- Черт! – он пошатнулся от неожиданности, но умудрился закрыть дверь и проделать путь до ближайшего дивана.

Они упали на черную кожу, ком из великолепного полуобнаженного мужчины и решительной женщины.

Придавив Ника, Стеф наклонилась вперед и поцеловала его грубо и глубоко. Его запах проник в нее, и ее соски превратились в две ноющие пульсирующие точки.

Ник застонал.

Она уселась на твердом бугре его эрекции, очевидно доказывающим, что он готов так же, как и она. Порывшись в кармане своей пышной юбки со складками, она вытащила презерватив и кинула его ему на грудь.

- Поторопись и надевай.

Глянув на нее, Ник прошипел:

- Вот так, да? Бух, бам, давай трахаться?

- Ты жалуешься?

- Черт, нет, - как только она поднялась на колени, чтобы задрать юбку, он схватил сверток фольги с комичной поспешностью. Затем он поднял глаза и замер, его взгляд был прикован между ее ног.

- О, Боже. Стеф… Ты не носишь трусики.

- Упс. Должно быть, я забыла об этом, - она заправила подол за пояс юбки.

Надев презерватив, он облизнулся.

- И чей Список Желаний мы сейчас исполняем?

Жар в его тяжелом взгляде бросил ее в дрожь. Шапка Санты съехала на бок, и его темные волосы упали ему на лоб. Да еще в этом фартуке, - он должен был выглядеть глупо. Вместо этого он выглядел так, что его хотелось съесть. Его руки были чертовски сексуальны – кожа еще хранила летний загар, и под ней красиво перекатывались рельефные мускулы.

- Иди сюда, - велел он соблазнительно хриплым голосом, и, не смотря на потрескивающий огонь в камине, по коже Стеф пробежали мурашки.

- Идти куда? – мягко поддразнила она.

- Иди к моим губам, сладкая. Я хочу вылизать тебя.

Принуждая себя двигаться медленно, чтобы не показаться отчаянной, Стеф встала на колени над его лицом. С одним коленом на самом краю дивана, а вторым на его подлокотнике, она широко раздвинула ноги, представляя ему беспрепятственный доступ. Его теплые руки скользнули по ее бедрам, а сам он прерывисто дышал под ее лоном. Ник сжал ее зад. Она взволнованно всхлипнула…

А потом он облизал ее киску умышленно длинным и медленным кругом.

Она вцепилась в спинку дивана, как за спасательный круг, и застонала.

Поглаживая заднюю часть ее бедер, он словно пировал, скользя своим языком по ее складочкам. Погружаясь в нее. Отыскивая все места, заставляющие ее стонать, концентрируясь там перед тем, как скользнуть дальше, ища что-то еще. А потом возвращаясь, чтобы погладить языком взад-вперед ее клитор.

- Не кончай так быстро, - пробормотал он, когда ее ноги начали подрагивать.

- Ты шутишь? – прошептала она, ее бедра качнулись в сторону его рта. – Не будь тогда настолько хорош в этом.

Его смешок выразил чисто мужское удовлетворение.

- Я хочу трахать тебя в тот момент, тогда ты кончишь.

Ее бросило в дрожь.

- Тогда лучше поторопись с презервативом.

- Я всегда готов для тебя.

- Да?

Усмешка Ника была полна чистейшего порока.

- Полагаю, ты немного отвлеклась.

Взглянув вниз на диван, ее глаза расширились. Он откинул фартук, открыв объект ее дневных и ночных мечтаний. От вида его длинного, толстого, немного выгнутого в сторону его живота члена у нее потекли слюнки. Не удивительно, что аура вокруг этого человека словно кричала: «Я знаю, как оттрахать тебя до беспамятства». То фото было жалком подобием реальности.

Она с трудом сглотнула и переместилась, чтобы оседлать его бедра. Он заботливо приподнял свой член. В ее груди все сжалось, а сердце бешено колотилось. Стеф остановилась чуть выше него. Это была точка невозврата. Между ними не будет ничего, как прежде, как только они займутся сексом.

Сможет ли она справиться с этим? Сможет ли она держать дистанцию, в которой нуждается?

- Стеф.

Она подняла взгляд, чтобы встретиться с его.

- Помнишь свой список? – привлекательное лицо Ника пылало, а губы блестели от ее влаги, но несмотря на откровенно сексуальный взгляд, в его голубых глазах мерцала не только похоть, но и сопереживание.

- Это хорошо, взять то, чего хочешь, - мягко сказал он. – Особенно, если тебе это дают.

Она сделала глубокий вдох. Вдруг она заметила звуки тихо играющей праздничной музыки и запах сосны, исходящий от маленького дерева без украшений в углу. Если она пойдет домой сейчас, она будет одна. Или же она может провести ночь с Николасом Джеймсом.

Она хотела это, хотела его. Это ведь Рождество, черт возьми!

Влажная от желания, она медленно опустилась на него, принимая то единственное, что попросила в этом году. Чтобы ее касались и удерживали. Чтобы ее желали.

