Версавия отряхнула платок, накинула его на плечи и ушла к реке. Следовало умыть руки после гадания, таковы правила настоящих провидцев. Она знала, что сняла с себя ответственность за дальнейшее, предупредила, а дальше сам человек решает, как поступить.

Молодые люди плюхнулись на траву, поджав ноги, девушка расправила ворох юбок вокруг себя:

– Ты сегодня придёшь в ночное? Мы будем петь и танцевать. Хочу услышать твои новые песни, мой рыцарь! Ты что-то новенькое сочинил? Расскажи прямо сейчас! Я до вечера не дотерплю!

– Постой, Зиля, постой! Ты мне слова сказать не даёшь, – попробовал остановить юную цыганочку парень.

– Вот ещё! Я готова тебя слушать, а ты говоришь, что я тебе рот затыкаю?! – Возмутилась девушка.

– Вовсе не это я хотел сказать…

– Ты ведь не знаешь, что меня отец сосватал! – Перескочила на другую животрепещущую тему непоседа. – У меня теперь есть жених – Никос, из нашего табора, он кузнец, как и его папаша, ему уже семнадцать есть. В этом году прямо здесь отметим помолвку. Придёшь? Приглашаю. Ты ревнуешь, а? Ты на мне всё равно не женишься, вот и приходится соглашаться с отцом. Ты точно не ревнуешь?

– Чего мне ревновать? – Среагировал на подначку Робер. – Мне, наверное, отец жену тоже нашёл, я пока не знаю. Родители и должны договариваться, это правильно.

– А жалко, что ты не ревнуешь. А то бы я Никосу хвасталась, что меня настоящий граф любит! Он-то так на меня смотрит, что мурашки по коже! Ревнует, он сам сказал! Мне нравится! – Восторженно продолжала свои речи цыганочка.

– Что нравится? Что ревнует? Или жених нравится? Ты его любишь что ли?

– А всё нравится! Так здорово знать, что невеста! – И вдруг девушка вспомнила о другом. – Ты мне зубы не заговаривай, без нового стиха тебя никуда не отпущу!

Парень знал, что эту болтушку с мысли не собьёшь, разве она сама запутается, поэтому уступил её напору:

– Мы с учителем в этом году изучали историю древних царств и великих полководцев…

– Как интересно, ты и книги читаешь…

– Будешь перебивать?

– Нет-нет-нет, – энергично замотала головой девушка, а с недавних пор – невеста.

– Так вот… Читали мы о полководце древних, македонянине Александре Великом. И у него были, конечно, верные соратники. Один из них – управитель завоёванного Египта Птолемей.

– Цыгане бывали в Египте! – радостно заявила девушка.

– Ну, конечно… Где цыган не было?! Ты слушать будешь? – Нахмурился парень.

Девица временно присмирела, сложила руки на коленях, внимательно уставилась на приятеля. Робер продолжил:

– Так вот… Мне знаешь что стало интересно? Царь Александр умер молодым от болезни, а не на поле боя. И после его смерти Птолемей вернулся в египетские земли и стал там царём. Он основал целую династию! И ещё помогпл развивать науки, собрал огромную библиотеку, много строил и, странное дело, старался не воевать. Вот такой необычный царь. А мне захотелось написать стихи на эту тему. Только это не песня, такие стихи на музыку не положишь…

Царь умирал. Завоеватель

был очень молод, но увы…

Развёл руками врачеватель.

Смеялась смерть: «Иду на вы!»

И Птолемею показалось,

что мир нарушен навсегда,

что царство грозное распалось,

что разорятся города…

Где с Александром Буцефала

похоронили на холме,

там Птолемей сказал устало:

«Да будет всадник на коне!»

Сам Птолемей пришёл в Египет,

прозреньем странным заражён,

что человек лишь тем элитен,

насколько знаньем полон он.

Завоевать полмира можно,

искать призвания в войне

и жертвой пасть гордыни ложной:

«Да будет всадник на коне!»


– Чего у тебя всё так серьёзно? Страсти какие! И не очень понятно, – сделала вывод девушка. – Повеселее что найдётся?

Робер почти обиделся, хотя понимал, что это дело бесполезное. Он поднялся, взялся за повод стоящего рядом коня:

– Ладно, мне некогда сейчас. Надо к друзьям заехать в соседнее графство. К ночи с ними вместе, наверное, придём. Буду петь весёлые песни и грустные романсы.

– Про любовь?

– Само собой, как же без любви? – Он улыбнулся, чмокнул девчонку в щёку. – До скорой встречи, невеста!

Цыганочка вскочила и закружилась на месте от переполнявшей её весёлой энергии. Юбки взлетели выше загорелых и поцарапанных коленей.


* * *

На пешего рыцаря в лёгких суставчатых доспехах нападали трое воинов в кольчугах и шлемах. Рыцарь виртуозно отражал удары, гибко уклонялся, свободно менял позиции, словно танцевал, а не защищал свою жизнь. В чём у него не было никаких шансов: вокруг, по периметру широкой поляны стояли верховые и молча наблюдали за боем, будто развлекались. Справедливостью тут и не пахло.

Гибель невысокого отчаянного рыцаря – вопрос времени. Именно это понял Робер, привлечённый лязгом мечей на поляну в глубине леса, которую он почти не посещал раньше. Не раздумывая, юноша пустил коня в галоп и бросился сквозь оцепление к рыцарю:

– Ко мне! На коня! Мы уйдём! – проскочив в центр круга и, разбросав троих воинов, протянул руку. – Быстро!!!

Рыцарь вроде бы растерялся, затем схватил протянутую руку и одним прыжком вскочил на круп коня позади Робера, обхватив решительного всадника рукой, в другой руке вращая меч.

– Йо-хо! – вместе с азартным криком вылетел из ножен меч Робера, решительно направившего коня на удивлённых внезапным вмешательством всадников. Видимо, они никак не ожидали нападения, поэтому шарахнулись в стороны, не задерживая лихую пару.

– Йо-хо! – услышал Робер за спиной высокий мальчишеский голос, когда они выскочили из западни.

Вихляя по знакомым тропам, Мрак всё дальше уносил молодых людей. Топот погони постепенно уходил в сторону, отдалялся…


– А ты решительный парень. И смелый: не побоялся один и без доспехов напасть на целый отряд. Тебя же могли запросто пристрелить из арбалета! Я знаю, у них были арбалеты. Здесь лучше повернуть направо, там удобная поляна с сочной травой.

Настороженный Робер с юным рыцарем медленно ехали на Мраке, улизнув от погони. Робер поднял руку, призывая к тишине. Прислушался. Вокруг было тихо. Даже птиц не слышно. Попутчик Робера поелозил в седле и снова заговорил:

– Мне было бы любопытно узнать имя своего спасителя. Я умею быть благодарным, не сомневайся.

– Слезай. Надо дать отдых Мраку, – утомлённый странной разговорчивостью парня, недовольно скомандовал Робер.

Юный рыцарь соскочил на землю, продолжая слишком громко болтать:

– Отличный у тебя конь, выносливый, быстрый. Какое красивое имя для коня – Мрак! Между прочим, моего зовут Свет, он совсем белый, только глаза желтоватые, словно янтарь на солнце. Как же зовут тебя? Ты не ответил, а это невежливо…

«Ха! Невежливо! Ещё бы дворцовые политесы вспомнил…» – Робер привязал коня к дереву, немного обтёр его пучком травы. Насмешливо поцокал языком:

– И где твой конь? Какой-нибудь разбойник на нём сейчас восседает грязным задом. Как ты умудрился попасть в засаду? Ты что, слепой и глухой?

Рыцарь фыркнул насмешливо и нагло заявил:

– Вовсе нет! В отличие от тебя.

– Что ты хочешь сказать? – нахмурился Робер. Парень явно действовал ему на нервы.

– То, что засады и не было. Это – первое. А второе – оглянись вокруг повнимательнее, – рыцарь поднял руку в перчатке, качнув ладонью. Со всех сторон из леса выступили пешие и конные воины с арбалетами наготове. Стрелы смотрели в упор на Робера.

– В третьих… – рыцарь снял шлем с решётчатым забралом. Золотая коса упала на грудь совсем юной девушки.

– И ещё: я не страдаю излишней болтливостью… Без необходимости, разумеется, – высокомерно вскинула она красивую голову.

Именно это добило юношу: он покраснел, как провинившийся ребёнок. Ловко его обманули! И кто?! Наглая девчонка!

В спину неприятно упёрлось острие меча. Робер медленно поднимал руки в стороны, гадая, стоит ли пробовать отбиться.

– Рем! Привал! – скомандовала девушка. Она махнула ладонью, и меч перестал давить в незащищённую спину юноши.

– Я приглашаю тебя разделить с нами скромный ужин. И большое спасибо за моё нечаянное спасение, – девушка открыто улыбнулась.

Маленькие ямочки на её щеках почему-то удивили Робера и заставили его сердце колотиться быстрее. Он внутренне потянулся к ней, вдруг почувствовав, что перед ним – женщина. Магическая, притягательная, неизведанная. И тяга к ней не была той огульной юношеской влюблённостью, что он испытывал к девушкам до сих пор.

Девушка протянула руку ладонью вверх, по-мужски предлагая дружбу:

– Моё имя – Милена из рода Регант.

– Ты родственница бывшего короля? – принял дружеский жест Робер. Удивившись, нечаянно сдавил руку сильнее необходимого. Смутился. Девушка высокомерно кивнула головой, будто бросая вызов всему миру и не сомневаясь в победе. Робер склонился в церемонном поклоне:

– Робер Донован, сын графа Себастьяна Донована.

К ним подошёл высокий, очень крупный мужчина с карими напряжёнными глазами под кустистыми бровями. Окладистая борода и длинные волосы, покрытые шлемом, сияли чисто-снежной белизной. Размах плечей воина, огромный двуручный меч и цепной молот на поясе, не считая массы пластинчатых доспехов, которые он нёс с лёгкостью и непринуждённостью, ясно говорили о его невероятной силе. Зычный голос, привыкший перекрывать шум битв, слегка оглушил Робера. Он даже немного пригнулся.

– Ну?! Сын Себастьяна?! Постой, паренёк, точно; я тебя раньше видел. Здорово ты подрос за последний год! Помнишь старого Рема? – хлопнул он по плечу юношу.

Тот качнулся, удачно приложившись к дереву под сочувственным взглядом Милены. Проворчал: