— Правильно, — сказал я коротко. Мария потерла мою руку и посмотрела на меня тем взглядом, который дал мне понять немного более четко, какие у нее были чувства к тому, что было связано со мной.

Я прочистил горло. Я должен был что-то ей сказать, что-то, чтобы остановить ее от еще большего увлечения мною. Не было никакого чертова способа, чтобы я смог ответить взаимностью на ее чувства. Не потому, что она не была великолепной девушкой. Но мое сердце больше мне не принадлежало, чтобы отдать его. Его забрали несколько месяцев назад, и я не видел возможности, чтобы вскоре вернуть его.

— Мария, — начал говорить я, немного отходя от нее, так что ее рука упала с моей кожи. Ее улыбка мелькнула и умерла. — Ты знаешь, что я думаю, что ты великолепна, правда? — сказал я неубедительно. Я не мог запустить эту фигню с «дело не в тебе, а во мне». В этом существовало нечто дрянное.

Мария рассмеялась без юмора и проглотила свой чай. — Да, я великолепна. И ты, правда, ценишь мою дружбу, верно? — спросила она с удивительным количеством горечи. Боже, я привлекаю эту девушку больше, чем я думал?

— Серьезно, Мария. Мне жаль, если ты не так все поняла..., — и затем она снова меня прервала.

Она натянуто улыбнулась мне. — Неа, никакого неправильного понимания, Клэй. Я видела фотографию у твоей кровати. Я знаю причину. Мы друзья. Извини, если заставила тебя чувствовать так, будто я хочу чего-то другого. Это не было моим намерением, клянусь, — она подняла три пальца, как в клятве девочек скаутов.

Черт возьми, это была грандиозная неловкость. Мария Крус была моим лучшим другом здесь. А в этот момент моей жизни, дружба была в дефиците.

Я сжал руки в карманах. — Слушай, ты мой друг. Чертовски хороший. Я не разрушил все в каком-то смысле? — спросил я, пытаясь не сжать зубы в отчаянии. Я устал от непонимания и перемешанных сигналов. Могут у меня быть одни, несложные отношения?

Мария, должно быть, почувствовала, что я был не в состоянии иметь дело с драмой, потому что она быстро отступила. Ее глаза застенчиво опустились, и она начала жевать нижнюю губу. — Извини, Клэй. Думаю, ты не единственный, у кого был дерьмовый день, — объяснила она, убирая прядь черных волос за ухо.

В этот момент она мне так сильно напомнила Мэгги. Вплоть до темных волос и общего дискомфорта. Это заставило мое сердце сжаться в груди, и я просто хотел исправить эту крошечную проблему. Я был не в состоянии решить огромные проблемы, которые создал, но эта маленькая проблема, с ней я мог справиться.

Я наклонился и стукнул ее плечом. — Эй, мы в порядке. Всегда будем в порядке, — заверил я ее. Ее зеленые глаза несколько раз моргнули, и потом смягчились. Хотя она не прикоснулась ко мне, как обычно бы сделала. Никаких объятий или подшучиваний. У меня было все в порядке с этим, но я ощущал себя немного плохо от того, что она чувствовала, что не могла этого сделать.

— Спасибо, Клэй. После группы, давай посмотрим телевизор. Бьюсь об заклад, сегодня день мыльной оперы с моим именем, — подразнила она. Я сделал вид, что застонал.

— Правда? Давай же, не подвергай мою мужественность таким подавляющим показом эстрогена. Я знаю, ты хочешь посмотреть нечто мужественное, вроде «Американский Чоппер»7 или «Лос-Анджелесские чернила»8, — пошутил я.

Мария покачала головой, и я смог попасть в это маленькое подобие нормальной жизни, которую я был в состоянии создать.


ГЛАВА 4

— Мэгги —


— Почему в субботу ты ушла так рано? — спросил меня Дэниел после того, как присоединился ко мне и Рэйчел за обедом в понедельник. Я делала довольно милые рисунки из своего картофельного пюре и была не в настроении объяснять, почему я испугалась, и что мне надо было побыть одной. Я была уверена, что мое поведение в субботу не было сюрпризом для моих друзей. Но это не останавливало меня от того, чтобы плохо себя чувствовать из-за того, что я не в состоянии взять себя в руки и стать «старой Мэгги» какой они хотят меня видеть.

Хотя я очень сильно старалась. После моего легкого просвета на работе, я настроена более решительно, чем когда-либо, чтобы перестать прятаться в своей комнате и продолжить жить дальше. Хандрить и писать, действительно, ужасные стихи (которые НИКТО не видел) не было моей идеей в хорошее время. Так что мне надо было принарядиться. Я даже собиралась сделать себя немного женственней, чем обычно. Я заставила себя принять участие в некоторых подростковых шалостях.

Я забрала свою «Corolla», которая все еще шалила, и направилась к Рэю. Я знала, что влипла, как только попала туда. Там было намного больше машин, чем я ожидала. Я думала, что всего лишь несколько людей собираются вместе. Но было около двадцати машин, припаркованных на дорожке. Как только я вошла через входную дверь, мои подозрения подтвердились.

Это была крупномасштабная вечеринка.

