холодным потом. Дария повернулась к матери и быстро проговорила тихим, успокаивающим голосом:

– Мама, не бойся. Дэймон больше никогда не сможет причинить нам зло.

Но Кэтрин словно не слышала слов дочери – настолько она была скована страхом.

– Он пришел сюда, чтобы убить тебя и твоего мужа.

– Но он проиграл, – сказал Роланд, прикоснувшись к ее плечу. – Взгляните на него. Разве он не внушает вам жалость? Власть давала ему иллюзию собственной значимости, теперь же он – ничто!

Дария с удивлением смотрела на мужа. Мать глубоко вздохнула, и на ее щеках выступил румянец. Сэр Томас нежно пожал ей руку. К радости Дарии, Кэтрин обернулась к нему и улыбнулась. Роланд кивнул собравшимся.

– Входите в замок. Грелем, приведи мальчишку и объясни мне, чем тебя очаровал этот тощий молокосос.

– Мальчишка только кажется тощим, – улыбнулся Грелем. – Без этой нелепой одежды он выглядит совсем иначе и на многое способен.

– Довольно! – воскликнула Кассия. – Дария, спаси меня от этого грубияна. Но Роланд взял Дарию за руку.

– Пойди в зал и посмотри, как там дела.

– Следует ли мне выпороть мою маленькую женушку? – спросил Грелем, ни к кому в особенности не обращаясь.

– С женой можно заниматься более приятными вещами, – нравоучительно произнес Роланд и приобнял Дарию. – Конечно, это приводит к физическому истощению и одурманиванию.

Грелем задумчиво оглядел их. После его отъезда они очень сблизились. Неужели он стоял между ними? Это была неприятная мысль. Кассия, очевидно, тоже с удивлением заметила перемену в их отношениях.

Как только они уселись за стол и пригубили из кубков вина, принесенного сияющей Гвин, Кассия продолжила:

– Дария, мой муж охотился за графом Реймерстоуном, а я…, ну мне повезло, что граф Клэр тоже оказался в Корнуолле. Они оба хотели похитить тебя и замышляли кровавую месть для Роланда.

Роланд хохотнул.

– Пока я лежу на боку в своем замке, вы ловите этих мерзавцев и привозите их ко мне. Чтобы я выбрал им наказание? Над этим стоит подумать.

Грелем кивнул, но Кассия покачала головой.

– Нет, Роланд, пусть их судит Дария. – Она с улыбкой повернулась к мужу. – Однако мы надеемся, что у вас больше нет врагов, скрывающихся за этими холмами.

Роланд пристально посмотрел на друга.

– Теперь ты можешь уделить свое драгоценное внимание чему-нибудь другому, кроме ловли мерзавцев.

– Ну что ж, – согласился Грелем, – мне следует немного поскучать в своем замке.

Кассия сорвала с себя мальчишескую шапку.

– Расскажи нам об этих людях, Роланд.

– Дэймон Лемарк несколько лет назад убил брата графа Клэра. Клэр этого не забыл, и ненависть его не угасла. Вот почему он похитил Дарию. Это была его месть. Но потом он решил взять ее в жены и получить приданое.

– Дэймон знал истинные причины моего похищения, – вмешалась Дария, – но скрыл их от Роланда. Он выдумал какую-то сказочку, которой Роланд не поверил.

В этот момент все услышали тихий голос Кэтрин:

– Он в любом случае не сказал бы правду. Не понимаю, почему Дэймон утаил это от меня. Ведь мои мучения доставили бы ему огромное удовольствие.

Все удивленно повернулись к ней.

– О чем ты, мама?

– Дэймону следовало бы сообщить мне, что Клэр собирается жениться на Дарии.

– Ты знала, что граф Клэр похитил меня, что он намеревался жениться на мне.

