— Жив, — ответил Беннет.

— А жаль, — буркнул Исад. Он приказал двум своим солдатам отвезти посла обратно в резиденцию и приставить к нему охрану. — Может, мне им заняться?

Беннет покачал головой:

— Нет, не стоит. К сожалению, этого человека должны судить в Англии.

— А моя племянница… Она в этом тоже замешана?

Мари прикусила губу. Потом все же ответила:

— Она спасла мне жизнь.

— По эгоистическим причинам, не сомневаюсь, — проворчал паша. — Эта женщина уже довольно давно стала своенравной. И я давно подумываю, что из нее получится подходящая жена для того капитана, что служит на границе. — Он обнял Мари и проговорил: — Твое присутствие здесь нежелательно, но, может быть, наступит день, когда мы с женой сможем приехать к тебе.

Минуту спустя Беннет подвел Мари к карете посла и отдал приказание кучеру.

— Ты же сказал, что такие экипажи слишком медлительны, — заметила Мари.

Беннет усмехнулся и помог ей подняться на ступеньку.

— Да, верно. Но они хороши для уединения.

Уже в карете он поцеловал невесту в губы, в глаза, в шею… А она вздыхала, наслаждаясь искренностью каждой его ласки. Когда он ее так целовал, невозможно было сомневаться, что она — самое дорогое в его жизни.

Мари тихо застонала и крепко прижала к себе любимого. Беннет вздрогнул и пробормотал:

— А я думал, что потерял тебя, русалка…

Он прикоснулся к ее груди.

— Неужели ты действительно видишь меня этой русалкой из поэмы?

Она почувствовала щекой, что он улыбается.

— Да, ведь именно ты сказала мне, что я не могу писать без вдохновения.

Мари вытащила его рубашку из-за пояса и запустила под нее руку. О, как она жаждала этого!

— Думаю, что не вдохновение, а страсть — вот какое слово я выбрала бы.

Беннет застонал, когда ее губы прикоснулись к его шее. Немного помолчав, он сказал:

— Теперь уж я с тобой не расстанусь. Но представляю, как я тебе надоем лет за пятьдесят…

— Только пятьдесят? Этого едва ли хватит. — Она лукаво улыбнулась. — Но возможно, за это время ты научишь меня любить Англию.

Она расстегнула гладкие медные пуговицы на его мундире, чтобы обнажить побольше тела.

Он поднес к губам ее руку и поцеловал кончики всех пальцев.

— Я хочу навестить моих родственников. Но, как моя будущая жена, ты должна кое-что знать. — Он поцеловал ее раскрытую ладонь и сказал: — Мне принадлежит дом в Лондоне, но ты не будешь там жить. А мое поместье находится в Шотландии.