- О, да-а-а, - простонал Ник, блуждая руками по ее бедрам и выгибая спину. – Боже, ты чувствуешься так хорошо.

Стеф прикусила губу, продолжая томное скольжение. Его член заполнил ее полностью, даже слишком. От его жара и твердости у нее перехватило дыхание. Прекрасная длина и ширина… Как только ее ягодицы ударились о его мускулистые бедра, а его член ворвался в ее глубину, возглас, который вырвался у нее, был необузданным и нуждающимся.

- Я держу тебя, - хрипло успокоил он, когда она наклонилась над ним, дрожа. Он погладил ее спину по всей длине позвоночника и пробормотал: - Приподнимись немного… Ш-ш-ш, я дам тебе это… Прямо здесь. Теперь не двигайся.

Он приподнимал свои бедра, гладя ее изнутри доводящими до исступления ударами.

- Ник. О, Боже! – она уткнулась в его шею, ее киска судорожно сжималось вокруг него.

Он опустил и снова поднял, трахая вверх ее жадные глубины.

- Как ты себя чувствуешь? – он задыхался.

- Будто схожу с ума, - она подняла голову и посмотрела на него.

Его грудь вздымалась напротив ее груди, заставляя Стеф желать взять паузу и раздеться, чтобы почувствовать его кожа к коже.

- Хорошо. Я не хочу быть одиноким в этом, - держа ее за бедра, Ник ускорил темп, стремясь вверх в неустанном ритме, выходя из нее почти полностью, оставляя в ней только его крупную головку, и в следующее мгновение погружаясь в ее глубину по самые яйца с первобытным рыком.

Тихо бормоча что-то, она схватилась за его плечи, встречая шлепки его бедер о ее. Он чувствовался прекрасно… И пах просто изумительно…

Ник проговорил сквозь стиснутые зубы:

- Не жди меня, - он усилил свой приказ грубым жестким ударом члена, который коснулся ее клитора в нужной точке.

Ее оргазм был ошеломляющим. Она была парализована, не в состоянии двигаться, каждая клеточка в ее теле была сфокусирована на пульсации ее лона вдоль бесконечной длины его твердого члена. Он дернулся под ней, затем уронил ее на своею грудь, рыча ей на ухо и кончая.

Обнимая его, слушая интенсивное биение его сердца и тихие звуки музыки, Стеф чувствовала себя окруженной заботой.

Впервые за долгое время это ощущалось как Рождество.


Глава 3


Ник крепко обнимал Стефани и пытался сфокусировать взгляд на паутине в углу. Это было практически невозможно. Его мозг и тело были как месиво, которые действительно говорили что-то о том, под каким напряжением он был, пока ждал, когда она придет. Он был обеспокоен тем, что она могла и не прийти. Не было никакой возможности увидеть ее, пока бы офис снова не открылся. Он понятия не имел, как подобраться к ней вне рабочего времени.

Затем она позвонила в дверь, и он бросился открывать, чувствуя себя как подросток на своем первом свидании.

А когда она бросилась на него, он почувствовал себя королем.

Он всегда знал, что она будет такой – теплой, открытой и чертовски сексуальной. Не было никакой застенчивости в ней, когда она кончала. Она так же и работала – на все сто процентов. К счастью для него, он получал удовольствие от такого внимания к деталям.

И он бы хотел, чтобы так оно и оставалось.

Стеф всего лишь немного шевельнулась, но этого было достаточно, чтобы напомнить им обоим, что его член все еще глубоко похоронен в ней. Яйца последний раз догнули, и он закрыл глаза от удовольствия. Он бы давно уже кончил, если бы не заботился о женщине, с которой делал это.

- Ник?

- М-м-м? – он ткнулся в ее шею.

- У тебя же не было ничего на плите, верно?

Он ответил, застонав:

- Нет, но в духовке пекутся хлебные палочки.

Она вздохнула.

- Вероятно, мы должны пойти проверить их.

Это «мы», которое дошло до него. Он хотел быть «мы» со Стефани Мартин в течение последних нескольких месяцев. Оглядываясь сейчас назад, он думал, что знал, когда это настигло его.

Она стояла в комнате отдыха разговаривала с Чарльзом из «Entertainment», и, смеясь на что-то сказанное ей, она встретилась глазами с Ником и подмигнула ему.

И в мгновение ока он пропал.

Это крошечное подмигивание сказало так много. Оно был игривое и ласковое, и это согрело Ника внутри достаточно сильно, чтобы понять, что из всех женщин в мире она была единственная, с которой он хотел провести все свое время.

Осторожно соскользнув по нему, Стеф поднялась на ноги и немного покачнулась. Когда встал Ник, произошло тоже самое. Его ноги были как желе.

- Боже, Стеф, - сказал он, засмеявшись и прижимая ее к себе. – Ты меня выжала.

Ее румянец был прекрасен, и он не хотел отпускать ее, но должен был готовить ужин. Ее нужно было очаровать чем-то большим, нежели его мастерством в постели. Поэтому после быстрого поцелуя в нос он направился к кухне. Взяв ее пиджак по пути, он повесил его на спинку стула и заметил багажный ярлык.