Мне нужно сжечь этот адреналин и гнев, иначе я точно убью ее на следующих съемках.

Вредная, раздражающая дрянь!

Встряхиваю головой, убирая мокрые пряди со лба и подхватив с подоконника полотенце, направляюсь к двери. На сегодня я закончил. Но скоро вновь вернусь сюда. Только боксирование порой не позволяет мне свихнуться.

Быстро принимаю душ, одеваюсь и выхожу из квартиры. Я собираюсь навестить друга с просьбой об услуге. Знаю, что он сможет мне помочь.


***

— Пива? – Я поднимаю упаковку Гиннеса вместо приветствия, когда Эл открывает дверь на мой звонок.

— Заходи. – Он кивает и отступает, держа в одной руке раскрытый МакБук.

— Какого хрена ты таскаешь с собой Мак? – хмыкаю я, проходя в квартиру и направляясь в одну из гостиных, где мы обычно проводим время.

— Вообще-то, ты обломил мне горячий секс в Скайпе с моей женой, - самодовольно усмехается друг. – Здесь Грейс, но она в таком виде, что если ты ее увидишь, мне придется убить тебя.

Я слышу короткий смешок Грейс и качаю головой – эти двое нашли друг друга.

— Ладно, малыш, я тебя позже наберу, — обращается к экрану Эл, а я падаю в кресло и закидываю ноги на стеклянный столик. – Джейс притащил пиво и видимо хочет устроить слезливые разговоры.

— Заткнись! – Я швыряю диванной подушкой в Адама, но при этом смеюсь.

— Я люблю тебя, — раздается приглушенный голос Грейс, и рот Эла растягивается в широкую, довольную улыбку. Я наблюдаю за ним с неподдельным любопытством и изумлением – он по-прежнему удивляет меня. Даже спустя пять месяцев после их свадьбы я не могу поверить, что они все же это сделали.

— Люблю тебя, детка.

Наконец-то они прощаются, и Эл закрывает Мак. Потом смотрит на меня и предупреждающе приподнимает брови:

— Молчи. Чтобы ты не хотел там сказать.

— Что? – Я изображаю возмущение и смеюсь. – Почему ты решил, что у меня на уме какая-нибудь гадость?

— Потому что я тебя знаю, - в свою очередь смеется Эл, и падает рядом со мной на диван. Я протягиваю ему бутылку Гиннеса.

— На самом деле я думаю, это здорово, приятель. – Отпиваю глоток из бутылки и обвожу ею комнату. – Вы с Грейс, и то, что есть между вами. Я рад за тебя.

Я серьезно смотрю на Адама, и чуть помедлив, он кивает.

— Спасибо. Ты же знаешь, что все это для меня значит.

Теперь уже я киваю, понимая, о чем он. В жизни моего друга было много дерьма, и были моменты, когда я серьезно опасался за него. Но с тех пор, как они с Грейс поженились, у них все вроде стало налаживаться.

— Кстати, где она?

— В Сиэтле, - Эл испускает длинный выдох, проводя ладонями по лицу. – Очередная долбанная командировка. Я ее уже четыре дня не видел. – Он страдальчески усмехается. – У меня башню рвет, когда я так долго не вижу свою девочку.

Я хлопаю друга по плечу.

— Прости, что испортил вам интернет-трах.

Адам фыркает от смеха, закашлявшись.

— Ну, знаешь, когда вы оба часто в разъездах, приходится быть изобретательными, - он играет бровями, самодовольно глядя на меня.

— Могу себе представить, - хмыкаю я и допиваю первую бутылку.

— Ладно, что у тебя там случилось?

— С чего ты взял, что у меня что-то случилось?

— Ты шатаешь своей ногой с тех пор, как сел. – Он указывает глазами на мои ноги, закинутые на стол. – Серьезно, прекрати это.

— Начинает раздражать? – Я чешу подбородок, оттягивая разговор. Не знаю, стоит ли вообще говорить о том, в чем я сам не уверен.

Эл жмет плечами:

— Продолжает раздражать. Давай, выкладывай.

— Ладно. – Я глубоко вздыхаю и поддаюсь вперед. – Есть одна проблема. Возможно, я просто слишком подозрительный, но…

И я выкладываю ему все, что произошло сегодня на съемках, признаваясь в непонятной тревоге по поводу Блисс.

— Блисс Винтер, говоришь, - задумчиво тянет Эл, когда я замолкаю.

— Знаешь ее?

— Не так, как ты подумал, - опровергает мой невысказанный вопрос он. – Ты же знаешь, она не в моем вкусе.

— Не помню, чтобы для тебя когда-то была проблема трахать эффектных блондинок, - сухо роняю я, прикладываясь к бутылке.

— Да, согласен, и все же, тебе ли не знать мои вкусы, - разводит руками друг. – Но вернемся к Винтер. Она та еще штучка. И когда я так говорю, то имею в виду, что тебе лучше держать эту малышку на длинной дистанции.

— Эл, хватит темнить! – раздражаюсь я. – Что тебе известно?

— Не так много, кроме того, что она трахается с сенатором Пекстоном.

Мои глаза удивленно округляются, и я присвистываю.

— С Нилом Пекстоном? Этим смазливым благопристойным семьянином-республиканцем?

Адам кивает.

— Этой крошке он известен с другой стороны, не такой публичной.

— Ну, надо же. – Я откидываюсь на спинку дивана и качаю головой. – Кто бы подумал.

— Что? – Эл с интересом смотрит на меня.

— Да ничего, просто… - Я замолкаю, растерянно хмурясь. – Она не показалась мне той, кто станет прыгать в койку к кому-то вроде Пекстона.

— А сам-то ты, что о ней думаешь? Очевидно, что эта девчонка задела тебя.

— Кроме того, что мне хотелось ее убить? – безрадостно фыркаю я. – Она такая, как я представляю себе моделей – капризные, раздражающие, пустые. Но… есть в ней что-то, что не дает мне покоя. Слушай, ты же знаешь, как раздобыть информацию о ком угодно?

— Вплоть до номера социального страхования, - подтверждает Адам. – Что тебя интересует?

— Все что сможешь узнать про нее.

— Любимая марка ее нижнего белья тебя так же интересует? – едва сдерживая улыбку, спрашивает Эл и получает от меня тычок в бок.

— Нет, обойдемся без таких подробностей.

— Как скажешь. Но если вдруг передумаешь, дай знать.

Я салютую ему бутылкой.

— Договорились.

Блисс


Я просыпаюсь посреди ночи в холодном поту и с колотящимся от тревоги сердцем.

Ночные кошмары давно не тревожили меня, но этой ночью они решили напомнить о себе. Я даже догадываюсь, что стало тому причиной.

Мои руки дрожат, когда я открываю прикроватную тумбочку и достаю из верхнего ящика бумажный пакет. Раскрываю и дышу в него, набирая полную грудь кислорода и выравнивая дыхание.

Просто паническая атака, к которой я давно привыкла и даже подготовилась. Эти чертовы бумажные пакеты, лежат по всей квартире, и куда бы я ни направлялась, в моей сумочке есть пара.

Лучше быть готовой к таким неприятностям, которые сопровождают меня последние десять лет. И не думаю, что настанет такой день, когда кошмары и атаки отступят.

Я научилась подавлять их на публике, потому что показать окружающим свою уязвимую сторону — это признать поражение.

Блисс Винтер должна быть идеальной. Красивой, сильной, уверенной. Она не просыпается от того, что ей снится, будто трое выродков бьют и насилуют ее снова и снова только потому, что приняли за строптивую шлюху. И в пьяном угаре они не слышат ее плачь и крики боли. Она знает, что произошла ошибка. Но никому это не интересно – непоправимое уже случилось.

Наконец-то, я перестаю задыхаться, и мое сердце почти успокаивается. Выбираюсь из постели и иду в ванную. Надеюсь, я не кричала во сне. Но это навряд, иначе Сэм уже была бы здесь.

Так много раз случалось, когда моя сестра будила меня, заставляя очнуться от ночных кошмаров.

Я пускаю холодную воду и умываю лицо. Смотрюсь в зеркало, и мое отражение не нравится мне. Сейчас мало кто узнал бы во мне Блисс Винтер. Сейчас я Сара, испуганная, несчастная, поврежденная.

Нахожу в аптечке снотворное, прописанное моим доктором, и вытряхиваю на ладонь две таблетки. Я не часто прибегаю к их помощи, но иногда только они помогают пережить ночь.

Чувствую себя жалкой и слабой, и мне это не нравится.

Всему виной Джейсон Рид.

Снова.

Возвращаясь в постель, я пытаюсь найти объяснение тому, что произошло сегодня в кабинете Нила. Не отрицаю – легкая перепалка с Ридом возбудила меня, иначе я бы не отправилась к Нилу в разгар рабочего дня с жаждой секса.

Но то, что последовало после…

Будто я фантазировала о Джейсоне Риде, что на самом деле смешно и нелепо.

О нет, у меня и правда есть определенные фантазии о Риде, но они не имеют никакого отношения к сексу.

Моя нервная система так возбуждена, что действие снотворного долго не наступает. Потеряв терпение, я вновь поднимаюсь и выхожу из своей комнаты, тихо пробираясь в комнату Сэм.

Стараясь не разбудить сестру, я ложусь на свободную половину ее кровати. Иногда, когда ночи кажутся особенно невыносимыми, я перебираюсь к Сэм, потому что ее присутствие вселяет в меня некое спокойствие.

На самом деле, я ненавижу одиночество, но при этом – кроме сестры в моей жизни никто не находит постоянное место. Все мои связи с мужчинами, или просто дружеские, редко длятся долго.

Мужчин я бросаю сама, а подруги…

Никто не выдерживает мой отвратительный, стервозный характер.

— Сара? – Сэм открывает глаза и сонно смотрит на меня. – Что случилось?

— Ничего. Извини, что разбудила. Просто сегодня не хотелось одной оставаться.

— Опять кошмары снились? – голос Сэм полон сочувствия – только от нее я могу терпеть подобное.

Я слабо киваю, положив руки под щеку, и с усталостью смотрю на сестру.

— Снотворное приняла?

— Да, но пока что не действует. Их эффект стал не таким сильным, как раньше, — признаюсь я.

— Сара, тебе нужно обратиться к кому-нибудь, — тяжело вздыхает Сэм.

Я упрямо мотаю головой: мы столько раз спорили по этому поводу. Я даже слышать об этом не хочу.

— Я справляюсь, — напряженно отзываюсь я. – Просто… Сегодня был тяжелый день, вот и все.