«"Воспользуйся этим, если нужно". Господи, Алси, неразумная, упрямая женщина, – думал Думитру. – Что бы я без тебя делал?»


Пока шли приготовления к торжественному приему, и султан, и Алси оставались в тронном зале. Музыканты, сидевшие за занавесом на возвышении, заиграли нежную колдовскую мелодию, а султан беседовал с многочисленными сановниками, торопливо входившими в маленькую боковую дверь и столь же поспешно исчезавшими за ней. У Алси сложилось впечатление, что султан не доверял ей и поэтому не терял ее из виду.

«У него есть причины не доверять мне, пока он держит в тюрьме моего мужа», – горько думала она, стараясь держать на лице спокойное выражение. Она стояла под одной из многочисленных арок, пока слуги поспешно вносили разнообразную мебель. Что, по мнению султана, Алси могла сделать, это другой вопрос.

Сегодня красота и быстрый ум были единственным оружием Алси, и никогда прежде она не чувствовала себя так слабо вооруженной. Она была потрясающей женщиной для европейской аудитории, поскольку там мужчины достаточно умны, чтобы поступать прилично, и дерзки, чтобы совершать экстравагантные и романтичные поступки ради нежной улыбки, пары прекрасных глаз и сказочной истории, которую будут пересказывать до конца своих дней. А здесь…

«История, – подумала Алси. – Я должна сотворить историю». Сегодня не до пустяковых разговоров, не до пустых слов, облеченных в красивую форму. Никогда прежде ока не ослепляла мужчин, но призналась себе, что никогда этого и не хотела.

Слуги расставили мебель так, что зал разделился на столовую и гостиную. Восточные диваны и низкие столики перемежались с чиппендейловскими стульями и столами в стиле шератон. От этого соседства обстановка казалась еще более экзотической. Обеденный гарнитур успокаивал своими привычными очертаниями, поскольку Алси опасалась, что придется есть, распростершись на ковре в платье с затянутым корсетом, и понятия не имела, как сделать это грациозно.

Слуги закончили свою работу, и в ту же секунду зазвучал какой-то инструмент – колокол? гонг? – прервав чудесную мелодию невидимого оркестра. Стражники распахнули высокие двустворчатые двери.

– Адмирал лорд Бантинг и леди Бантинг, – провозгласил тот же голос, что объявлял о появлении Алси. – Месье Франсуа Ру. Достопочтенный Роберт Бойд. Сэр Эдуард Каннингем.

Потом последовало долгое перечисление титулов султана, во время которого европейцы приближались к помосту.

Когда цветистый перечень подошел к концу, каждый из гостей с поклоном произнес несколько слов, выражая уважение хозяину. Алси не слышала, что говорили гости, но султан их не задерживал, и вскоре они появились в импровизированной гостиной. Движения гостей под пристальным взглядом султана были несколько скованными.

Леди Бантинг, высокая женщина средних лет, двинулась к Алси, как корабль под парусами.

– Это вы, графиня! – сказала она. – Какое ужасное путешествие вы совершили, дорогая!

Леди Бантинг говорила, медленно растягивая слова, Алси про себя всегда называла это причудой представителей высшего класса, которые в основном были веселыми и радушными людьми, разводили охотничьих собак и лошадей и никогда не пропускали охоты на лис. Услышать после долгого перерыва подлинную английскую речь было настоящим потрясением. Хотя прежде Алси всегда побаивалась таких знакомств, поскольку не интересовалась провинциальной жизнью, сейчас она едва не ослабела от радости.

– Это действительно так, мадам, – ответила Алси, стараясь соблюсти должный баланс между стоицизмом и деликатностью. – Благодарю вас за вашу заботу.

Женщина сердечно рассмеялась и взяла руку Алси в свои ладони.

– Я мадам только для моряков и слуг. Я не привыкла представляться сама, но вдали от дома мы часто оказываемся в таких странных ситуациях, что не до этикета, правда? Я леди Бантинг, и, поскольку мы теперь официально знакомы, я представлю вас остальным.

Не успела Алси согласиться, как леди Бантинг, взяв ее под руку, подвела к крепкому мужчине с седеющей бородой, в военной форме, которого глашатай назвал адмиралом.

– Графиня фон Северинор, позвольте представить вам моего мужа, адмирала лорда Бантинга, – сказала леди Бантинг, и седовласый мужчина скованно поклонился, вероятно, из-за артрита или подагры, а не от неловкости, решила Алси.

– Рада познакомиться с вами, – сказала она, глубоко кланяясь его возрасту и рангу.

Если бы адмирал был романтиком, как часто случается с аристократами и военными, то был бы для нее подходящей целью. Но высокое положение лорда Бантинга делало его осторожным и осмотрительным, поскольку любая оплошность могла спровоцировать международный инцидент и привести к непредсказуемым последствиям. Значит, не он.

Леди Бантинг подвела Алси к причудливо одетому мистеру Ру. У него был такой вил, будто он в одном костюме собрал самые вычурные детали турецкой одежды.

– Франсуа Ру, знаменитый поэт, – словно извиняясь, сказала жена адмирала.

