– Нет…

Охранник вдруг двинулся в их сторону.

– Дамы, можно вас на одну минуту? – холодно произнес он.

– О господи… – Надя с Лилей торопливо зашагали по коридору в сторону.

– Дамы, я прошу вас остановиться! – В голосе охранника звучала явная угроза.

– Делаем вид, что мы ничего не слышим и нам срочно надо припудрить носики… – прошептала Лиля.

Они свернули за угол – но там не было намека на туалетную комнату. Двери, двери, канделябры мерцали на стенах, и – тишина…

– Это тупик! – обреченно произнесла Надя.

Охранник был совсем близко.

– Извините, дамы, но я должен сверить ваши имена со списком, – с безупречной вежливостью произнес охранник. – Что-то я вас не помню. Вы кто?

– Кто мы? – возмутилась Лиля. – Как вам не стыдно портить людям праздничное настроение! Я – Зина Трубецкая, а это моя…

– Вы не Зина Трубецкая, – сказал охранник. – Я прекрасно знаю Зинаиду Яковлевну в лицо. Кто вас пропустил сюда?

Сердце у Нади упало в пятки. «Все-таки влипли!..»

– Пройдемте со мной.

Строгий секьюрити ухватил Лилю за локоть.

– Пройдемте…

– Пустите меня! – возмутилась Лиля. Она лягнула охранника каблуком, но этим только разозлила его…

– Ах ты, дешевка крашеная!.. – выругался он.

Надя, не отдавая себе отчета, незаметно выхватила из своей сумочки электрошокер и ткнула им охранника. Тот дернулся и упал на пол.

– Надька-а… – с изумлением пробормотала Лиля. – Чем это ты его?

– Это Зинкина штучка… Сама не знаю, зачем я ее с собой взяла. Лиля, что теперь будет?

– А ничего не будет, – с неожиданным подъемом произнесла Лиля. – Давай-ка этого парня куда-нибудь спрячем.

Она толкнулась в одну дверь – закрыто. За другой была темнота.

– Сюда тащи…

Вдвоем, держа охранника за ноги, они заволокли его в комнату.

– Быстрее приведи Адама, пока этот тип не пришел в себя!

Надя, уже ничего не боясь, побежала в зал. Сердце у нее колотилось, словно сумасшедшее.

– Адам, можно тебя на минутку…

Адам Блендис в это время мирно беседовал с какой-то толстухой в боа из страусиных перьев.

– Надя? – растерялся он. – Извините, Нонна Леонидовна…

– Как ты здесь оказалась? – прошептал он, уводя Надю в сторону. – И что вообще происходит? Лиля тоже здесь?

Он был очень проницателен, этот человек.

– Да. Она хочет с тобой поговорить. Пожалуйста, выйди к ней. Будет хуже, если Лиля появится тут…

Сквозь улыбающуюся, веселую толпу они пробились к выходу. Адам то и дело пожимал кому-то руки, кто-то похлопывал его по плечу…

Из-за угла им навстречу выбежала Лиля.

– Ты… – тихо охнул Блендис.

– Адам, нам надо поговорить. Адам… – Из глаз у Лили вдруг брызнули слезы.

– Идем, я знаю место… – коротко сказал чужой жених.

Он потащил подруг, подхватив их под руки, по коридорам, завел в какой-то закуток с пальмами. За стеклянной стеной мерцали сказочные, усыпанные снегом деревья, на черном небе плыла круглая луна. Надя встала у стены, ближе к коридору, чтобы не мешать этим двоим.

– Адысь, что ты делаешь? – услышала она умоляющий Лилин голос.

– Лулу, так надо. Сладкая моя, прости, что не предупредил тебя… Но я просто не хотел причинять тебе боль. Зачем? Мы не смогли бы ничего изменить.

– Адысь, ты все время твердил мне, что никогда не женишься… Так почему же ты для этой девочки сделал исключение? – с отчаянием спросила Лиля.

– Потому что… Господи, Лулу, только не думай, что я влюбился в Дарину и потерял из-за нее голову! – шепотом закричал Адам. – Дело в другом… В том, что моя фирма на грани банкротства, я не могу погасить кредиты! А отец Дарины, Мардарьевский – он гендиректор «Севзапнефти», у него…

– У него есть деньги! – перебила Лиля с насмешкой. – Ну да… Ты хочешь сказать – это брак по расчету, да?

– Да, именно так! Милая моя девочка… У меня больше не было денег содержать тебя… В конце концов, я женюсь на Дарине ради тебя!

– Боже, какое благородство! – истерично засмеялась Лиля. – Ты хотел содержать меня на деньги своей жены!

– Нет, я только хотел погасить кредиты, дальше я бы справился со всем сам! Ты подумай – ты сама бы бросила меня, если б я перестал давать тебе деньги. Тебе, моей избалованной куколке, не работавшей ни одного дня в своей жизни!

– Адысь… – умоляюще прошептала Лиля. – Я поняла… Но… мне не нужны деньги. Адысь, я люблю тебя! Адысь, я для тебя на все готова, я буду сама работать – пусть хоть посудомойкой, хоть уборщицей… Адысь, я всю жизнь мечтала быть твоей женой! Адысь, брось ее, уйдем отсюда вместе!

Надя осторожно высунула голову в коридор – никого, только вдали сновали официанты с подносами. «Как же она любит его! – страдая за подругу, подумала она. – Бедная Лилька, я совсем тебя не знала!..»

– Нет, Лиля, – тихо, но решительно произнес Адам. – Уже ничего не изменишь. Ты не плачь… Уезжай. Через три недели мы с Дариной вернемся из свадебного путешествия, я приду к тебе. Я буду приходить к тебе так же, как и раньше. Ничего не изменится!

– Адысь, я люблю тебя! – повторила Лиля таким голосом, что Надя сама чуть не заплакала.

– Лулу, не рви мне сердце. Все, закончим этот разговор… – устало произнес Адам. – Уезжай.

Лиля помолчала немного, а потом сказала:

– Нет, милый, я никуда не поеду. Я люблю тебя. Я сейчас пойду к твоей Дарине и все ей расскажу про нас.

– Лиля, ты хочешь устроить скандал? Я тебя прошу…

– Нет, Адам, не проси! Нет! Я ей все скажу!

– Лиля, я тебя умоляю…

– Она должна знать! Она не имеет права портить людям жизнь! – в исступлении повторила Лиля. – Я ей все скажу!

– Лиля, детка…

– Я люблю тебя! Ты мой, только мой… Наплевать на деньги! Наплевать на все!

– Лиля, не делай этого, пожалуйста, – с усилием произнес Адам. Судя по всему, он страшно боялся надвигающегося скандала. – Ты не понимаешь… Уезжай отсюда. Хочешь, я на колени встану?

– Что? – удивленно спросила Лиля.

И он повторил:

– Хочешь, я перед тобой на колени встану? Только не говори ничего Дарине…

Надя невольно оглянулась – там, под изящным веером пальмовых листьев, стоял на коленях Адам Блендис.

– Адысь… – ошеломленно прошептала Лиля. – Что ты делаешь? Встань, сейчас же встань!

– Лулу, заклинаю тебя всеми святыми – не устраивай скандала, не говори ничего Дарине… – без всякого выражения забормотал он.

Некоторое время Лиля молчала.

– Хорошо, Адам… – наконец с трудом произнесла она. – Если ты так просишь… Надя, поехали отсюда.

– Давно пора! – Надя подхватила Лилю под локоть и потащила ее в выходу. Ноги не слушались Лилю – она едва их переставляла. «Как же мы поедем?.. – с отчаянием подумала Надя. – Она же совершенно не в себе!..»

Но на свежем воздухе Лиля задышала полной грудью.

– Бежать! Бежать отсюда как можно скорее! – застонала она, словно очнувшись ото сна, и, спотыкаясь, помчалась к своей машине.

– Лилька, как ты думаешь, тот охранник уже пришел в себя?

– Откуда я знаю…

– По-моему, он будет очень зол, когда очнется, – забормотала Надя. – Честное слово, Лиля, я сама не понимаю, зачем я ткнула его электрошокером… На меня что-то нашло!

Они залезли в машину и поехали к воротам. Их выпустили беспрепятственно – тем более что перед ними катил чей-то лимузин с тонированными стеклами. Пристроившись лимузину в хвост, они благополучно покинули территорию Мардарьевских.

– Слава богу… – прошептала Надя.

Они мчались теперь по черному шоссе обратно в город.

Лиля была бледна, но держалась спокойно.

И только когда они уже проезжали мимо окраинных новостроек, произнесла задумчиво:

– Надька, ты видела? Он встал передо мной на колени!

– Лиля, я тебе с самого начала говорила, что из этой поездки ничего не выйдет.

– Он встал на колени… – изумленно повторила Лиля, словно не слыша ее. – Надька, ты не представляешь, какой Адам гордый! Он и перед собственной смертью не встал бы на колени… А тут взял, да и повалился передо мной: «Лиля, что угодно, только не устраивай скандала!»

– Наверное, испугался своего тестя.

– Нет, вряд ли… – засмеялась Лиля мрачно. – Тут совсем другое – он не хотел огорчить молодую жену. Он любит Дарину. И дело вовсе не в деньгах, не в связях, а именно в том, что он ее любит!

– Лиля…

– Да, Наденька, он ее любит! – истово повторила Лиля. – Он, может быть, еще пока сам себе не отдает в этом отчета, но он ее любит. И больше никогда – слышишь, никогда! – он не придет ко мне. Я это чувствую…

Дарина Мардарьевская, отважная степная царевна, не допустит соперниц – это можно было понять с первого взгляда на нее. Дарина из тех женщин, которые не умеют прощать. Если бы Лиля устроила скандал на свадьбе, Адам потерял бы Дарину навсегда. А он не хотел терять свою молодую жену – он любил ее так сильно, что, презрев собственную гордость, упал перед Лилей на колени.

Они подъехали к Лилиному дому.

Стояла глубокая ночь…

И тут силы снова покинули Лилю – она шла к подъезду, едва передвигая ноги.

– Ты думаешь, я из-за того переживаю, что останусь без денег? Нет, Надя, без денег я никогда не останусь… Стоит только свистнуть! Взять хотя бы Стаса…

– Какого Стаса?

– Ну, того самого, с которым я познакомилась в санатории летом… Он наверняка еще не забыл меня. Вот тебе и готовый спонсор! А еще Самуил Евсеевич и Саша Строков – тот, который сетью мебельных салонов владеет… Герман Морозов – продюсер, Рома Полозьев – он вообще банкир…

Они вошли в квартиру, а Лиля продолжала перечислять имена своих воздыхателей.

– Вот видишь, Лилечка, одна ты никогда не останешься! – обняла ее Надя.

– Ах, Надюха, ты не понимаешь… – опять мрачно засмеялась Лиля. – Я это к тому говорю, что мне никто из них не нужен. Мне нужен Адам. Только он.

Неожиданно дверь, ведущая в комнату, распахнулась, и из-за нее показалась Зина Трубецкая – хмурая, сонная, в сдвинутом набок тюрбане. Подруги совсем про нее забыли…