Минерва хотела сказать им все, что думает об их задумке уйти из дома в день ее рождения, но тут ее осенило. Если они идут на вечеринку с «парнями», Джайлс наверняка тоже будет там! А поскольку речь идет о маскараде, то она сможет прийти туда, и никто ее не узнает. Минерва даже решила, что наденет на себя. Как-то раз они с сестрой Селией наткнулись на сундук с бабушкиными вещами, которые та носила лет тридцать назад. Эти вещи как раз подходят для такого случая.

В девять часов Минерва выскользнула в садовый сарай в сопровождении четырнадцатилетней Селии, которая пообещала ей помочь в обмен на обещание Минервы рассказать ей подробно о том, что она увидит на балу. Они втиснули ее в один из старомодных корсетов и нацепили скромные фижмы. А потом Минерва надела роскошное платье из золотистого шелка, в котором бабушка была на свадьбе их родителей.

Не переставая смеяться, девушки спрятали светло-русые волосы Минервы под напудренный парик, состоявший из целой горы белых буклей. Потом они прикрыли ее лицо маской и приклеили на щеку мушку. Последним штрихом стала старомодная голубая бабушкина камея.

— Я похожа на Марию Антуанетту? — спросила Минерва, стараясь говорить как можно тише.

Братья еще не спустились в сад, но она не должна рисковать.

— Ты выглядишь великолепно, — прошептала Селия. — И весьма экзотично.

«Экзотично» — было новым полюбившимся Селии словечком, и Минерва подозревала, что оно, скорее, означает «соблазнительно». Декольте у платья было очень глубоким, скромным его не назовешь.

Но ведь она хочет соблазнить Джайлса!

— А теперь иди, — обратилась Минерва к сестре, — пока они не спустились вниз.

Селия убежала. Минерва должна дождаться, чтобы братья пришли в сад, переоделись и направились к выходу, лишь после этого она последует за ними.

К счастью, множество людей двигалось в том же направлении, так что ей удалось смешаться с толпой на улице, когда братья вошли в дом. Несмотря на то, что у нее не было приглашения, попасть на маскарад оказалось совсем не трудно. Должно быть, найти Джайлса будет нелегко, поскольку ей придется избегать братьев, поэтому Минерве пришлось подкупить дворецкого, чтобы тот сказал ей, в каком костюме прибыла ее жертва.

— Мистера Мастерса здесь нет, милашка, — с шокирующей фамильярностью заявил лакей. — Он отказался от приглашения, объяснив это тем, что ему необходимо съездить в деревню, повидаться с матушкой.

Минерва не знала, радоваться ли ей тому, что Джайлс не пришел на день ее рождения из-за другого дела, или огорчаться из-за того, что она так и не увидит его.

— Но если вы ищете покровителя, — с готовностью продолжал дворецкий, — то вам лучше целиться чуть выше. Мистер Мастерс — всего лишь второй сын.

Покровителя? Господи, зачем ей нужен покровитель? Только сейчас Минерва внимательно оглядела собравшихся и поняла, что это не простой маскарад. Ее «экзотичный» костюм казался ангельским одеянием по сравнению с нарядами других дам.

На балу преобладали греческие туники и римские тоги с разрезами в неприличных местах. Была среди дам пастушка с таким низким вырезом, с каким на людях ни одна настоящая леди появиться не рискнула бы, а также одна женщина, тело которой было лишь кое-где прикрыто перьями. В другом конце комнаты брат Минервы Джаррет танцевал с девицей Мэриан, которая вовсе не была девицей; его рука скользила вниз по ее спине к...

Минерва отвернулась, чувствуя, что краснеет. Святой Господь! Это же бал Киприана — такие балы обычно устраивают куртизанки. Минерва слышала о подобных вечерах, на которые женщины приходят, чтобы найти покровителей, а мужчины — чтобы разлечься с женщинами. Если кто-нибудь ее здесь узнает, это будет катастрофа!

Но не успела она убежать, как какой-то молодой человек в костюме французского придворного схватил ее за талию и привлек к себе.

— Да это же Королева потаскух! — воскликнул он.

Молодой человек рассмеялся, а Минерва попыталась оттолкнуть его. Неужели он назвал ее шлюхой?!

К ужасу Минервы, он прижал губы к ее уху и сунул в него язык.

— Почему бы нам не подняться наверх, детка? Там мы сможем сыграть наши роли наедине!

Минерва хотела наступить ему на ногу, но тут ее увлек за собой другой тип.

— Отвяжись, Лансинг! — сказал он. — Я первый ее увидел.

Рыцарь в сверкающем платье обнял ее за плечи с похотливой ухмылкой.

Лансинг? Неужели это граф Лансинг? Да она же знакома с его женой — милой молодой женщиной! Господи, он ходит в ту же церковь, что и бабушка!

— Да будет тебе, Хартли, перестань! — сердито промолвил Лансинг. — Она моя.

Хартли — это, должно быть, уважаемый всеми виконт Хартли, чья жена обладала ледяной красотой, к которой подходили лишь ее не менее ледяные манеры общения. Хартли и Лансинг — друзья. И Минерва всегда считала их порядочными... до последнего мгновения.

Она все еще не пришла в себя от того, что увидела их истинные лица, как вдруг Лансинг схватил ее за руку.

— Мы сможем поделить ее, — заявил он самоуверенно. — Мы же проделывали такое раньше.

Поделить ее?! Можно подумать, она с готовностью отправится в уединенную комнату с этими пьяными болванами.

Минерва выхватила руку.

— Прошу прощения, но у меня уже назначено свидание с лордом Стоунвиллом, — сказала она.

Оливер был выше по положению, чем они оба, так что, возможно, это немного охладит их пыл.

Но Хартли лишь усмехнулся, указав пальцем в другой конец комнаты.

— Да Стоунвилл сейчас очень занят, детка.

Оглянувшись, Минерва увидела, что ее брат раскинулся в кресле и наблюдает за тем, как женщина в костюме Клеопатры танцует перед ним. Он так же отвратителен, как Джаррет... Господи, да он ничуть не лучше, чем эти два развратных лорда!

Очень хорошо, она преподаст им урок и во время этого урока избавится от двух глупцов. Подбоченившись, она бросила на него возмущенный взгляд.

— Да как этот маленький проныра смеет волочиться за другой женщиной, после того как наградил меня сифилисом?

Это сработало. Хартли и Лансинга как ветром сдуло.

Освободившись от мерзких поклонников, Минерва стала пробираться сквозь толпу к двери. На ее губах появилась озорная усмешка. Она надеялась, что слухи о «болезни» Марии Антуанетты и о том, кто заразил ее этим недугом, быстро распространятся среди собравшихся. Оливеру это послужит хорошим уроком — будет знать, как связываться с подобными типами.

Впрочем, остальные гости были не лучше. Пока Минерва шла мимо королей и нищих, она наслушалась таких непристойностей, каких приличная девушка вообще не должна слышать, причем произносили их знакомые ей люди — она узнавала их голоса. Некоторые из них были такими же молодыми повесами, как ее братья, и вели разгульную жизнь, но были тут и женатые мужчины. Господи, неужели все мужчины делают то же, что в свое время делал ее отец?

Нет, не все. Джайлс не такой. Сам факт того, что он предпочел общество своей матери этому сборищу, доказывает, что Джайлс уже избавляется от замашек развратника.

Выбравшись, наконец, из зала, Минерва остановилась в темном холле, чтобы собраться с мыслями. У нее не было ни малейшего желания нарываться еще на какие-то неприятности, она уже сыта по горло.

Внезапно дверь в дальнем конце холла распахнулась, из нее вышел мужчина в рясе священника со свечой в руке и направился прямо в ее сторону. Чувствуя, что от страха кровь застучала у нее в висках, Минерва спряталась за портьерами, моля Бога о том, чтобы он ее не заметил. Ткань была неплотной, так что сама Минерва могла видеть его, но ей казалось, что он разглядеть ее не в состоянии — хотя бы потому, что у него в руке горящая свеча.

Остановившись возле того места, где пряталась Минерва, мужчина поднял голову, словно прислушиваясь. Пламя свечи осветило его профиль и родинку у него под ухом.

Минерва едва сдержала изумленный крик. Она слишком хорошо знает этот профиль, ведь она столько раз вспоминала его в мельчайших подробностях. Итак, Джайлс здесь! Но почему он прячется в холле?

Тут он заспешил в соседнюю комнату, и Минерва обо всем догадалась. Наверняка у него там свидание с какой-нибудь потаскушкой. Черт бы его побрал, да как он может?! Он ничуть не лучше ее братьев!

Если только она не ошибается. В конце концов, дворецкий сказал ей, что его тут нет.

Минерва выскользнула из-за портьер. Ну как она может уйти, не узнав, встречается ли Джайлс с какой-то шлюхой? Если это так, ей этого не вынести, но она должна узнать правду.

Крадучись, она прошла по холлу, приблизилась к двери, за которой исчез Джайлс, и осторожно проскользнула в нее. Человек, за которым она следила, стоял вполоборота к двери и был настолько поглощен изучением содержимого письменного стола, что даже не заметил ее. Застыв, как изваяние, Минерва наблюдала за тем, как он методично обыскивает каждый ящик. Если это Джайлс, то что он, черт возьми, делает?

Он так похож на Джайлса. Двигается с такой же плавной грацией, так же аккуратен, да и волосы у него кудрявые, цвета грецкого ореха — во всяком случае, та их часть, которая ниспадала ему на плечи из-под широкополой шляпы. Он открыл какую-то папку, вынул из нее бумаги и поднес их к свече. А затем, выругавшись, сорвал с себя маску, чтобы лучше разглядеть написанное.

Сердце неистово заколотилось в груди Минервы. Это точно Джайлс. Но что он ищет? Зачем?

Проглядев содержимое папки, он сунул ее под рясу, а потом повернулся и увидел ее. Не мешкая ни секунды, он вернул маску на место, а его губы растянулись в любезной улыбке.

— Полагаю, вы заблудились, мадам, — промолвил он. — Вечер проходит в бальном зале.

Минерве надо было бы прикинуться дурочкой, но она не смогла.

— Да, я заблудилась — так же, как и ты, Джайлс Мастерс, — ответила она.