— Можешь работать спокойно, — сказал Рэтт Батлер.

Но Мигель Кастильо, казалось, уже не слушал его.

Он откинул последние комья земли и принялся руками отдирать крышку с гроба. Та с грохотом отвалилась в сторону, и Кастильо увидел четыре больших мешка с армейскими печатями.

— Рэтт! — закричал он. — Тут золото!

— Я же не обманул тебя, — ответил Батлер.

Мигель Кастильо выбросил один за другим мешки из могилы. Они с глухим металлическим звуком падали на землю.

— Рэтт, какие они тяжелые! Тут столько денег, а Рэтт? Может, тут больше, чем двести тысяч? И все золотом! Золотом! — приговаривал Мигель Кастильо, выбираясь из могилы.

Рэтт Батлер с легкой насмешливой улыбкой смотрел на мексиканца, как тот, ползая на коленях, пытается зубами развязать узел на горловине одного из мешков.

Но потом Мигель, уже сгорая от нетерпения, схватил лопату и разрубил один мешок.

Золотые монеты полились из него тонкой струей. Мигель Кастильо, застыв на коленях, подставлял под них руки, а потом сыпал монеты себе на голову. Он никак не мог остановиться, все время причитая:

— Золото! Золото, Рэтт, здесь столько золота!

И Мигель Кастильо принялся осыпать себя дождем из золотых монет. Он уже забыл, где находится, забыл, что на него нацелен револьвер Рэтта Батлера.

Когда же мексиканец опомнился, то увидел покачивающуюся перед самым его лицом веревочную петлю.

— Что это? — почти беззвучно спросил Мигель Кастильо.

— Это петля, амиго, — ответил Рэтт Батлер, — неужели ты видишь такое в первый раз?

— Зачем? — изумился Мигель. — Что ты хочешь делать?

— Мне так будет спокойнее, — и Рэтт Батлер, толкнул Мигеля Кастильо револьвером в спину. — Пошли!

Они приблизились к одиноко стоящему посреди кладбища дереву с низкими толстыми ветвями. Рэтт Батлер, не отводя револьвера от Мигеля Кастильо забросил петлю и закрепил ее на дереве.

— Ты что, Рэтт, зачем? Ведь денег хватит нам на двоих, — не очень-то уверенно, заплетающимся от страха языком пытался уговорить своего спутника Мигель.

— Так мне будет спокойнее. Становись на крест, — и Рэтт Батлер указал рукой на старый деревянный крест без надписи, стоящий под самым деревом.

Мигель, тяжело вдыхая, взобрался на крест и с трудом сохраняя равновесие, попытался удержаться на его перекладине.

— Э, нет, приятель, так ты долго не простоишь. Просунь-ка голову в петлю, она тебя немного придержит.

Мигель в растерянности посмотрел на свои руки.

— Надевай, надевай, — поторопил его Рэтт, — у меня не так уж много времени.

Взглянув в ствол револьвера, Мигель медленно надел петлю на шею.

— А теперь руки за спину, — приказал Рэтт Батлер и туго стянул ему руки за спиной кожаным шнурком от револьвера.

Тот стоял на шатком кресте, еле удерживая равновесие. С каждым качком петля все туже и туже затягивалась у него на шее.

— Рэтт, ведь это шутка? — спросил Мигель.

— Нет, я не намерен шутить, — ответил Рэтт, — тем более, что шутки с тобой плохо кончаются.

— Рэтт, но ведь я же знал, что ты умеешь плавать, иначе бы я никогда не выбросил тебя из лодки.

— А я знаю, Мигель, что ты умеешь оставаться живым после виселицы.

— Рэтт, не бросай меня! — закричал Мигель Кастильо.

Но Батлер был неумолим. Он опустил револьвер в кобуру, поднял два тяжелых мешка, связав их горловины ремнем, и забросил себе на плечи.

Рэтт негромко свистнул, и лошади подбежали к нему. Тогда он перебросил мешки через луку седла и сел на коня.

— Рэтт! — закричал Мигель. — Ты же не бросишь меня так, с петлей на шее.

— Мигель, я не понимаю, чем ты недоволен. Ведь я поделил все честно: два мешка мне и два тебе. Я же не забираю твою долю.

— Эй, Рэтт! — крикнул Мигель, но от напряжения качнулся и петля еще туже стянула ему шею, крест под ногами заходил ходуном, и Мигель тут же замолк, боясь сделать еще одно неосторожное движение, ведь тогда бы он закачался на веревке.

Мигель Кастильо пожирал глазами золото, высыпанное в пыль, и хрипел:

— Рэтт, не бросай меня, Рэтт! Ведь мы же друзья…

Но Рэтт Батлер уже неторопливо ехал на коне прочь от Мигеля, вторая лошадь бежала вслед за ним.

— Рэтт, ты не сделаешь этого!

Но Батлер даже не оборачивался.

Крест хрустнул и наклонился. Мигель Кастильо замер, ожидая самого худшего. И понял: если даже крест не сломается, он так долго не простоит, ведь петля все сильнее и сильнее стягивала ему шею.

— Рэтт! — хрипел он, пытаясь докричаться до удаляющегося всадника. — Рэтт, вернись! Ты можешь забрать мои деньги, только сними петлю!

И Батлер как будто действительно услышал этот крик и внял мольбам Мигеля Кастильо.

— Так ты согласен отдать мне свои деньги?

— Да! — прохрипел Мигель Кастильо, боясь, что Рэтт с такого расстояния его не услышит и поэтому принялся кивать головой, уже не обращая внимания на то, что веревка сильно врезалась в шею.

— Я не понял тебя, — крикнул Рэтт, — так ты отдаешь мне деньги?

— Да! — из последних сил крикнул Мигель Кастильо.

Рэтт Батлер вытащил из чехла, подвешенного у седла, ружье и прицелился.

Мигель зажмурил от страха глаза, ведь он с такого расстояния не мог понять, куда целится Батлер — то ли в крест, то ли в веревку, то ли ему в лоб.

Прогремел выстрел.

Мигель Кастильо качнулся и упал лицом в горячую пыль. Перестреленный конец веревки болтался у него на груди.

— Мне не нужны твои деньги, — крикнул Рэтт Батлер, пришпоривая коня.

Мигель Кастильо со связанными руками поднялся на колени.

— Будь ты проклят, Батлер! Сукин ты сын! — но это уже был крик спасенного, а не приговоренного к смерти. — Рэтт, ты скотина! Ты сукин сын!

А лошади мчались, за ними вздымалась пыль.

Мигель Кастильо побежал вслед, но споткнулся и вновь рухнул на землю.

— Рэтт, ты скотина! Мать твоя шлюха! — кричал Мигель, пытаясь развязать себе руки за спиной.

Лошади скрылись из виду, вскоре улеглась и пыль, поднятая их копытами.

А Мигель Кастильо продолжал корчиться на земле и изрыгать проклятья в адрес исчезнувшего Рэтта Батлера.

Рядом с ним в пыли были рассыпаны золотые монеты. Конечно же, Мигель Кастильо не знал, куда направляется Рэтт Батлер, какие у него планы на будущее.

Но сейчас он поклялся себе, что больше никогда в жизни не будет искать Рэтта Батлера, чтобы ему отомстить, ведь месть порождает месть и лучше с такими деньгами зажить спокойной жизнью.


Внимание!