Эй, а как же объяснения? Вообще-то, очень даже жду!

— А вот Инга… — начинаю я, — почему я раньше не видела ее?

— Наконец-то, — чувствую, что он улыбается, — я уже думал, что мне досталась бракованная девушка без ревности. — немного отстраняется, — Инга — не моя девушка и никогда не была ей, чтоб ты знала. Просто некоторое время назад… — хмурюсь, это какое еще время? — Понял, — улыбается, — около года назад она всячески проявляла свое бешеное желание быть со мной. Ходила по пятам, следила, смс звонки. Ну, я же не какой-то там! Меня завоевать нужно! — смешок, — Шучу. Просто знаю ее заочно по рассказам друзей, как крайне приставучую особу. И пока ты с ней не переспал, то есть шанс, что она отвяжется, а если уже совершил эту роковую ошибку, то ее последствия раздавят тебя, как мошку…

— И ты переспал?

— Переспал по пьяне, о чем жалею — вздох, — ох, сколько же было потом с ней проблем! Она стала присылать мне на работу майки с ее лицом, а сзади «Ее мальчик»! Ты вообще представляешь мне в такой? — смеюсь, потому что реально представила! — Один раз прихожу на работу в клуб, а у меня на стол стоит красная кружка в сердечках и на ней наша фотография, сделанная в фотошопе. Потом такая же появилась на столе в рамке, а затем и у меня на рабочем столе компьютера. Я думал, что мне придется убить ее, чтоб она отстала. Но Боги снизошли до моих проблем и послали эту Ингу за границу. Какое-то модельное агентство захотело сотрудничать с ней…Так плакала дня три о том, что будет скучать, а я едва не плясал от радости! Перед уездом она клялась, что вернется… Говорила много всего, а я добавлял «Не дай Бог». «Я очень скоро вернусь» — не дай Бог. «И мы снова будем вместе» — не дай Бог. «Я знаю, наша любовь все выдержит» — не дай Бог. — замолчал, — ну, вот собственно и вернулась.

Все понятно…Вот только почему он не сказал обо мне?

— … Если бы я сказал, что у меня появилась девушка, это разожгло бы в ней азарт. Такие, как она, не любят оставаться в проигрыше… Тогда бы она точно не оставила нас в покое.

Нас… Гордость потекла ручьями, неприступная крепость рушится на глазах. Он приближается и слегка целует в шею. Вот как злиться или обижаться?

Еще один поцелуй обжигает кожу.

Его сильная рука крепко держит меня за талию.

Мне хочется ему верить. Я знаю, что он не станет врать. Знаю, что ему можно верить и доверять, как себе. Это же мой Эрнест. Мой несостоявшийся друг. Мой взбалмошный сосед. Человек, который с первых минут бесил меня до такой степени, что сводило все мышцы. Человек, запах которого для меня сродни дурмана.

Человек, в которого я влюбилась так, что уже не могу даже оглянуться назад, чтоб вспомнить какого без него.

Я не знаю, каков наш статус и кто мы друг другу, я знаю, что сегодня, сейчас он со мной. Вдыхает аромат моих волос, тревожит мою шею своими неугомонными губами и обнимает так, как только умеет он. Сколько это будет длиться? Мне бы хотелось, чтоб так продолжалось вечно. Чтоб до последнего моего вдоха рядом были эти губы, глаза, угольные волосы, отдающие шоколадным отливом на солнце и родинка на левой лопатке.

Когда-то я думала, что влюблена в Сашу, затем в Мишу — парня на первом курсе… Какая же глупая. Сейчас я не сомневаюсь, не думаю «что же я чувствую к этому человеку?». Все. Все чувствую. Каждой клеточкой своего тела чувствую. И это прекрасно.

Поцелуй за ухом и он замер. Редкие взмахи ресниц приятно касаются моей кожи, а затем прекращаются. Дыхание выравнивается — уснул, но так и не ослабил свою хватку.

Я не хочу его терять.

Поворачиваю голову и любуюсь мужчиной, покорившим мое сердце. Затем засыпаю сама: так хорошо в его объятиях.

Пусть этот миг длится вечно. Пусть эта ночь не заканчивается, а его объятия не ослабевают. Пусть…

14

Неохотно просыпаюсь от настойчивой трели будильника у себя под подушкой. Просовываю руку и клацаю подряд все кнопки. Выключить удается, вот только вернуться обратно в сон уже не выходит. Работа — 6 букв, а сколько боли? Утро субботы могло начаться иначе… Хотя бы часа на три позже, но увы. Сажусь на кровати и потираю ладонями глаза. В них словно кинули горст песка — режет, колит и хочется спать. Не нужно было вчера полночи смотреть с Эрнестом ужасстики.

— Куда ты? — вышеупомянутый оживает рядом и бормочет из-под подушки. Вчера у него не было сил и желания идти домой, так что пришлось предоставлять ему спальное место… Да, и я вообще за.

— На работу, спи. — встаю и голыми ногами шлепаю по холодному полу. Не самые приятные ощущения. Добираюсь до ванной практически на ощупь, где уже с помощью холодной воды удается привести себя хоть в более менее бодрое состояние. Когда прихожу в комнату — Эрнеста простыл и след. Сбежал к себе продолжать смотреть сны? Пожимаю плечами на автомате и подхожу к шкафу, чтоб взять одежду.

