А спустя пять минут, толкнув дверь подъезда и сделав шаг в душный вечер, она удивленно ахнула, увидев Кирилла, который стоял, слегка опираясь на мотоцикл.

— А где же автомобиль, с чьим бампером я уже знакома? — шутливо поинтересовалась Дарина, подставляя щеку для поцелуя. Кирилл не сдержал улыбки, заметив горящие восторгом темные глаза девушки. Склонился к ней, легонько коснулся губами кожи, вдохнув знакомый ему запах духов. И произнес:

— Подумал, что девушек лучше покорять при помощи железного коня.

— И сколько же нежных женских сердец ты и твой мотоцикл разбили? — с толикой ехидцы поинтересовалась она, остановившись рядом. Кирилл якобы задумался.

— Ты первая.

— Какая честь, — Дарина приложила руку к груди. — Но сама идея мне нравится. Тем более, всегда мечтала прокатиться на мотоцикле.

— Мечты порой сбываются, — усмехнулся парень, и пока девушка оглядывала мотоцикл Антона, он достал шлем из багажника, закреплённого за седлом. — Держи. Я за безопасность, — протянул ей.

— Я тоже, — она указала на покрывшуюся багровой коркой ссадину на лбу. — Больше в аварии с тобой как-то попадать не хочется. Так, куда мы поедем?

— О, в одно очень занятное и красивое место.

— Звучит интригующе. Что ж, вези, Харлей Дэвидсон, — отозвалась Дарина, надевая шлем, а затем забралась на мотоцикл. Обняв Кира, прижалась к его спине. И тогда от нее не укрылась мелкая дрожь, пробежавшая по телу парня, когда девушка обвила тонкими руками его талию.

Не прошло и нескольких минут, как мотоцикл покинул пределы двора и понесся по пустому проспекту, укутанному сумеречном дымкой. Солнце давно село, однако, небо не стемнело окончательно. Месяц, робкий и бледный, едва различимый, завис неподвижно, равнодушно наблюдая со своей головокружительной высоты за происходящим внизу. В том числе, и за мотоциклом, что несся в северную часть города, где по словам Кира находилось одно «очень занятное и красивое местечко».

* * *

После долгой поездки по опустевшим городским улицам, затопленным бледным неестественным светом фонарей, их конечным пунктом назначения стал Восток.

Дарина уже издалека приметила купол Национальной Библиотеки, освещенный зеленоватой подсветкой, и желтые от света окна высоких домов, нестройными рядами вытянувшиеся вдоль дороги, и парк, что располагался за массивным зданием библиотеки, и стройку, окруженную высоким решетчатым забором, часть которого была завешена плакатами.

— Ты же надеюсь, не боишься высоты? — полюбопытствовал Кирилл, когда они уже остановились. Свернув с проспекта Независимости, въехали в чистый и ухоженный двор. И замерли в тени высоких кленов.

— Ты это к чему? — Дарина сняла шлем и поежилась — поездка на мотоцикле, для нее одетой в рубашку и кофточку, оказалась довольно прохладной.

— Интересуюсь, — пожал плечами парень, а затем глянув на девушку, заботливо спросил. — Замерзла? — она кивнула, и Кир, стянув кожанку, накинул на ее плечи.

Они были так близко к другу, и Дарина не сводила глаз с его губ, до которых можно было дотянуться, лишь пристав на цыпочки. Руки Кирилла снова легли на узкие плечи, он склонился к ее лицу. Несколько затянувшихся секунд сомнения, смешанного с томительным ожиданием, и…

— Теперь согреешься, — парень отстранился. Выдохнул, а затем достал из багажника завернутую в бумажный пакет бутылку вина.

— Надо же, — усмехнулась Дарина, — какая романтика.

— Если тебе по душе больше пиво и соленая вобла, можем сбегать в ближайший магазин.

— Ну, уж нет. Я хочу увидеть красивое и занятное местечко, — процитировала она слова Кира, и тот повел ее к подъезду.

Железная дверь со сломанным магнитным замком. Кирилл потянул ее на себя и жестом пригласил Дарину внутрь. Та смерила парня скептическим взглядом, но все-таки вошла.

— Темный подъезд, — констатировала она, оглядываясь. — Ты прав, это действительно занятное местечко. Правда, красивым его не назовешь, — не удержалась от колкости.

— Поднимайся выше, — Кирилл легонько подтолкнул Дарину вперед, и они начали подъем по ступеням.

— О, значит, распивать с мной на ступенях белое вино не входило в грандиозные твои планы. Чувствую облегчение.

Кир лишь усмехнулся в ответ. Дэн рассказал также и об остром язычке своей бывшей, но Кирилл ничего не имел против. «Придаст пикантности», — проронил он в ответ на предостережение друга.

Вот, они достигли последнего этажа — пустая площадка, заставленная различным хламом: от пустых мешков строительной смеси до поломанного дивана. Кирилл поманил озирающуюся Дарину за собой, направляясь к темном двери на чердак. Она оказалась не заперта.

— В доме ремонт делают. Поэтому все открыто, — пояснил он и подал Дарине руку. — Осторожно. Здесь высокий порог.

Кирилл повернулся к девушке, которая остановилась у круглого окна.

— Это выход на крышу?

Кир кивнул, и девушка выбралась наружу. Парень спустя несколько секунд последовал за ней.

Было тепло. Темное глубокое небо, словно перевернутая бездонная чаша, накрывшая мир, и раскинувшейся под ними подсвеченный желтыми огнями город — Кирилл не обманул, местечко действительно было красивым и занятным.

Дарина сидела на теплом шифере крыши, вытянув вперед ноги и любовалась ночным городом, Кирилл же расположился рядом. Сделав глоток полусладкого, он передал бутылку девушке.

— Откуда ты знаешь про это место?

— Я вырос здесь. В этом доме находилась раньше наша квартира, а потом на Мельникайте переехали, — отозвался Кирилл. — Ближе к моей школе.

— Эта к той, что в двадцать девятую переименовали? — и когда парень кивнул, хмыкнула. — Паршивая школа. У меня там друг лучший учился. Остался не в восторге.

— Как и я…

И снова воцарилось молчание: несколько сантиметров их разделяло друг от друга… Кирилл придвинулся ближе, Дарина повернулась к нему. А спустя секунду он впился жарким поцелуем в ее губы, еще хранившим вкус вина.

2

— Где-то до трех мы сидели, любовались городом, допивали вино, целовались. Потом снова катались по городу и ранним утром я оказалась дома, — Дарина сделала глоток чая и снова посмотрела на Лешу, сидящего напротив. — Кирилл приятный. Мне он нравится, — добавила спустя секунду, на что Алексей недовольно буркнул.

— Ага. Только я заведомо плохо отношусь к человеку, который переехал мой велик.

— Тысячу раз говорила, что в этой аварии виновата я, — тяжело вздохнула Дрина, зная, что Соловьев долго будет злиться из-за испорченного велосипеда.

Дарина и Алексей давние друзья: родители тесно общались, поэтому дети выросли вместе. Их даже частенько принимали за брата и сестру: оба высокие, темноволосые и кареглазые. Поэтому Дарина порой шутила, что они возможно и есть настоящие брат с сестрой, которые после рождения были разлучены коварной медсестрой в роддоме.

— Как знал, что не стоило тебе его давать.

Девушка смерила друга тяжелым взглядом, набрала в грудь воздуха и выпалила, стукнув ладонью по поверхности стола.

— Ну, хватит. Да, я испортила твоего железного друга. Да, я виновата. Да, я идиотка! Что мне сделать? Хочешь я тебе заплачу? Только прекрати ныть по поводу своего разбитого велосипеда. Сил уже нет слушать, — и откинулась на спинку кресла, поймав несколько заинтересованных взглядов. Повышенный голос привлек внимание остальных посетителей кафе.

— Тише, — отозвался Алексей. — Понял. Уже и поныть нельзя… Так, а что со вторым свиданием?

При упоминании Кирилла, Дарина сразу же оживилась. Положив локти на поверхность столика, она немного поддалась вперед и начала рассказывать.

— Гуляли по городу. Зашли в какой-то бар. Сыграли в настольный футбол. Потом посидели, выпили. Снова гуляли, — улыбнулась, крутя в руках маленькую ложечку. — Забавно было, когда на перегонки бегали по пустой улице… Не знаю, Леша, что происходит, но мне с ним хорошо.

— Гм. А ложка дегтя?

— Что-то не так… Меня не покидает ощущение, что я его откуда-то знаю. Да и все так быстро закрутилось, что мне не верится порой в происходящее, — тонкая улыбка тронула ее губы. — У тебя с Катей тоже такое было?

— Нет. Ее-то знаю со школы, — отрицательно мотнул головой Соловьев. — И я ее не сбивал на машине, если ты помнишь.

— Потому что у тебя тогда машины не было, — насмешливо заметила Дарина, и Алексей демонстративно закатил глаза. — Одним словом, как-то так… — задумчиво обронила, подперев рукой щеку.

— Он ворвался в мою жизнь, как ураган, перевернув ее вверх тормашками, — выдал «мудрое» Леша, за что и получил от Дарины скомканной салфеткой в лоб.

— Прекрати нести всякую чушь, — отмахнулась вяло. — Мне действительно что-то не дает покоя, а вот, что именно… сказать не могу…

Леша кивнул, соглашаясь, а потом поднял взгляд, всматриваясь в противоположный конец кафе. Сегодня в пиццерии было многолюдно, однако, хорошее зрение Соловьева не подвело: он приметил знакомого, что сидел в самом дальнем углу.

— Слушай, я, конечно, могу ошибаться, но кажется, там Дэн — твой бывший сидит.

— Где? — Дарина повернулась в указанном направлении, вытянула шею, оглядывая зал, а потом наткнувшись на Дениса, обомлела. — Что за фигня?!

— Ты о чем?

— Кирилл. С Денисом сидит Кирилл. Он и не сказал, что знаком с моим бывшим.

— Ситуация принимает интересный оборот, не так ли? — полюбопытствовал Леша, и Дарина качнула головой, прикусив нижнюю губу.

Несколько минут раздумий, и вот, она поднялась, накинув капюшон мешковатой байки, и направилась к столику, за которым сидели Денис и Кир. На вопрос Алексея «Куда?», обронила лишь «сейчас вернусь».

Удобно было, что их столик располагался возле барной стойки. Оставшись незамеченной, она миновала Дениса и его собеседника. Опустившись на высокий табурет, Дарина повернулась спиной к ничего не подозревающим друзьям, и заказала себе сок. Наклонила голову так, чтобы волосы скрыли лицо и внимательно вслушалась в беседу. Благо, разговаривали Кирилл с Денисом достаточно громко, чтобы их можно было услышать.