Он с остервенением одним ударом отсек шмат от бифштекса и моментально, почти не жуя, его проглотил.

– А Вовчик у нас молодец, пробивной, – ответил режиссер. – Горжусь тем, что он мой актер и будущий зять!

– А я – старый дурак, – ударился в самокритику дядюшка. – Видел же, что он – моя кровь, что характер у него – кремень, и что? Пытался сбить его с пути, подкупить, запугать, обмануть… кто я после этого? – Он посмотрел на режиссера и добавил: – Когда я начинал кроликов разводить, надо мной тоже все смеялись, а теперь в моих мехах ходит половина мирового бомонда, а «зеленые» внесли меня в список самых опасных людей на Земле…

– Простите, я отлучусь, – внезапно сказал Брюковкин. – Срочное дело. Но мы к этому разговору еще вернемся.

– Можете начинать собирать группу для нового фильма, – махнул рукой Василий Спиридонович. – Но чтобы меня самого играл только мой Владимир.

– И не сомневайтесь, – заверил его Лев Львович. – Где я еще найду такого Волка?


– Тихо! – Волк остановил Красную Шапочку на выходе из ресторана и прислушался, а затем, приложив палец к губам, поманил ее за собой. Девушка, ничего не понимая, последовала за ним. Они прошли вдоль фасада до угла, и тут Оленька услышала приглушенные голоса. Волк осторожненько заглянул за угол, а затем жестом предложил Красной Шапочке сделать то же.

На парковке, точнее, в той ее части, которая располагалась за углом здания, у серебристой режиссерской машины стояли Лев Львович и матушка и о чем-то возбужденно переговаривались, тихо, но на повышенных тонах.

А затем Брюковкин обнял матушку. Та сперва попыталась было его оттолкнуть, но затем внезапно уткнулась лицом в режиссерский свитер, и диалог продолжился, но тон его изменился и стал напоминать скорее воркование голубей, чем ссору.

Волк дернул Красную Шапочку за рукав:

– Не будем им мешать. Пусть воркуют.

Девушка кивнула и позволила увести себя, а затем – и увезти домой на «Герре Хуане».

* * *

Через несколько дней Волк и Красная Шапочка собирались в ЗАГС. В то утро к ним заехал Феликс Иосифович на своем четырехколесном раритете. Мужчина был одет в классический костюм-тройку, а его штиблеты сияли так, что, глядя в них, можно было бриться. Узнав, куда собралась молодежь, он заявил:

– А нам по пути. Давайте мы вас подвезем?

Красная Шапочка стала было отказываться, но хитрый Волк почему-то сразу согласился. Вероятно, он оказался в курсе планов парочки с «Титаника», потому не удивился ни этому предложению, ни жениховскому виду Феликса, ни тому, какой необычайно красивой вышла к ним Мария Ивановна. Красная Шапочка удивилась, восхитилась… и абсолютно ничего не поняла.

– Ба, это ты в честь нашей свадьбы так приоделась, что ли? – уточнила она.

– В честь свадьбы, ага, – рассеянно ответила бабушка, пока они спускались в лифте. В машине бабушку ждал еще один букет из алых чайных роз.

– Ты всю пенсию мне на цветы спустишь, негодник, – с поддельным гневом сказала Феликсу довольная Мария Ивановна.

– А что мне с деньгами делать, в банки, что ли, закатывать? – отшутился тот.

Волку стало стыдно, и он попросил Феликса Иосифовича остановиться у цветочной палатки. Так что вскоре Красная Шапочка тоже могла похвастаться не менее красивым букетом.

В ЗАГСе молодых ждал сюрприз. После подачи заявлений Феликс Иосифович тоном Мюллера попросил собравшихся задержаться. А затем из зала церемоний показалась девушка – секретарь, и Красная Шапочка с удивлением поняла, что та приглашает бабушку с Феликсом Иосифовичем.

Но удивляться было особо некогда, и вскоре, как говорят в Одессе, в темпе бикицер[15], «молодые» (один из которых видел Великую войну, пусть и из колыбельки) обменялись кольцами, клятвами и полными счастья взглядами, а Волк с Красной Шапочкой засвидетельствовали их союз.

– Бабуля, – поразилась Красная Шапочка. – А как же мама?

– Твоя матушка все знает, – успокоила внучку Мария Ивановна. – Но Лев Львович срочно увез Алину к себе на дачу, выпрашивает согласие выйти за него замуж.

– Ну, вы все даете! Вот это женщины в моей семье!

– Да, дети мои, теперь мы с Феликсом семья, – сказала Мария Ивановна, когда они вышли из ЗАГСа, – а вечером мы уедем в наш пансионат, там и сыграем свадьбу. Нас там ждут друзья, да и вам же хочется побыть наедине, правда?

– Но ба… – разочарованно протянула Красная Шапочка. – Разве ты не будешь на нашей с Волком свадьбе?

– Милая, ваша с Волком свадьба только в ноябре, – довольно улыбалась бабушка, – и, конечно, мы с Феликсом не пропустим это мероприятие. Но пока мы тоже хотим побыть наедине, на природе. Гулять по осеннему лесу, собирать грибы, любоваться по вечерам звездным небом, сидя за кружкой чая во дворе с нашими друзьями, – разве что-то еще нужно для тихого семейного счастья?

* * *

Видит Бог, хотелось бы побыть с героями подольше, но вынужден соблюдать канон сказки, а он гласит, что все должно заканчиваться свадьбой. Дальше «жили они долго и счастливо». В реальной жизни со свадьбы настоящие приключения только начинаются, и, честно говоря, тому, кто придумал так заканчивать сказки, надо было бы, по-хорошему, повыдергивать усы.

Но канон есть канон, и наше повествование подошло к концу. Герои обвенчались в ноябре (как известно, осенью бум свадеб, и очередь в ЗАГСе растянулась на два месяца). За эти два месяца произошло очень многое. Во-первых, сериал «Красная Шапочка Live» вышел на телевидении, на Втором канале, и в одно прекрасное утро наша парочка, а с нею и бабушка, проснулись знаменитыми.

Фильм удался на славу, что нередко бывает с лентами, при съемке которых экономят каждую копейку (достаточно вспомнить те же «Звездные войны» или «Кошмар на улице Вязов»). И зрители, и критики приняли его на ура, кинофорумы обсуждали особенности режиссерской композиции и, конечно, потрясающую игру актеров.

В Интернете появилось множество мемов, а один из них, где Красная Шапочка стояла с ружьем наперевес, завоевал почти такую же популярность, как знаменитый плакат со Сильверстом Сталлоне.


Вот настал конец этой сказке.