Конни Мейсон

Сладостный плен (Мой раб, мой господин)

ПРОЛОГ

Колорадо, лето 1850 г.

Десятилетний Райдер Ларсон оглянулся и заметил, что его младшая сестра Эбби еле плетется позади. Мальчик остановился и отчитал ее:

– Поторапливайся, Эбби. Ты же хорошо знаешь, что говорит папа о тех, кто попусту тратит время. Нам необходимо добраться до Форта Лион засветло.

Сначала шестилетняя Эбби энергично засеменила маленькими пухлыми ножками, но неожиданно заупрямилась и уселась на камень, всем своим видом показывая, что не собирается вставать.

– Я что, уже не могу и отдохнуть немножко? – захныкала она.

Сердито посмотрев на нее, Райдер сокрушенно вздохнул, схватил девочку за руку и потянул, пытаясь поставить сестру на ноги.

– Ну, давай, Эбби. Пошли. Отдохнешь, когда дойдем до фургона. Пойми, папа очень беспокоится. Когда мы вместе с Метьюсами решили отделиться от обоза и свернуть с дороги на Орегон в другую сторону, то хозяин предупредил, что на тропу войны вышли индейцы племен кроу и сиу.

Зеб Ларсон, отец Эбби и Райдера, свернул с дороги возле Огалалы, где и объединился с Метьюсами. Семьи собирались поселиться неподалеку от Денвера. Теперь, когда до Форта Лион оставалось рукой подать, они решили отдохнуть перед последним перегоном. Зеб отправил старших детей насобирать сухих щепок для костра.

Эбби, выслушав брата, широко распахнула глаза и испуганно оглянулась. Должно быть, предупреждение брата достигло желаемого результата. Девочка встала и поплелась дальше без возражений.

Райдер нес в руке большую корзину, полную сухих щепок.

Внезапно тишина прерий была нарушена. Откуда-то из-за гребня холма выскочил отряд индейцев кроу. Громкие леденящие кровь крики разносились над равниной и эхом отдавались в горах. Дети буквально оцепенели от ужаса – разрисованные полуголые индейцы бросились к совершенно беззащитным фургонам.

– Мама! Папа! – жалобно закричала Эбби, и Райдер мгновенно опомнился. Бросив корзину, мальчик схватил сестру за руку и потащил к нагромождению огромных камней.

– Тихо! – приказал он, толкнув девочку на землю и прикрывая своим телом. Он чувствовал, как сестренка вздрагивает от страха, и попытался ради нее успокоиться.

В глубине души Райдер Ларсон понимал, что нет никакой надежды на то, что родители останутся в живых. Сердце разрывалось от горя и жалости к родителям и младшей сестренке Сиерре, которая была совсем крошкой, потому и не могла еще отходить далеко от фургона.

Ружейные выстрелы и устрашающие крики нарушили мирную тишину прерий, превратив это место в долину смерти. Сидя на корточках за камнями, Райдер закрыл глаза и заткнул уши, чтобы не видеть и не слышать ничего. Возле фургонов свершалось что-то ужасное. Теперь он должен придумать что-то и спасти жизнь младшей сестры.

Внезапно наступили тишина. Мальчик поднял голову, и кровь застыла у него в венах. Фургон Метьюсов был охвачен ярким пламенем. Практически от него остался только металлический остов. Фургон Ларсонов был перевернут, все содержимое валялось на земле, но пока еще не горело. Индейцы радостно танцевали вокруг пылающего фургона, они размахивали копьями и потрясали в воздухе ружьями. Тела переселенцев лежали неподалеку от фургонов.

Оказалось, что убиты и несколько налетчиков. Инстинкт подсказывал мальчику, что мать и отец, конечно, мертвы, как и Сиерра, и Метьюсы.

Вдруг один из разрисованных воинов побежал к уцелевшему фургону, размахивая горящей головешкой. Райдер снова зажмурился. Он не хотел смотреть, как дикарь уничтожает то единственное, что они считали своим домом. Теперь он окончательно понял и осознал, что они с Эбби остались единственными родными людьми в этом мире. Все, кого он любил, кто был ему дорог – умерли.

Если бы Райдер сразу открыл глаза, то был бы ошарашен не на шутку, вероятно, не в последний раз. Из-за ближайшего холма появился отряд чейенов – смертельных врагов кроу. Как только налетчики заметили своих противников, они сразу же бросились бежать. Индейцев кроу было вдвое больше, чем чейенов, но несмотря на это, они быстро развернули лошадей, прихватили с собой все, что можно унести и скрылись из виду, даже не успев поджечь фургон Ларсонов.

Ужасные боевые крики и заставили мальчика обратить внимание на происходящее. Он изумленно и растерянно смотрел, как налетчики скрылись за холмами, угнав украденных лошадей. За ними по пятам мчался другой отряд индейцев. Райдер не понимал, что все это означает, но в одном он был уверен – родителей и трехлетнюю Сиерру уже не спасти.

Райдер медленно поднялся на ноги. Он был совершенно сбит с толку страшными событиями. Только что он и Эбби остались сиротами. Эбби растерянно топталась рядом с ним, она тоже ничего не понимала. Из ее ясных серых глаз катились крупные слезы. Дети слишком поздно поняли свою ошибку. Один из чейенов заметил их и что-то крикнул. Несколько человек отделились от отряда и направили низкорослых лошадей к валуну, за которым прятались дети.

– Беги, Эбби, беги! – закричал Райдер, отчаянно отталкивая от себя девочку. Но Эбби оцепенела от ужаса и крепко вцепилась в руку брата.

Индейцы подъехали к детям. Один воин легко подхватил девочку и посадил ее перед собой на лошадь. Второй воин подхватил Райдера. И как мальчик отчаянно ни сопротивлялся, он легко справился с ним. Потом отряд разделился, часть чейенов отправились преследовать кроу, несколько человек с детьми вернулись в лагерь.

Позади остались фургоны. Один сгорел дотла, второй лежал на боку. Среди тел четырех эмигрантов лежали тела мертвых кроу.

Ларсоны были так близки к цели, всего несколько часов пути отделяли их от Форта Лион.

ГЛАВА 1

Сентябрь, 1864 г.

Дождевая Слезинка бесстрастно смотрела на раненого солдата, лежащего на земле. Хотя она и не присоединилась к другим женщинам, которые плевали и насмехались над умирающим человеком, девушка ненавидела белых также, как и ее друзья.

– Он слишком красив для бледнолицего, не так ли, Дождевая Слезинка?

Девушка недоумевающе взглянула на подругу Летнюю Луну, а потом опять посмотрела на солдата, которого только что приволокли в лагерь, привязав позади лошадей, принадлежащих ее отцу Белому, вождю небольшого племени чейенов. Плотно облегающий фигуру пленника голубой мундир, насквозь пропитался алой кровью, сочившейся из многочисленных ран, оставленных копьями и стрелами чейенов. Одна из этих стрел все еще торчала в бедре солдата.

– Все белые мужчины – уроды, – не очень-то уверенно заявила Дождевая Слезинка. В действительности же, несмотря на плачевное состояние, молодой человек показался ей довольно-таки привлекательным.

Густые темно-желтые волосы напоминали цвет травы прерий в конце лета. Такой бывает трава перед тем, как мороз сделает ее коричневой. Грудь и плечи пленника были широкими и сильными, почти такими же, как у ее брата Быстрого Ветра. Оценивающе взглянув на распластавшегося по земле мужчину, девушка решила, что тот довольно высок ростом. Чувствовалось, как под разорванной формой непроизвольно напрягались мускулы, реагируя на боль.

– Твой отец сообщил, что этот солдат из Форта Лион. Только он один уцелел из патруля, когда воины защитников атаковали их сегодня, – объяснила Летняя Луна. – Сегодня ночью он будет желать только одного – умереть как можно скорее и присоединиться к остальным.

Дождевая Слезинка вздрогнула. Она знала, что произойдет сегодня ночью с этим беспомощным белым человеком. Ей исполнилось двадцать лет и такое она уже видела много раз. Сегодня ночью будет большой праздник с танцами вокруг костра и болтовней о подвигах воинов-защитников. Соберутся все члены племени. Молодые мужчины станут танцевать и пировать, а женщины присоединятся к торжествующим мужчинам, когда те примутся мучить пленника, как можно дольше оставляя его живым. Кульминацией вечера станет смерть солдата, но как долго ему придется ждать ее.

Так повелось с тех пор, как белый человек заставил чейенов, сиу и арапахо покинуть земли, на которых они чувствовали себя хозяевами. До прихода бледнолицых чейены были религиозным, мудрым и веселым народом. Сейчас они сражались, чтобы выжить. Племя чейенов тоже вышло на тропу войны, несмотря на то, что Черный Котел изо всех сил старался установить мир между индейцами и белыми.

Дождевая Слезинка на собственной судьбе ощутила все, что произошло с ее народом, когда тот отказался покинуть территории, принадлежащие ему по договорам. В 1857 году кавалерия загнала индейцев в Соломон Форк в Западном Канзасе, силой оружия и с помощью штыков отрезав им путь к отступлению. Невинные женщины и дети были убиты. Дождевую Слезинку ранили, когда она пыталась спасти свою мать Серую Горлицу. Мать девушки погибла во время той страшной бойни. В то время девочке было только тринадцать лет и смерть матери оказалась невосполнимой утратой. Девушка была благодарна Великому Духу за то, что отец, брат и бабушка уцелели.

Внезапно Летняя Луна схватила ее за руку и потащила за собой.

– Пошли, Дождевая Слезинка, я хочу вместе со всеми женщинами помучить солдата.

По пути Летняя Луна подобрала палку с заостренным концом. Дождевая Слезинка попыталась вырвать руку, в серых выразительных глазах появилось беспокойство. Хотя за последние годы девушка повидала много ужасного, она не могла радоваться издевкам над раненым. Летняя Луна заметила, что ее подруга не хочет идти с ней и грубовато усмехнулась.

– Вспомни о том, как он и ему подобные зверствуют, расправляясь с нашими людьми. У тебя слишком нежное сердце.

Волоча за собой Дождевую Слезинку, Летняя Луна пробралась поближе к пленнику и ткнула острым концом палки ему в ребра, удовлетворенно улыбаясь. Поразвлекавшись таким образом, она сунула палку подруге в руку и приказала:

– Теперь твоя очередь.

Мужчина оказался не в забытьи, как надеялась Дождевая Слезинка, он открыл глаза и попытался увернуться от нового удара.