– Тебе не надо было приезжать, – сказал он, глядя на Раду. – Я бы позвонил, будь какие–то новости.

– Я хочу быть рядом, – не поднимая головы, ответила Рада. Он сел рядом и обнял ее. Плечи девушки были напряжены, дрожь еще не успокоилась. Дима привлек ее к себе и она спрятала лицо у него на груди, тихо всхлипывая. Его футболка стала влажной от ее слез. Ему хотелось, чтобы эти слова были для него, что это с ним в этот сложный момент она хочет быть рядом, но он знал, что это не так. Рада была здесь ради Кости. Вот кого она любила по–настоящему.

– Пойду поищу автомат с кофе, – тихо сказала девушка и посмотрела на Диму. –Меня зовут Соня, если что.

Дима кивнул и погладил Раду по голове. Та вздрогнула и посмотрела на него так, будто он совершил что–то запретное. В коридоре показался врач и Дима замер, готовясь к плохим новостям. Рада оторвалась от него и шмыгнула носом.

– Вы брат Константина Купера? – устало произнес врач.

– Да, – вставая, ответил Дима. Рада вцепилась в его руку и поднялась следом.

– Операция прошла хорошо, но порадовать мне вас нечем, – сказал врач. – Ваш брат сейчас в коме.

– К нему можно? – нашел в себе мужество спросить Дима. Рада тихо охнула и повисла у него на локте.

– Нет, он в реанимации, – устало сказал врач. – Вам не обязательно здесь оставаться, вас все равно туда не пустят. Поезжайте домой, если будут изменения, вам позвонят.

К ним подошла Соня.

– Я принесла вам кофе, – сказала она, ставя бумажные стаканчики на подоконник.

– Спасибо, – поблагодарил ее Дима, глядя на Раду, которая куталась в длинный кардиган. Она выглядела потерянной и несчастной. Сердце Димы заныло. Случись с ним такое, она вряд ли бы стала так расстраиваться.

– Можем поехать ко мне, – сказал Дима, посмотрев на Соню. – Пождем новостей там.

– Мне надо на работу, – пробормотала Рада.

– Сейчас четыре утра, – обнимая ее за плечи, сказала Соня. – Поехали, тебе нужно немного поспать.

Втроем они вышли из больницы и добравшись до парковки, сели в машину Сони. Дима продиктовал свой адрес и они тронулись с места.


Выпив стопку коньяка, Рада свернулась калачиком на его кровати и тут же уснула. Дима несколько секунд смотрел в ее бледное лицо, а потом заставил себя выйти из комнаты. Он слышал, как на кухне гремела посудой Соня – готовила им кофе. Проходя мимо тумбочки, Дима заметил, что ключи оставленные братом, лежат все там же. К горлу подкатил комок. Если бы он тогда знал, что обернется так, он бы никогда не сказал ему тех слов, не выгнал бы его. А еще виделся бы с ним чаще в эти месяцы, не лелея оскобленного самолюбия. Может быть, и тогда все было бы иначе. Он где–то читал, что одно слово может изменить судьбу всей вселенной. В таком масштабе он сомневался, но считал, что их отношения  с братом могли бы сложиться по другому.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Он достал телефон и написал Максу, о том что случилось с Костей. Ему сейчас, как никогда нужна была поддержка друга. Он чувствовал себя потерянным и беспомощным. А от мысли, что нужно позвонить матери и сообщить о том, что случилось, ему и вовсе хотелось исчезнуть.

– Костя сильный, он справится, – с уверенностью сказала Соня, ставя перед Димой кружку с черным кофе.

– Ты так хорошо его знаешь? – спросил Дима, пытаясь вспомнить, слышал ли он брата об этой девушке.

– Можно и так сказать, – улыбнулась Соня. Дима удивленно вскинул брови и впервые с любопытством посмотрел на нее. Высокая, стройная с красивыми волосами мягкого рыжего цвета, она была очень привлекательной.

–  Ты же подруга Рады, – сказал Дима. – Разве нет? Или одно другому не мешает?

– У нас все было до того, как у них случилась любовь, – сказала Соня. – Рада в курсе, если что.

– Друдом какой–то, – пробормотал Дима и сделал несколько глотков терпкого кофе. У него раскалывалась голова, хотелось сунуть ее под подушку и провалиться в сон.

– Для Кости это ничего не значит, мне просто хочется поговорить, – призналась Соня. – Я тоже переживаю за него.

– Лучше расскажи о себе, – попросил Дима. Ему сейчас было невыносимо слышать о Косте. Он до ужаса боялся, что ему позвонят из больницы и скажут, что он умер. – Кто ты, чем занимаешься, как и чем живешь, я ведь о тебе ничего не знаю.

– Я закончила педагогический, – сказала Соня и села напротив. – Год отработала в школе и поняла, что это не мое. Вышла замуж и решила посвятить себя дому и мужу, но потом пришла к выводу, что это тоже не мое. Сейчас я развожусь и активно занимаюсь йогой, можно сказать, начинаю новую жизнь.

– А чего разводишься?

– Устала ограждать мужа от других женщин, – с грустной усмешкой сказала Соня.

– Бесполезное занятие ведь, – сказал Дима и Соня пожала плечами. – Если очень хочется, всегда найдется возможность и кандидатка.  