– Прелестна, – чуть приподняв тяжелые веки, сказал он с напускной томностью на лице.

Алси ответила улыбкой и пробормотала по-французски подобающую фразу. И не этот. Несмотря на экзотический наряд, поэт – натура скорее чувствительная и артистичная, чем авантюрная.

Леди Бантинг вела Алси дальше.

– Сэр Эдуард Каннингем, известный археолог, он недавно вернулся из Святой земли.

Красивый мужчина ответил поклоном и вежливой фразой. Его лицо было покрыто загаром от солнца чужеземных пустынь. Алси разглядела старый тонкий шрам, белой нитью исчезавший за тугим высоким воротником. Значит, искатель приключений и не боится опасности. Сэр Каннингем поклонился. Его приятные ореховые глаза поблескивали уважительным интересом и искренним восхищением, свеженафабренные усы дрогнули от улыбки. Алси улыбнулась в ответ, надеясь, что в ее улыбке к удовольствию от знакомства примешивается затаенное благородное горе. Горе было неподдельным, к нему добавлялся ужас, но для того, чтобы изобразить благородную отстраненность, потребовались усилия. Что сейчас происходит с Думитру? Он может быть где угодно, даже под этим залом, буквально у нее под ногами…

Алси почувствовала, как дрогнули ее губы, и, собравшись с силами, улыбнулась, когда сэр Эдуард пристальнее взглянул на нее. Но не успел он и слова сказать, как леди Бантинг представила Алси последнего гостя, мистера Бойда, богатого британца, на этот раз простого путешественника, который весело признался, что его странствия не оправдать ни музами, ни наукой. Алси мягко улыбнулась его шутке, но поняла, что он не склонен впутываться в интриги против могущественного владыки в его собственном дворце.

Сначала Алси просто прислушивалась к скованным разговорам европейцев, пока султан наблюдал за происходящим, а оркестр по-прежнему тихо играл за занавесом. Она никогда в жизни не участвовала в интригах, даже не делала попыток, но Думитру в отчаянном положении, и ей сначала нужно немного узнать людей и выбрать человека, которого необходимо убедить помочь.

Алси выяснила, что сэр Эдуард и мистер Бойд гостят у четы Бантингов, которые сняли в Стамбуле дом. Алси поняла, что визит адмирала в Стамбул был полуофициальным, поскольку жена приехала вместе с ним, и вместе с тем политическим, так как лорд Бантинг не один вечер провел с султаном и британским послом.

Она становится политиком… Эта мысль все еще была чуждой ей, но Алси все подмечала и раскладывала по полочкам. Адмирал и его жена узнали, что здесь их соотечественница, и пожелали отобедать с ней не из-за минутного порыва или патриотизма, но потому что официально объявляли свою – британскую – осведомленность о гостье и брали ее под покровительство Британии. Но каковы их планы? Как много можно им сказать? Алси сомневалась, что могущество и милосердие Бантингов распространяются на какого-то румынского графа. Она понимала, что безопасность Думитру зависит от нее одной, но не знала, по плечу ли ей это бремя.

Алси вскользь посмотрела на султана и вдруг увидела его в совершенно ином свете: самодержавный властитель огромной империи, обладающий невероятной властью, но скованный по рукам и ногам слабеющим влиянием за рубежом и коррупцией и мятежами внутри страны. Неудивительно, что он хочет сделать Думитру назиданием для тех, кто подрывает сомнительную стабильность в громадной державе.

– Я не раз пыталась уговорить живущих в гареме женщин присоединиться к нам, когда на приемах в европейском стиле присутствует султан, – беспечно сказала леди Бантинг, ненадолго отвлекая Алси от размышлений, – но не могла убедить их, что такие обеды у нас обычное дело. Дамы остались при своем мнении, что это чрезвычайно скандальное мероприятие. В результате наш кружок получился довольно однообразным, в нем царит сугубо мужская атмосфера. Какая радость, что в нем появилась еще одна женщина!

– Особенно такая обворожительная, – весело и простодушно сказал мистер Бойд. – Леди Бантинг рассказывала о тяжелых испытаниях, которые вам пришлось пережить. Я подкупил местных слуг, чтобы они пересказывали мне дворцовые сплетни, и мне сообщили, что вас захватили в плен бандиты. Как я вам завидую! Я бы с радостью попал в плен к бандитам. Нет, я бы с удовольствием об этом рассказывал, из этого можно сделать отличную историю.

Судя потому, как нахмурилась леди Бантинг, она действительно говорила о приключениях Алси, но подразумевалось, что никто не станет напоминать об этом несчастной пленнице. Как она могла хоть на мгновение забыть об этом, когда ее муж в такой опасности?

– Не может быть, юный Роберт, – пророкотал адмирал, и у мистера Бойда от его тона покраснели уши. – Не сомневаюсь, для бедняжки это были горестные переживания. – Несмотря на предостережение лорда Бантинга, по огонькам в его глазах Алси поняла, что ему, как и молодому путешественнику, тоже не терпится услышать ее рассказ, хоть адмирал и действует более тактично.

– Если для вас это не слишком тяжело, я бы тоже хотел услышать вашу историю.