Круг был замкнутый и предсказуемый. Единственное, что являлось спасением для меня ─ я была выпускницей. И я знала, что была лишь одной из многих отчаявшихся за последние дни школы.

Мое безразличие в сочетании с политикой нулевой терпимости Мисс Олкорн о домогательствах, вероятно, были двумя факторами, из-за которых Мик сдался.

Наконец пришло знакомое облегчение, но мне было все так же тревожно. Я чувствовала себя выбитой из колеи, даже после нескольких недель хорошей опеки.

К счастью, Мик оставил меня в покое до конца урока.

К тому времени, как я увидела Уэстона в художественном классе, он выглядел на грани нервного срыва.

Он сел на свой стул и придвинулся к столу, его колени дергались вверх и вниз в ожидании:

─ Почему ты избегаешь меня? ─ выпалил он.

─ Я не избегаю, ─ ответила я, стараясь не повышать голос, и надеясь, что он сделает именно это.

Миссис Кап ворвалась в класс, быстро предупреждая нас, чтобы все шли прямо к старой пиццерии, рядом с которой была наша фреска, над которой мы работали, и никуда больше.

─ У кого нет транспорта? ─ спросила она.

Уэстон посмотрел на меня обеспокоенными глазами.

Только двое студентов подняли свои руки.

─ Вы можете поехать со мной или с кем-нибудь из одноклассников. Дайте знать, если это так, ─ сказала Миссис Кап, ожидая ответа от двух студентов.

Уэстон не отрывал от меня взгляда:

─ Могу я подвезти тебя?

Выйдя на улицу, Уэстон с надеждой протянул свою руку. Единственными людьми на стоянке были другие студенты из художественного класса и сама Миссис Кап, так что это было не так неудобно, как перед или после школы, но я могла почувствовать напряжение, исходящее от его пальцев в момент, когда мы коснулись друг друга.

Как только его дверь захлопнулась, он вздохнул:

─ Прости меня, Эрин. Я думал, что сделал все правильно. Я пытался защитить тебя. Сейчас я понимаю, что это было глупо рассказывать им, не поговорив сначала с тобой.

Он ждал, когда я отвечу, ясно готовя себя к спору.

─ Я уже переступила через это, ─ я не была зла на него. Я не была уверена, что я вообще чувствую, потому что это было странно, что кого-то вот так… извинялся передо мной.

Между его бровей образовалась линия, и он повернулся обратно, чтобы переключить передачу и выехать. Он был недоволен моим ответом, и тихо ушел в свои мысли, пока мы ехали до стоянки около бывшего здания пиццерии.

Все уже стояли готовые около кирпичной стены, достав снаряжение, когда он только въехал на стоянку и припарковался.

─ Это все тоже новое для меня, Эрин, ─ сказал Уэстон. ─ Мне было все равно, если бы Олди бросила меня. Я не беспокоился, что когда она уедет в колледж, я может, больше не увижу ее никогда. Все эти странные, ужасные, удивительные вещи, происходящие с тобой, и это было совершенно понятно, если бы ты сказала, что у тебя нет времени, на то что бы встречаться со мной… и я без ума от тебя, Эрин. Ты можешь себе представить, насколько это пугает меня?

─ Ты хочешь поговорить о том, что пугает? Ты уже знал, что моя мама отлично готовит, ты уже встречался с ее дочерью. У тебя вероятно уже был секс в комнате, где я теперь сплю. Ты знаешь мой дом и мою семью лучше меня. Я живу чьей-то жизнью, Уэстон. Так что давай, расскажи мне о том, как ты боишься быть брошенным, ─ я ахнула и закрыла рот.

Он выдохнул так, будто я только, что ударила его под дых.

─ Боже мой, мне так жаль, что я сказала это, ─ мои руки заглушили мои пронзительные слова.

Он покачал головой, потирая нижнюю губу указательным пальцем:

─ Этому нет оправдания. Я, должно быть, заслужил это. Я даже не знаю.

─ Никто не заслуживает этого. Твои чувства так же важны, как и мои. Мы оба прошли через многое. Извини, ─ сказала я, протягивая руку к нему.

Он вытащил ключ из зажигания и отвернулся, чтобы повернуть ручку двери. Волна страха пробежалась по моему телу. Дверь открылась только на пару дюймов, и он замер. Затем повернулся и взял меня в свои объятия. Слезы, которые хотели вырваться наружу весь день, наконец, потоками побежали по моим щекам.

Миссис Кап постучалась в окно со стороны водителя, и мы оба развернулись, чтобы посмотреть на верхушку ее головы.

Уэстон распахнул его дверь.

─ Ну, вы двое. У вас есть работа, которую нужно сделать.

Я вытерла глаза рукавами, кивая.

Когда мы вылезли из грузовика с нашими кистями и красками, и пошли в сторону стены, несколько пар глаз смотрели на нас так, словно мы были кем-то другими, задержанными или, по крайней мере, нам последовал строгий выговор. Что-то есть в том, чтобы быть Олдерман, или Гейтс, или Мэстерсон, или Бек. Кажется, все правила не относились к людям с этими фамилиями. Не в Блэквелле.