– Я поняла, что все совсем плохо и мне пора что–то в себе менять, когда я испугалась, что к нам приедет моя мама, ведь она месяц назад рассталась со своим мужчиной, – призналась Соня. – Это меня встряхнуло и даже на какой–то момент отрезвило. А потом до меня дошло, что если я не могу изменить Никиту, а меня такое положение вещей не устраивает, есть только один выход – уйти самой. Поэтому я перебралась жить к Раде, чтобы спокойно все обдумать и принять решение.

– И, судя по всему, приняла.

– Меня три дня не было дома и Никита уже начал жить с другой девушкой, – подперев рукой щеку, сказала Соня.

– Надо же, какой быстрый он у тебя!

– Я сначала думала, что дело во мне, – вздохнула Соня. – Что я недостаточно хороша для него. А посмотрев со стороны, пришла к выводу, что он просто такой человек и тут уже ничего не сделаешь.

– Сколько вы были вместе?

– Семь лет.

– Офигеть у тебя терпение! – протянул Дима. Соня усмехнулась.

– Весьма сомнительный комплимент в данном случае. Чувствую себя терпилой, – сказала Соня. – Надо было ставить точку раньше.

– Хорошо, что ты вообще это сделала, – сказал Дима. Соня кивнула и поднесла кружку к губам. В этот момент в дверь позвонили и она вздрогнула. Вопросительно посмотрела на Диму, вытирая ладонью кофейные лужицы на столе. Он лишь пожал плечами и вышел в прихожую. Посмотрел в глазок и увидел Макс и Иветту.

– Я подумал, что после того, что случилось ты вряд ли будешь спать, – проходя в квартиру, сказал Макс. Он выглядел заспанным и опухшим, темные волосы спутались, словно он только что встал с постели.

– Поэтому мы решили заехать, – добавила Иветта, снимая туфли. На ней было свободное платье темно–зеленого цвета, волосы гладко зачесаны назад. На губах ягодный оттенок помады, подсвечивающий ее светлую кожу.

– Вы что, были вместе? – спросил Дима, переводя взгляд с Макса на Иветту. Макс закатил глаза и предпочел промолчать. Похоже, он чувствовал себя неловко.

– Ну да, – спокойно ответила Ив. – Валялись в постели, смотрели фильм. Как Костя сейчас?

– Плохо, – ответил Дима.  За спиной раздались шаги в прихожу вышла Рада. Она была все так же бледна, на щек появилось красное пятно – след от подушки.

– Есть новости? – спросила она, потирая руками плечи. Иветта оценивающе окинула ее взглядом.

– Девушка Кости? – холодно спросила она. Рада обратила на нее внимание и, помедлив, кивнула. Ив перевела взгляд на Диму. – А мы–то думали, ты тут страдаешь в одиночестве!

– Надеюсь, ты переживешь это разочарование, – сказал Дима.

Из кухни выглянула Соня.

– Я так полагаю, нужно еще кофе? – спросила она.

Иветта шумно вздохнула и демонстративно прошла на кухню. Рада двинулась следом за ней. Макс и Дима остались вдвоем.

– Ты как?  Держишься? – кладя ему руку на плечо, спросил Макс.

– Если бы я не согласился с ним погонять, ничего бы этого не было, – озвучил свою боль Дима. – Мне нужно было сказать ему «нет». Мы оба были на эмоциях и это сыграло с его вниманием злую шутку.

– Костя мог попасть в аварию и в одиночестве, – сказал Макс. – И, может быть, тогда все было бы намного хуже. А что у вас случилось–то? Поссорились?

– Типа того, – ответил Дима, которому не хотелось сейчас вдаваться в детали.

– Из–за Рады? – догадался Макс. Дима кивнул. – Она знает?

– Нет.

– И не говори ей.

Дима ничего не ответил. Он и сам принял такое решение. Они прошли в кухню, где девушки уже приготовили кофе и бутерброды. Было семь утра, начинался новый день.

Глава 34|Дима

Последующие три дня не принесли никаких изменений в состоянии  Кости. Он все еще был в коме и врачи не давали никаких прогнозов. Дима не находил себе места, но не знал, что можно сделать, чтобы стало лучше. Он сообщил о несчастье матери и сестре, которые на следующий же день вылетели из Парижа в Москву.

– Я всегда знала, что рано или поздно это случится, – плача, сказала Ева. – Костя всегда стремился к риску, словно по другому не чувствовал жизнь!

– С любым человеком может произойти несчастный случай, – сказала мама. – Не обязательно для этого любить риск.

Мама старалась держаться, но Дима видел страх в ее глазах. Переживет ли она, если потеряет еще и сына? А сможет ли он смириться, если еще и похоронит мать? От этих мыслей Диму обжигал дикий страх, даже дышать становилось невозможно, что словно невидимая сила запирала воздух в его легких.


Дима сидел у себя в кабинет и пытался работать. Он уже неделю не мог нормально спать и это сильно сказалось на его самочувствии. Он тупил и ошибался, не замечал мелочей и один раз чуть сам не попал в аварию, после чего решил временно ездить на такси.

Макс заглянул к нему в кабинет и сказал:

– К тебе пришел Борис, – в его голосе послышалась неприязнь.