Джош посмотрел на них, затем поставил бокал на стол:

– Мне нужно пообщаться с деловым партнером. Прошу меня извинить, ваше высочество.

Он поклонился и поспешил отойти.

И снова Жасмин оказалась в плену серых гипнотических глаз.

– Вы пришли с ним? – спросил принц Рейес.

Ей показалось, или в его голосе действительно послышалась нотка неодобрения? Она приподняла подбородок:

– Нет, я сама по себе.

Неодобрение стало явственнее.

Жасмин попыталась объяснить:

– Мне сказали, что в Рио безопасно. И пока со мной ничего не случилось.

В глазах принца что-то промелькнуло.

– Опасность приходит неожиданно, мисс Николс. И когда меньше всего ее ожидаешь. Я посоветовал бы вам быть осторожнее.

– Благодарю за совет, э-э-э… ваше высочество. Однако в нем нет необходимости.

Принц продолжал разглядывать Жасмин, заставляя ее нервничать. По ее телу прокатилась дрожь. Сложность того, что ей предстоит сделать, раскрылась перед ней во всей полноте.

Инстинкт снова толкал ее на побег. Жасмин понадобилась вся ее выдержка, чтобы стоять на месте и не отводить взгляда.

Этому мужчине принадлежит единственное, что может помочь ее отчиму. Следует воспользоваться тем, что он проявляет к ней внимание. О чувстве стыда надо забыть. Боязнь переступить невидимую черту не идет ни в какое сравнение с желанием спасти Стивена. Спасти ее семью.

Принц Рейес протянул ей руку:

– Очень хорошо. У меня и в мыслях не было оскорбить вас. Я всего лишь собирался попросить одного из моих людей проводить вас в отель. Рад был познакомиться, мисс Николс.

Он повернулся, и Жасмин заметила, как телохранители сразу же окружили его. У одного в руках был кейс с договором.

Он уходит! А с ним – ее единственный шанс!

Схватив сумочку, Жасмин торопливо произнесла:

– Вообще-то вы правы. Незнакомый город ночью – не совсем подходящее место для женщины. Я буду признательна вам за помощь.

Гости выдохнули, как по команде, но Жасмин сделала вид, что ничего не заметила.

Нельзя позволить принцу Рейесу уйти! Она проделала путь в несколько тысяч миль ради того, чтобы отчим не угодил в тюрьму. Ей нужно десять минут. Или меньше, если она не будет мешкать. Она должна добраться до договора, даже если для этого придется войти в клетку с хищником.

Он остановился. Дыхание Жасмин пресеклось, когда его глаза потемнели. Принц Рейес смотрел на нее несколько секунд, показавшихся ей вечностью, потом отвел взгляд.

– Я велю своему шоферу доставить вас в отель.

Принц кивнул мужчине в темной одежде, стоявшему неподалеку.

Напряжение Жасмин усилилось.

Она не имеет права на провал. Ее мать этого не вынесет.

– Я могу поехать с вами, – торопливо предложила Жасмин. – Чтобы вашему шоферу не пришлось мотаться туда-сюда.

Она затаила дыхание, ожидая ответа.

Рейес поднял руку, останавливая телохранителя, выступившего вперед. Воцарилось молчание. Кровь запульсировала внизу ее живота. Все чувства обострились. Жасмин слышала каждый звук, ощущала каждый запах, принесенный вечерним бризом. Соски ее затвердели, щеки запылали.

При мысли, что ее безумно привлекает мужчина, которого она готовится обмануть, к горлу Жасмин подступил истерический смех.

Прежде она никогда не прибегала к женским уловкам, чтобы заинтересовать мужчину. И сейчас все внутри ее сжималось в тугой узел от отвращения. Но все же некая частичка ее души восторжествовала, когда его взгляд устремился на ее грудь и задержался на ней.

– Вы хотите поехать со мной? – Голос принца изменился, глаза подозрительно прищурились.

Жасмин поняла: теперь нужно действовать очень осторожно.

– Да. Захватите меня с собой. Мой отель недалеко отсюда. Я даже куплю вам выпивку в качестве благодарности. – Жасмин была поражена собственной напористостью. Испугавшись, что принц может оскорбиться, она добавила: – Если вы не возражаете.

Его глаза хищно сверкнули, и Жасмин затрепетала.

– Возможно, именно вам следует возражать, мисс Николс. Кое-кто посоветовал бы вам отказаться от поездки со мной.

Жасмин намеренно медленно провела языком по нижней губе. В серых глазах принца, вдруг ставших почти черными, появилось выражение неприкрытого голода, и дыхание у нее перехватило. Кожа запылала, словно он прикоснулся к ней.

– Может быть, но что-то подсказывает мне, что я могу вам доверять, – ответила она.

Жасмин ступила на опасную территорию. Флирт и сексуальные игры никогда не были ее коньком.

Принц Рейес сделал шаг к ней. Его прищуренные глаза, в которых ранее плескалась грусть, наполнились горечью.

У Жасмин не было времени подумать над этим, потому что ее окутал его запах. Она сделала глубокий вдох. Принц Рейес понял, что произошло, и ноздри его затрепетали.

– Ты играешь в опасную игру, Жасмин, – негромко произнес он.

