— Тренироваться на фарфоровых собачках я устала, а вас вечно никого в гости не дозовешься, — с обидой проговорила старая леди.

— Да мы же все здесь, мам, — с улыбкой успокоил мать Анатолий.

— Да, но для того чтобы нам всем собраться за одним столом, пришлось ограбить два банка, — безапелляционно отрезала Нестерова. — Назови мне, мой мальчик, такую причину, которая позволила бы нам собраться этим же составом еще раз, и желательно не после поминок по моей драгоценной особе, а до них?

— Разве в стране мало банков? — подал голос Федор.

— Может, банков и немало, но второй такой чудесной мини-юбочки у меня больше нет, — мстительно напомнила старая леди.

— Я сошью вам точно такую же, даже лучше, — мягко улыбнулась Светлана.

— И я могу заказать любой фасон? — деловито осведомилась старая леди.

— Абсолютно любой.

— Тогда… знаешь что, — Ева Юрьевна глубоко задумалась и, сосредоточенно изломав правую бровь, сказала: — Та, любимая, была несколько длинновата, а что если нам с тобой следующую сделать ладони на полторы-две короче, а?

— И куда же ты в ней, бабулечка, отправишься? — улыбаясь во все лицо, поинтересовалась Алена.

— Я думаю, присмотреть тебе нового дедушку, — не дрогнув ни единым мускулом, заявила Ева Юрьевна.

— Кого-кого? — от неожиданности лицо Володи стало напоминать вытянутую дыню; широко раскрыв глаза, он потрясенно смотрел на старую леди, которая была в этой комнате моложе всех.

— А что, весна… — неопределенно протянула она, и по ее щекам побежали светлые морщинки.

— И правда, весна… а я не заметил, — посмотрев Светлане в глаза, Анатолий положил свою ладонь на узкую ладошку Светланы, и впервые за последние полгода она не отняла руки.

А за окном действительно была весна. Набухшие от почек, словно кривые пульсирующие вены, ветви тополей пахли острой клейкой патокой; отогреваясь от стылости, перекатывая горошины хрусталя, курлыкали на крыше голуби, и самозабвенно, до хрипоты, орали на деревьях вороны. В огромную прореху серой холстины проглядывала свежая синь неба, а над городом, околдовывая и очаровывая, плыл едва уловимый запах наполняющейся теплом и светом земли.