Я, правда, хотела, чтобы Джейк сказал мне, что родителей Рэя не было в городе. Тогда я чертовски уверена, что не показалась бы там.

Мне должно нравиться развлекаться. Мне должно нравиться проводить время с друзьями и напиваться. Но это было «ДК». До Клэя. Еще в те дни, когда я не была чувствительна к шепоту и взглядам. Первые пару недель после того, как я вернулась из своего драматического пребывания, связанного с побегом подростков, были жестокими. Я была несчастна и подавлена. Пытаясь жить своей жизнью после сложной потери Клэя, если не сказать больше. И как только я вернулась в школу, все слухи, шепоты и вопиющие взгляды сделали все гораздо хуже.

Я изо всех сил пыталась выглядеть так, будто это не влияет на меня. Никто не знал, что каждое упоминание его имени заставляло меня умирать еще больше. Я носила фальшивую улыбку, пока снова пыталась стать другой Мэгги. Той, которая никогда бы не бросилась вниз головой с обрыва подростковой драмы.

Конечно, уровень сплетен немного угас, но они все еще присутствовали. И я знала, люди все еще смотрели на меня, как на «девушку, чей парень пытался убить себя».

Так что я целенаправленно избегала общественных кругов так часто, как это было возможно. Конечно, я двигалась дальше в своем существовании «после Клэя». Но все шло медленно. И приближаясь к этой входной двери, я знала глубоко внутри, что появиться на вечеринке было плохой идеей. Но я заставила себя смириться с этим.

И прокляла это, если была бы не права. В то время как было здорово увидеть Клэр (я была плохим другом не только для Рэйчел и Дэнни), на остальных мне было наплевать. Джейк нашел меня через несколько секунд после моего приезда, и казалось, что принял на себя роль гида вечеринки. Будто он был моим сопровождающим на чертовом бале дебютанток. Водил меня к группам людей, с которыми мне не о чем было говорить. Но я сжала зубы и оттолкнула вниз желание сказать ему, чтобы он отвалил к черту. Я улыбалась, поддерживая глупый разговор. Я была царицей дерьмовой чепухи.

Рэйчел и Дэнни были там, благодаря этому все становилось лучше. И на мгновения я подумала, что преуспела в спасение ночи. Я убедила свои звенящие нервы прогуляться и даже участвовала в некомфортной беседе с людьми, с которыми не разговаривала несколько месяцев. Это точно, одно очко за социальную компетентность, Мэгги Янг!

Тогда Дана «я хотела трахнуть твоего парня» Уэлш испортила мой довольно приятный парад. Эта сука лежала в засаде, чтобы обрушиться на меня.

Она усмехнулась на то, что Джейк рукой обнимал меня за плечи. Она перебросила свои неприятно блестящие волосы через плечо и рассмеялась:

— Джейк, я бы остерегалась, если бы была на твоем месте. Я слышала, что сумасшествие бывает заразным. — Ее злобный подручный, т.е. «подруга» МакКена захихикала рядом с ней, как невменяемая гиена.

Джейк напрягся и посмотрел на злобный дуэт.

— Извини? — спросил он, будто не мог поверить в то, что она сказала. Но оставьте меня в покое, если ее грубость была сюрпризом.

Дана просто пожала плечами.

— Ну, она уже заставила одного парня пытаться покончить с собой.

Дана и МакКена рассмеялись, словно это было самой смешной вещью в мире. Я чувствовала, как кровь отлила от моего лица, и на меня накатила легкая тошнота. Так же сильно, как я пыталась призвать старую Мэгги, которая бы вытрясла из них дерьмо, я просто не могла сделать это. Так что я стояла там ошарашено; мой рот открылся для мгновенного ответа, который я так и не произнесла.

Джейк выскочил на мою защиту, которую я должна была оценить. Но что сделала я? О да, просто ушла. Может это и позволило дрянным девчонкам выиграть, но все, о чем я переживала так это о том, чтобы доставить свою задницу домой настолько быстро, насколько это было возможно.

Я оторвалась от своей художественной горы из пюре и закатила глаза.

— Извини, это была не моя сцена, — я отмахнулась от очевидной озабоченности своего друга.

Дэниел нахмурился и выглядел так, будто хотел сказать что-то еще, но Рэйчел прервала его.

— Ну, ты не так уж много пропустила. За исключением того, что Рэя тошнило по всей кухне, — сказал Рэйчел, содрогаясь.

— Фу. Серьезно? — я оттолкнула свой поднос, и скрестила руки над столом. Я задумчиво смотрела, пока Дэниел открывал «Сникерс» и протягивал его Рэйчел. Она взяла его и в благодарность послала ему сладкую улыбку. Он пробежал пальцами по ее руке, останавливаясь, чтобы убрать волосы с ее плеча. Вид того, как его рука задержалась на ее коже, заставил мое горло сжаться, а глаза начать гореть.

Их абсолютная любовь и привязанность друг к другу, полностью красивые и заслуженные, все еще заставляли меня смотреть в сторону, прежде чем я поддавалась своим слезам. Я ненавидела то, что просто не могла порадоваться за них. Но было очень тяжело видеть такую преданность, когда моя жизнь была лишена чего-то, похожего на удовлетворение, которое они излучают вместе.