Бессмертные джинсы и толстовка — что может быть подходящей для моей работы? Натягиваю все на себе и иду на кухню. Желудок издает звуки умирающего тюленя — хочется кушать. Но готовить, что либо времени не осталось, так что придется есть на ходу бутерброд…

Уже в коридоре до меня доносится знакомый, такой дразнящий запах… Спешу в кухню — не ошиблась! Эрнест в одних боксерах стоит у плиты, помешивая шоколадную жидкость в турке.

Подхожу к нему сзади и обнимаю за обнаженный торс. Запах его кожи действует на меня лучше любого афродизиака… Уже откладываю на потом мысли о работе, представляя какие же у него чертовски вкусные губы после кофе.

До его шеи не дотягиваюсь, поэтому скольжу по боку, пролезаю под мышкой и улыбаюсь тому, как он изловчается, чтоб не испортить наш кофе, но и не оттолкнуть меня.

Спереди до шеи добраться реальнее, потому касаюсь губами любимого участка.

— Голодная? — заботливо спрашивает.

— Очень, — шепчу ему в ключицу.

— Уже готово, — смотрит на меня, в намеке, чтоб я дала большую волю его движениям. Недовольно фыркаю и иду за стол. Эрнест разливает кофе по кружкам, ставит одну передо мной, другую себе. Затем откуда-то магическим образом к нам на стол приземляется тарелка с бутербродами.

Самый заботливый. Самый лучший.

Самая счастливая.

Делаю глоток кофе, который уже стал неотъемлемой частью моей жизни и закрываю глаза от удовольствия. Слишком все хорошо. Так не бывает!

— Вообще-то, — произносит задумчиво Эрнест, — я думал, что этот день мы проведем вместе.

— Извини, работа. — строю недовольную моську.

— Я не собираюсь отказываться от своих планов и что-нибудь придумаю, — говорит откусывая бутерброд. — ешь.

Повинуюсь приказу, уминаю два бутерброда.

— Эрнест, — окликаю его, он прекращает жевать и внимательно смотрит на меня, — а кто мы друг другу?

Спрашиваю просто так…Просто хочу услышать нечто такое, что не могу услышать уже давно.

— Соседи на самых выгодных условиях, — улыбается.

— Противный, — корчу рожицу. — реши уже как мне представлять тебя подружкам, который пускают слюни на тебя.

После этих получаю свой прощальный быстрый поцелуй и ухожу. Без желания, без энтузиазма иду на работу, которая сейчас отобрала у меня время с любимым человеком. Иду по мокрому от дождя асфальту. Странно, он был два дня назад, я все никак не просохнет. Смотрю на небо — пасмурно, лишь кое — где проглядывает слабый лучик солнца.

Эй, ты, там — на небесах! Включай уже весну!

Май уже стоит на пороге, а она все никак!

Хмурюсь унылому виду безликого города и шагаю в пиццерию. Вокруг люди спешат, не замечая, меланхоличного настроения весны. Кутаются получше в свои шарфа и платки, и носят с собой в сумке зонт на всякий случай.

И судя по серым, почти черным, краскам неба — не зря!

Колокольчик в пиццерии позвякивает, осведомляя о вторжении. На меня тут же падают взгляды всех официантов, которые стоят наготове. Расслабьтесь, это всего лишь бесполезная я. Улыбаюсь и крадусь в подсобку.

Быстро натягиваю на себя фирменную футболку и куртку, которую выдали совсем недавно. Красивая, удобна и стильная.

— А, я больше так не могу! — врывается Алиса, размахивая руками.

— Что случилось?

Такие реплики сыплются каждый день: причины одна бредовей другой, так что даже волноваться не стоит.

— Эмир с утра звонит и спрашивает: почему я его носки не разложила по плотности? ПО ПЛОТНОСТИ, БЛИН! Я с ним чокнусь, — падает на старенький диванчик.

— Царская ножка осталась недовольна? — усмехаюсь.

— Вообще не весело! Он повернут на идеальной чистоте! Рядом с ним чувствую себя свиньей. — обижено произносит она.

— Свинья — очень даже чистоплотное животное.

— А я нечистоплотная свинья, — подскакивает, — заказы у бармена возьми, а я пойду позвоню Эмиру, поинтересуюсь не задушили ли шерстяные носочки его ножки нежные. — вылетает из подсобки. Громко стукнув дверью.

Улыбаюсь. Сумасшедшие и такие крутые.

Заканчиваю с внешним видом и иду к бармену. Тот без лишних слов вручает листок с адресами.

Вчитываюсь — все близко.

Только собираюсь идти, как натыкаюсь на широкую грудь… Эрнеста?!

— Что ты тут делаешь? — поднимаю брови.

Нет, он не впервые тут… И забирал меня, и подвозил… Но чтоб в разгар рабочего дня — нет…

— Пришел помочь тебе, чтоб высвободить красавицу из лап ужасного чудовища, — смотрит мне за спину, — без обид.

Оборачиваюсь — за нами внимательно следит администратор.

— И как же ты собираешься помогать мне? — складываю руки на груди.

— Идем, — хватает меня и тянет к выходу, где нас ожидает его железный двухколесный зверь.