Гадёныш был слишком хорош, знал это и пользовался этим вовсю.

 — С шоколадной глазурью? — кивнув в сторону коробки с пончиками у меня в руках, осведомился он. Теперь моим обязательным заданием было каждое утро привозить ему пончики с шоколадной глазурью, которыми он заряжался для работы над альбомом.

 — Конечно.

Мысленно я закатила глаза. Да если бы пончики были — не дай Бог — не с той глазурью, он бы тут же вытолкал меня за дверь и послал за нужными.

 — Отлично. Как раз хочется чего-то жирного и сладкого.

Кейд поставил стакан и вышел из-за стойки. Невозмутимо подошёл ко мне и забрал коробку из моих вдруг ослабевших рук.

Он был голый. Абсолютно. Вот как мама родила. За исключением татуировок и волосатых ног.

Я онемела. Видок у меня был тот ещё, видимо, учитывая, что я пялилась на него с открытым ртом.

Как идиотка.

Но честности ради — там он впечатлял. И я осознала, что впервые за всё время вижу его голым ПОЛНОСТЬЮ! Я не была готова к такому событию этим утром.

Что, мать его, он задумал?!

 — Нравится? — Кейд откусил большой кусок от пончика, глядя на меня полностью расслабленным взглядом.

Я моргнула, отметив, что в уголке его рта остался шоколад.

 — Ты бы не мог одеться? — сквозь стиснутые зубы попросила я, наконец-то обретя контроль над своим телом, и отвернулась.

Вот блин попала!

 — Не-а. Мне так хорошо. Я у себя дома. Какие-то проблемы?

Он засунул остатки пончика в рот, разведя руками.

Ладно, я солгу, если скажу, что не представила, что вместо глазури он облизывает меня. Но учитывая, что я сгорала от — будем говорить прямо — похоти к нему — разве это удивительно?

«Так Лор, притормози!»

 — Проблема в том, что я не хочу смотреть на твою голую задницу.

«Ложь, но вроде убедительно. Или мне только так кажется?»

 — И мы вроде бы решили, что не будем пересекать эту черту, так что… — я выразительно посмотрела на Фостера-младшего.

— Знаешь, баллончик взбитых сливок и это, — он указал на свой член, — могут заставить тебя передумать. Я всё ещё надеюсь, что ты передумаешь.

О, он был очень доволен собой! Но я не знала — это он так шутит или правда хочет сломить моё сопротивление? В любом случае, мне это не нравилось.

 — Можешь и дальше выгуливать своего «приятеля», я беру кофе и ухожу, — проигнорировав замечание Фостера, сообщила я.

И я так и сделала — налила себе кофе в большую чашку и поднялась в свой кабинет, слыша тихое подсмеивание за спиной.

Я почти не сомневалась, что эта дурацкая выходка Кейда не более чем прикол, но вот забавным я его не находила.

***

Жизнь более менее вошла в привычную колею — Фостер по-прежнему был занят записью альбома, я всё так же выполняла его поручения,  и всё было неплохо. Мне даже удалось получить три выходных и слетать на юбилей родителей — двадцать пять лет в браке — серьёзная дата. Я встретилась с родными, мы замечательно отметили годовщину свадьбы — собрались все друзья и близкие нашей семьи. Мама с папой даже признали, что я не прогадала, переехав в Лос-Анджелес. А вечером, перед тем, как я должна была вернуться в ЛА следующим утром, мне позвонил мистер Ричардс.

Обычно он звонил только если случалось нечто серьёзное. Так что можно было понять моё беспокойство, когда я брала трубку.

Босс сбивчиво поздоровался и сразу перешёл к делу. Он спрашивал меня, где носит Кейда, потому что он не являлся в студию второй день подряд, и дома его также не было. Как сказал мистер Ричардс: «Кейда нигде нет. Он будто сквозь землю провалился». А когда я ответила, что не говорила с Кейдом с пятницы и что на данный момент не в Калифорнии, он почти ударился в панику.

Я заверила босса, что скоро буду на месте и обязательно отыщу пропажу. Мне напомнили, что моя работа быть в курсе жизни и местонахождения Фостера.

«Спасибо, босс. Я знаю, что это мой косяк».

Простившись с Арти Ричардсом, я несколько минут растерянно пялилась на телефонную трубку, а потом набрала Кейда.

Номер абонента был отключён.


Глава 14


Надо ли говорить, что после звонка босса ночь я провела беспокойную. Ещё несколько раз пыталась звонить на номер Кейда, но всё безрезультатно. После позвонила Тегу и Скотту, но ребята сами были в полном неведенье.

Я боялась, что Кейд сорвался и лежит сейчас где-нибудь обдолбанный. Или у него случился передоз.

Чёрт, не стоило мне уезжать!

Если бы могла, я тут же сорвалась бы с места и полетела в ЛА. Я бы смогла сделать хоть что-то, находясь там.

Я приложила ладонь к колотящемуся сердцу. А правда, что бы я сделала, будь сейчас в Лос-Анджелесе? Всё так же ощущала бы свою беспомощность.

Утром, невыспавшаяся и на нервах, я простилась с мамой и сестрой, после чего папа отвёз меня в аэропорт. Перелёт до Кали показался мне целой вечностью. Наконец после посадки, включив телефон, первым делом в очередной раз позвонила Фостеру, но ничего не изменилось — всё так же не доступен.

С тяжёлым сердцем я села в такси и назвала адрес Кейда. Мне надо было самой убедиться, что его нет дома. И его не было — комнаты, гостевой домик, задний двор — везде пусто. Казалось, в доме несколько дней никто не находился.

 — Чёрт возьми, Кейд! Где же ты?! — стоя посреди гостиной, в отчаянии пробормотала я.

Этот проблемный, несносный рокер, который так бесил меня с первого дня, за два месяца стал дорог мне. Я поняла это так отчётливо только сейчас, когда всё внутри сжималось от тревоги за него.

Думая, что ещё можно предпринять, я посмотрела на лестницу, и вдруг меня осенило — спальня Кейда! Я ведь могу поискать там какие-нибудь зацепки, которые подскажут, где он может пропадать. Ещё ни разу, за всё время работы на него, я не рылась в его вещах, даже не заходила в его комнату без надобности.

Но сейчас же экстремальный случай, верно?

Не время для моральных сомнений.

С этой мыслью я поднялась на второй этаж и вошла в комнату. Взгляд невольно тут же скользнул по кровати — огромной, застеленной дорогим тёмно-бардовым шёлковым покрывалом.

Что, если пока мы все гадаем и беспокоимся о его судьбе, он проводит время в компании очередной красотки?

Я тряхнула головой, отгоняя неприятную мысль. Нет, Фостер профессионал, он не стал бы вредить группе и срывать запись альбома из-за женщины. Должно быть, случилось что-то серьёзное.

Я боялась, что это правда, и боялась, что всё же дело действительно может быть в женщине.

Ну и ситуация!

Ладно, если я собиралась копаться в его вещах, пора было приступать. Первым делом я решила проверить его компьютер. Взяла Мак с комода и, сев на постель, включила лэптоп. Для входа в учётную запись требовался пароль. Я нахмурилась, гадая, что бы это могло быть.

Дата его рождения?

Ненадёжно и неразумно.

Вздохнув, я ввела «София» и… вуаля! Пароль был принят.

Отлично, он выбрал имя этой девки своим паролем! Кто, мать его, она такая?! Почему так много значит для него? Я читала биографию Фостера в Гугле, и нигде не упоминалось это имя. Да у него ни разу не было продолжительных отношений!

Просмотр компьютера ничего не дал — все стандартно: музыка, фильмы, рабочие материалы, фото с концертов и премьер. Даже порно нет, ну ничего себе! Не было ничего, что дало бы мне наводку или указало на то, кто такая София.

Выключив лэптоп, я поставила его на прежнее место и по очереди стала выдвигать ящики комода, просматривала содержимое и, не нарушая порядок, переходила к следующему. Я уже решила, что и здесь ничего не добьюсь, когда в дальнем углу самого нижнего ящика под стопками тренировочных штанов и маек обнаружила небольшую коробку из-под обуви.

Помня прошлый раз, там мог оказаться очередной костюм, но я так не думала. Мои руки начали дрожать, когда я достала коробку и подняла крышку. Очевидно, здесь хранились документы Фостера. Или, точнее, Кейдена Нолана.

Первое, что я вытащила из коробки — это водительские права на имя Кейдена Патрика Нолана, выданные в Канаде. Фотография и дата выдачи — 18 сентября 2001 года, значит, здесь ему шестнадцать лет.

Ничего не понимая, я уставилась на стену.

Кейден Нолан? Канада?

Это казалось полным бредом. Все источники указывали, что Кейд Фостер родился 8 августа 1985 года в Форт-Лодердейл в семье прораба и школьной учительницы. Никогда не упоминалось, что Кейд сменил фамилию или что он из Канады.

«Это такая же загадка, как и эта София».

Я почти хотела, чтобы в этот самый момент сюда ворвался Фостер и застал меня с этой коробкой в руках. Тогда я могла бы потребовать у него ответы.

Отложив права, я вынула следующий предмет — конверт, подписанный одним словом: «Софие».

Я перестала дышать и  вытаращилась на конверт — казалось, в моих руках был настоящий ящик Пандоры.

Мне не стоило открывать его. Я не имела на это никакого права — слишком личным это было. Территория, на которую я не должна была ступать.

Вполне возможно, что исчезновение Кейда как-то связано с этой девушкой. Сейчас он мог быть с ней.

Моё сердце болезненно кольнуло при этой мысли. Неловкими пальцами я раскрыла конверт — он оказался незапечатанным. Внутри лежало письмо. Я сомневалась, что адресат когда-либо держал его в руках.

Я ругала себя за любопытство, но сопротивляться не могла. Развернула лист и жадно впилась в строчки, написанные наклонным, размашистым почерком.