– Нет, я не знала, что он хотел жениться на тебе. – Она была бледна и очень грустна. Затем ее губы тронула горькая улыбка, словно женщина смирилась с чем-то. – Порой трудно сказать правду, Дария. Но теперь ты должна все знать. Дэймон Лемарк действительно убил брата Эдмонда Клэра. Его звали Дэвид, он был молод и невинен, так же, как и я, и мы полюбили друг друга. Это случилось много лет назад. Мои родители решили выдать меня замуж за одного из графов Реймерстоунов – Джеймса Фортескью, но я любила только Дэвида. Конечно, желание девушки ничего не значит, но перед самой свадьбой я пошла к Дэвиду. Твой настоящий отец – Дэвид Клэр, а граф Клэр – твой дядя. Дэймон узнал об этом, наверное, от Джеймса, потому что мой муж никогда не верил, что ты – его семя. Дэймон убил Дэвида около пяти лет назад, не преминув сообщить моему мужу, и тот, смеясь, рассказал мне об этом. Хотя они доводились друг другу только сводными братьями, у них было много общего, за исключением того, что Джеймс хорошо владел оружием и рукопашным боем. Его считали честным и храбрым. Но самом деле все принимали за честность его самонадеянность, и многие были одурачены им, в том числе и ты, моя дочь.

В зале воцарилась мертвая тишина. Сэр Томас кашлянул. Кэтрин продолжила:

– Если бы Клэр хорошенько присмотрелся к Дарии, он бы увидел, что ее глаза почти такие же, как у Дэвида. Но очевидно, он не замечал сходства Его брат никогда не рассказывал ему обо мне и дочери. Дэвид защитил нас обеих.

– Вот почему отец был так равнодушен ко мне, ни разу не поцеловал и не приласкал, ни разу не сказал, что любит меня.

Кэтрин кивнула.

– Прости, Дария. Каждый раз, когда он смотрел на тебя, он оборачивался ко мне, и ненависть в его взгляде заставляла меня дрожать. Но он никогда не поднимал на тебя руку. Я пригрозила ему, что если он это сделает, я убью его. Не ножом, но ядом. Он поверил, потому что знал – у меня остались от матери рецепты многих ядов. Но потом он был убит, и мы оказались в руках Дэймона Лемарка.

Роланд вспомнил, какие печальные глаза были у Кэтрин, когда он впервые посетил Реймерстоун. Значит, Дэймон отомстил за своего сводного брата, уложив его жену в свою постель и убив ее любовника. Очевидно, он считал это достойным наказанием за ее неверность, но это была слишком суровая кара. Он тоже удивился тому, что Дэймон Лемарк не сказал Кэтрин о возможном браке между Дарией и ее дядей, графом Клэром. Но, поразмыслив немного, решил: Дэймон боялся, что о происхождении Дарии узнает Колчестер и тогда брак, которого он хотел больше всего на свете, расстроится.

Роланд обернулся к жене. Как же она должна была переживать за мать, которая столько лет несла бремя страшной тайны! Стараясь говорить как можно непринужденнее, он обратился к Дарии:

– Ну что, женушка? Отрезать им уши? Или сделать их евнухами? Выбирай!

Дария покачала головой. Она была в смятении.

– Я чуть было не вышла замуж за своего дядю.

– Бог миловал. Но твой дядя изнасиловал тебя, от этого кровосмесительного союза мог родиться ребенок.

– Я не представляла, что граф Клэр захочет жениться на Дарии, – пробормотала Кэтрин, – не то я бы сошла с ума. Я виновата перед тобой, дитя мое, но я не хотела, чтобы ты знала правду и, возможно, презирала бы меня за нее и…

Дария рассмеялась истеричным смехом, напоминавшим рыдание. Он эхом прокатился по большому залу, и сердце Роланда переполнилось болью. Он схватил жену за плечи и закричал:

– Дария, прекрати!

Но она не могла остановиться. Смех вперемешку со слезами рвался из горла. Она с трудом вымолвила:

– Это уж слишком, Роланд! – Ее смех оборвался, но голос был резким и надрывным. – Неужели вы не понимаете, что если бы я не потеряла этого ребенка, он был бы похож на Клэра, потому что был бы его племянником? И тогда ты, Роланд, никогда бы не поверил мне. – Дария повернулась к мужу, который стоял бледный, со сжатыми кулаками.