Глава 2

Фрэнки практически выдавила мягкое мороженое в сине-красный стаканчик в ее руках. Пока она наполняла его идеальным количеством мороженого, а затем поливала сверху в точном размере клубничным сиропом и бананами, она рассеяно болтала о своих детях и их выходных.

─ Я проснулась не только с жевательной резинкой в волосах, но и двумя козявками и фруктовым мороженным на палочке. Я имею в виду, только я, правильно?

Я изогнула брови, а она пожала плечами, погружая вафельный рожок в шоколадную глазурь. Она некоторое мгновение смотрела на него, пока не была уверена, что шоколад затвердел, а затем наполнила рожок мороженым

«Blizzard», не попав им на шоколад.

─ Ты когда-нибудь скажешь мне свой секретный способ приготовления вафельных рожков «Blizzard»? ─ спросила я.

─ А зачем? Ты все равно скоро оставишь меня.

Я нахмурилась:

─ У меня еще 4 месяца впереди, так что спасибо тебе большое.

Фрэнки передала рожок в окошко и закрыла стекло.

─ Тебе больше не нужны деньги, Эрин. Будь ребенком. Наслаждайся оставшейся частью своего старшего класса.

Я поморщилась:

─ Я не для того работала так долго, чтобы потом просить у кого-то денег.

─ Они твои родители, Эрин. Это то, что делают дети. И это нормально. Ты заслуживаешь этого.

─ Я понимаю, что ты пытаешься сказать. Я все еще не хочу полагаться на кого-то в плане денег. Даже на Джулианну и Сэма. Кроме того, я, возможно, буду, а может, и не буду, скучать по тебе.

─ Оу, ─ сказала она, переворачивая, вывеску ‘ОТКРЫТО’. ─ Я ненавижу тебя.

─ Я тоже тебя ненавижу.

Послышался звук, приближающегося грузовика Уэстона, пока мы прибирались.

─ Я как бы скучаю по тебе, отвергающей мои предложения подвезти тебя, ─ сказала Фрэнки.

─ Я как бы скучаю по тебе, постоянно предлагающей, хотя ты знаешь, что ответ будет 'нет'.

─ Почему ты позволяешь ему и никогда не позволяешь мне? ─ спросила она, протирая машину для мягкого мороженого.

─ Он дает мне поводить, ─ улыбнувшись, ответила я.

Она уперла руки в боки:

─ Ты можешь водить и мою дерьмовую машину. Все, что тебе нужно было сделать — это попросить.

Я усмехнулась, когда выходила за ней следом из кладовой:

─ Спокойной ночи, Фрэнки.

─ Спокойной ночи, Эрин. Привет, Уэстон! ─ она помахала рукой.

Уэстон помахал в ответ, и затем посмотрел вниз на меня, его локоть упирался в красную дверь грузовика:

─ Что?

Его темно-бордовая с белым бейсболка была перевернута, так что виднелись его каштановые волосы. Он уже успел принять душ, так что я представляла, как запах его геля для душа Old Spice ─ который был моим любимым запахом, сейчас ─ ударит мне в нос, в секунду как я только залезу на сидение. Его щеки пылали, а слегка заостренный нос еще немного блестел от того, что его недавно скрабили. Пара изумрудных глаз выглядывала из-под длинных, темных ресниц и выделялась на фоне его загорелой кожи.

Раньше я пыталась взглянуть на него при первой же возможности, а сейчас я могла просто смотреть на него столько, сколько хотела. Он уже несколько раз сказал, что давно любил меня, и это не было недавним прозрением для него. Уэстон Гейтс любил меня с тех пор, как мы были детьми, и все это время, я, вероятно, тоже любила его. Я просто не признавала этого, потому что не могла. Тогда на это даже не было надежды. И вот теперь, он сидел, возвышаясь надо мной, в своем измученном грузовике, объявляя всему миру, что он был в Dairy Queen, чтобы забрать меня с работы, и это становилось вполне нормальной вещью. Для нас и всех остальных в нашем небольшом городке.

─ Ты же не собираешься снова извиняться за то, что было днем, да? ─ спросил он, ясно давая понять, что не хочет возвращаться к этому.

─ Нет, я надеялась, что мы могли бы остановиться на эстакаде, перед тем как ты отвезешь меня домой.

Он просиял:

─ Да? ─ прежде, чем я успела ответить, он исчез, наклоняясь, чтобы потянуть за ручку пассажирской двери и открыть ее.

Его лицо вернулось обратно в поле моего зрения:

─ Залезай, детка. У меня еще есть Fanta Orange с твоим именем на банке в багажнике.

Я обошла грузовик и залезла внутрь:

─ Ты такой романтик.

Он придвинул меня ближе к себе и положил руку на мое бедро:

─ Всегда, пожалуйста, ─ сказал он, с дразнящей ухмылкой.

Чмокнув меня в щеку, он нажал на газ и выехал на главную улицу, сделав быстрый разворот в сторону эстакады. Нашей эстакады, как он ее называл.

Грузовик не был припаркован и десяти минут, как мы уже лежали прижатые друг к другу в постели его грузовика. Я почувствовала, как он колебался, перед тем как поцеловал меня. Я отпрянула назад и посмотрела ему в глаза: