Она чувствовала себя восхитительно обессилевшей, когда Лукас проговорил:

– Я хочу, чтобы мы легли в постель. Сейчас.

Услышав его низкий хрипловатый голос, Рори вспомнила, что ничего еще не окончено, их тела еще не соединились. Паря на волнах томительной неги, она обвила руками шею Лукаса и вдохнула его чудесный запах.

А он откинул покрывала и уложил ее на подушки. За окном по-прежнему сверкали молнии, и Рори казалось, что их блеск отражался в его глазах. Он склонился над ней и коснулся легким поцелуем ее губ.

– Довольна?

– О, Лукас, я и не знала, что бывает такое удовольствие.

– Будет еще лучше, дорогая, обещаю.

Стоя рядом с кроватью, он снял брюки и отбросил их в сторону. Рори смотрела на него во все глаза и никак не могла насмотреться. Она впервые видела полностью обнаженного мужчину. При тусклом свете камина его мужское орудие казалось очень большим, а сложен он был безупречно – словно греческое божество.

Матрас просел под его весом, когда он лег с ней рядом. И Рори сразу же почувствовала жар его тела. И еще она ощущала тяжесть его фаллоса, лежавшего на ее бедре. Но Лукас не спешил – он снова обнял ее и прошептал:

– Прежде чем мы продолжим, Рори, я хочу тебе кое-что сказать. – Он сделал короткую паузу и продолжил: – Ты должна знать, что я люблю тебя.

– Ах! – невольно воскликнула Рори. Она-то считала, что физическое удовлетворение, которое Лукас ей доставил, было сущим блаженством. Как же она ошибалась! Только теперь радость овладела ею целиком, наполнила ее до краев, и это чувство оказалось столь сильным, что к глазам подступили слезы.

Обхватив ладонями лицо любимого, она проговорила:

– О, Лукас, а я люблю тебя, люблю всем сердцем.

Из груди маркиза вырвался тяжелый вздох.

– По крайней мере, сегодня ночью ты моя, – пробормотал он. – Вся моя…

– Да, Лукас, да…

Их губы слились воедино, и Рори тотчас же почувствовала, как жарко забурлила ее кровь. «Вот, значит, каков поцелуй любящего мужчины, – невольно подумалось ей. – Два человека, мужчина и женщина, создали рай на земле…» И безумно хотелось всю себя отдать любимому, хотелось принять его в себя. Этот мужчина был слишком честен и не обещал ей то, чего не мог дать. Увы, они не могли всегда быть вместе, поэтому она во что бы то ни стало решила насладиться каждой секундой того счастья, что выпало ей этой ночью.

Руки любимого ласкали все ее тело, и Рори, следуя его примеру, принялась ощупывать и поглаживать грудь и спину Лукаса, плечи и бедра… Она прижалась губами к его горлу, в том месте, где трепетала синяя жилка. Его кожа была чуть солоноватой на вкус, и, как всегда, от него пахло хвоей. Рори знала, что отныне этот запах неизменно будет вызывать в ее памяти воспоминания о любимом человеке. И еще – страстное желание.

А Лукас по-прежнему ласкал ее и ласкал, и в ней опять начало нарастать восхитительное напряжение – все ее существо вновь стремилось к вершинам наслаждения. Только на этот раз ей хотелось вознестись к ним вместе с Лукасом. Внезапно он навис над ней – и замер. «А ведь мы созданы друг для друга», – промелькнуло у нее. И в тот же миг Рори раздвинула ноги, готовая принять его в себя.

– Прошу тебя, Лукас, – прошептала она, – люби меня…

– Я люблю тебя. И буду любить всегда, – прошептал он в ответ.

В следующее мгновение он вошел в нее, и в какой-то момент она ощутила резкую боль, но боль эта почти тотчас же исчезла. А Лукас вдруг замер, тяжело дыша. Потом заглянул ей в глаза.

– Боже мой, – пробормотал он, – ты девственница. А я-то думал…

– Ты думал то же, что думали все, – ответила Рори. – Но теперь ты убедился, что люди ошибались. – Она шевельнула бедрами и с улыбкой добавила: – Знаешь, а мне нравится. Очень нравится.

– Рори, я… Я так долго об этом мечтал.

И Лукас принялся целовать ее. Рори же подумала: «Так долго? Интересно, что он имел в виду?» И действительно, ведь они, по сути, познакомились только на этой неделе. Хотя, с другой стороны… В этот момент ей казалось, что она знала Лукаса всю жизнь.

А потом все мысли покинули ее – остались только чувства. Когда Лукас целовал ее и ласкал, она чувствовала дрожь его тела – словно он из последних сил сдерживался. Только она не желала сдержанности! Она хотела полной свободы, ничем не ограниченной страсти. Ей хотелось пройти весь путь до конца – куда бы он ни привел. Прижавшись к любимому, Рори стала двигать бедрами, побуждая его к действию.

Громко застонав, Лукас стал медленно двигаться, и Рори почти сразу же ощутила, как в ее теле снова начало накапливаться напряжение.

Целуя и лаская друг друга, они двигались все быстрее, и Рори казалось, что все ее существо сосредоточилось в том месте, где соединялись их тела. Дыхание же все учащалось – с каждой секундой. А когда напряжение достигло предела, Рори замерла на мгновение, почувствовав, что в теле ее словно разразилась буря или, может быть… шторм, землетрясение, наводнение, потоп – назвать это можно как угодно, поскольку словами невозможно было передать и малой толики тех ощущений, которые она испытывала.

Лукас тоже на мгновение замер, потом выкрикнул ее имя, и она почувствовала конвульсии его мужского естества. Затем он тяжело опустился на нее и затих в полном изнеможении.

А Рори как будто парила в сонной неге. И было удивительно приятно ощущать на себе тяжесть мужского тела. Она прислушалась к шуму дождя за окном – и вдруг поняла, что отныне и впредь будет нежно любить непогоду. Ведь если бы над ними не разверзлись хляби небесные, она никогда бы не почувствовала себя по-настоящему счастливой. Если бы не ливень, не было бы этой восхитительной ночи.

«Так вот, значит, что такое любовь», – думала Рори. Но как же она сможет жить без любимого?

* * *

«Но как дальше жить без нее?» – думал Лукас, медленно приходя в себя. К нему постепенно возвращалась способность мыслить, и он уже возвращался в холодную реальность – да-да, возвращался, хотя и старался выбросить ее из головы. Что ж, завтра он подумает о долге, он привык брать на себя ответственность, не уклонится от нее и на сей раз, но сейчас… Сейчас он будет наслаждаться моментом…

Рори, нежная и теплая, лежала с ним рядом, и он мог сполна насладиться красотой ее великолепного обнаженного тела. Ее чернильно-черные пряди рассыпались по подушке, прилипли к покрытому потом лбу. Ее глаза были закрыты, а губы чуть припухли от поцелуев. От его поцелуев… Сердце Лукаса болезненно сжалось. Ведь он, оказывается, был ее единственным мужчиной. Наверное, это не должно было иметь значения, – но почему-то имело. И она его любила.

Услышав ее признание, он был потрясен до глубины души. Видит бог, он надеялся, что для нее все это – всего лишь временное увлечение, но оказалось… Сам-то он понимал, что влюбился по уши, но одна только мысль о том, что он причинит Рори сердечную боль, приводила его в отчаяние.

Было удивительно приятно чувствовать под собой нежное женское тело, но Лукас все же не хотел ее раздавить. Поэтому он сменил позицию – лег рядом, повернувшись к Рори лицом. Она протестующе пискнула и открыла глаза. Они были огромными и полными света, особенно сейчас, когда она улыбалась.

– Значит, ты настоящий, – сонно пробормотала Рори. – А я боялась, что все это – всего лишь чудесный сон. – Она провела пальцем по его губам. Лукас поймал ее пальчик губами и легонько прикусил его.

– Если это сон, то мы спали оба.

– Что ты имел в виду, когда сказал, что долго мечтал об этом? – задала Рори мучивший ее вопрос.

– Дорогая, я влюбился в тебя еще тогда, когда впервые увидел на прогулке в Гайд-парке. Ты весело смеялась, наслаждаясь вниманием поклонников. Я был одержим тобой, как и они, даже больше…

Рори приподнялась и села на постели. Черные волосы упали на ее обнаженные груди и прикрыли их.

– Но… это же было восемь лет назад, – пробормотала она.

Лукас грустно усмехнулся.

– Совершенно верно.

– Ох, я и подумать не могла… Ты ведь всегда хмурился, глядя на меня. А когда один-единственный раз пригласил на танец, то не произнес ни слова, хотя я пыталась начать разговор с тобой на самые разные темы – от погоды до последних слухов.

Лукас отлично помнил ее попытки пробиться сквозь глухую стену, которой он себя окружил. Но очень старался соблюдать приличия, поэтому не считал для себя возможным ухаживать за такой раскованной девушкой.

– Я не красноречив, – пробормотал он.

– Но сегодня ты не испытывал с этим затруднений. – Ее лицо стало задумчивым и немного грустным. – Ты сказал, что я красива… И еще многое другое говорил. Ты действительно думаешь, что я красивая?

– Да, конечно.

Рори немного помолчала.

– Но ведь мне уже двадцать шесть. И я старая дева.

– А мне тридцать два. Ты считаешь меня древним стариком?

– Мужчину возраст украшает, он становится известным, заслуженным, а незамужняя леди считается старой девой уже в двадцать один год.

При упоминании о браке их взгляды встретились, и Лукасу почудилось, что он прочел упрек в глазах Рори. Но будущее не должно было вторгаться в эту ночь. Пытаясь отвлечь Рори, Лукас сказал:

– Если ты собираешься написать очередной очерк, тебе следует сменить псевдоним.

– Почему тебе не нравится мисс Селлани? – удивилась она.

– Это имя… слишком невыразительное. Мне больше нравится мисс Совершенство.

Рори хихикнула, и разговор сменился веселой возней в постели. Лукас никогда еще не чувствовал себя таким счастливым. Он ласкал и целовал любимую женщину, не думая больше ни о чем. А она все время прижималась к нему. В какой-то момент он почувствовал, что желание снова вспыхнуло, и Рори тотчас же откликнулась на его призыв.

И Лукас вновь любил свою женщину, на сей раз – медленно и основательно, расчетливо подводя ее к пику наслаждения. Этой ночью главным было удовольствие и плотское наслаждение. И Лукас не видел ничего достойного осуждения в том, что он занимался любовью с женщиной, которую любил, которая владела его сердцем. С Рори все было правильно. Совершенно. Взаимная любовь связала их навсегда.