– Это… это всего лишь поездка к моему отелю, – прерывающимся голосом сказала она.

– Возможно. А может быть, что-то другое. То, к чему мы оба не готовы.

Принц говорил так тихо, что его могла слышать только Жасмин.

– Я исчезну из твоей жизни меньше чем через полчаса. Не стоит меня опасаться.

«Лгунья!»

Жасмин попыталась приглушить голос совести и обрадовалась, когда все захлестнула буря эмоций, бушевавшая в груди.

Его подбородок напрягся.

– Напротив. – В этот раз горечь прозвучала в его голосе. – Проклятие красивой женщины привело к гибели моих предков.

Красивая? Она?!

– Доставь меня в отель и уходи. Тогда ты освободишься от этого… проклятия.

Принц Рейес склонил голову набок, словно взвешивая ее предложение. Потом взял Жасмин за запястье и легонько, но уверенно притянул к себе.

– Если бы уход означал решение столетних проблем, мое королевство не лежало бы в руинах.

– Я не имела в виду…

Он притянул ее еще ближе. Жасмин была буквально загипнотизирована этим загадочным мужчиной и не обращала внимания на любопытные взгляды гостей и телохранителей. Похоже, принца Рейеса это тоже мало заботило.

– Ты меня интригуешь, Жасмин Николс.

– Это плохо?

– Не знаю, но хочу узнать. Пойдем.


Рейес Наварре глубоко вздохнул.

Во имя Всевышнего, что он делает?! После Анаис он ни разу не вел себя столь импульсивно. Беззаботные времена, когда он бездумно заводил подружек на одну ночь, закончились пять лет назад. Рейес на собственной шкуре почувствовал, какими коварными могут быть женщины. Это доказала и его мать.

Рейес стал свидетелем того, как семья, которую он наивно считал крепкой, распалась. Он наблюдал, как воля к жизни постепенно исчезает из глаз отца, и они становятся пустыми.

Грудь Рейеса болезненно стеснило от угрызений совести и горечи. Совесть мучила его сильнее с каждым днем, поскольку Рейес не сумел выполнить желание своего отца, короля Карлоса, подарить трону наследника. Горечь же была вызвана тем, что отец обвинял в этом только его. Король не знал, что женщина, которую Рейес был готов сделать своей женой и королевой, оказалась такой же вероломной и неверной, как и его мать.

Этот двойной удар стал причиной его настороженного отношения к женщинам, а когда здоровье отца ухудшилось, Рейес вообще перестал думать о них.

Но сегодня…

Он взглянул на женщину, чей нежный запах наполнил все уголки салона автомобиля.

Она не проронила ни слова с тех пор, как они покинули банкет, но Рейес замечал мимолетные взгляды, которые она то и дело бросала на него. Замечал и то, как она при этом облизывала губы.

Вот и сейчас опять. Его тело напряглось.

Стиснув зубы, Рейес принялся размышлять, почему Жасмин Николс его заинтриговала. Может, потому, что он уже больше года не покидал Санта-Сиерру? Или потому, что Мендес наконец согласился подписать торговый договор?

А может, ему просто необходимо почувствовать что-то другое, а не только горечь и боль?

Какова бы ни была причина, Рейес связался по интеркому с шофером.

– Отвези нас на яхту, – распорядился он.

– Ты не собираешься везти меня в отель? – Голос Жасмин немного дрожал, но в нем не было паники.

Она не удивилась.

А напрасно. Потому что Рейесу это было совершенно несвойственно. Более того, он был сам не свой с момента встречи с ней.

Рейес немного натянуто улыбнулся:

– Помнится, ты обещала мне выпивку. Собираюсь воспользоваться твоим предложением до того, как доставлю тебя в отель, а не после.

– Боишься, что я обману? Ты не слишком доверяешь людям, верно?

– Ты права.

– Ты в самом деле везешь меня на свою яхту? – спросила она с любопытством.

– Да.

Рейес вспомнил, что ей не нравится плавать. Неужели поэтому он решил отвезти ее на яхту, а не в королевский номер, который ждал его в «Четырех сезонах»? Надеялся, что она спасует, увидев плавучий дворец, и убежит?

Или он везет Жасмин сюда из эгоистических побуждений? По какой-то причине, когда Рейес смотрел на нее, бушующие в нем эмоции немного успокаивались.

Лимузин остановился у причала. Было тихо и спокойно, однако чувства принца пребывали в хаосе, а сердце гулко билось в груди в предвкушении того, что должно произойти.

Мысли о наслаждении, которое может доставить тело женщины, отступили для него на задний план, особенно в последний год, когда он усиленно работал над торговым договором с Вальдеррой. Его усилия были вознаграждены. Рейесу удалось усадить Мендеса за стол переговоров, и результатом этого станет столь необходимый его подданным экономический подъем.

Завтра они окончательно подпишут договор между Санта-Сиеррой и Вальдеррой. Уступки Мендесу были значительными. Например, он потребовал устроить шикарный прием в честь его дня рождения. Рейес не собирался на нем присутствовать, но в конце концов передумал, подозревая, что Мендес готов ухватиться за любой повод, лишь бы оттянуть подписание.

Но уступки, на которые ему пришлось пойти, окупятся со временем. Самое главное – преграды торговле больше нет.