Джош взял из ее несопротивляюшихся пальцев бокал, сделал глоток и весело поинтересовался:

– Леди, а вы, случайно, не пьяны, а?

– Не говорите глупостей. – Анна сделала последнюю затяжку и вернула самокрутку Джошу. – Почему мужчины упорно считают, что стоит женщине выпить, как она немедленно оказывается пьяной?

– Да, тут я ошибся. – Джош вернул бокал Анне, и она допила его.

– Итак, – Анна отставила бокал и посмотрела на Джоша, – поскольку мы установили, что вы провели вечер не в церкви… то что вы делали в городе?

Джош сделал затяжку:

– А что обычно ковбои делают в городе?

– Поскольку я не ковбой, то не могу себе представить.

– Ну… – Джош сделал вид, что задумался. – Некоторые, наверное, напиваются, другие играют в карты. Кто-то посещает собачьи бои, кто-то заходит в парикмахерскую. Но разумеется, – он покосился на Анну, – большинство рано или поздно оказываются в борделях.

– А вы?

– Я… – Джош принял скромный вид. – Много не пью, не могу позволить себе проиграть все деньги в покер, а что касается женщин… я не видел ни одной, которая привлекла бы мое внимание.

Анна подняла бровь:

– Вы, наверное, слишком требовательны.

– Возможно, – согласился Джош.

– И какие же женщины вам нравятся? – поинтересовалась Анна. Она понимала, что леди никогда не стала бы задавать такой вопрос, но ее это мало волновало.

Джош, похоже, задумался, глаза его прищурились.

– Обычно мне нравятся высокие, худые блондинки. Ну, вам знаком этот тип женщин. – Ленивым жестом он отшвырнул окурок, и тот зашипел, упав в траву. Анне казалось, что взгляд Джоша, медленно передвигающийся по ее телу, иногда останавливаясь, ласкает ее кожу. – У них бывают слегка курносые носы, пухлые губы, а плечи квадратные, как тавро.

Анна выпрямила ноги и нервно одернула подол. Раздражение так и светилось в ее глазах.

– У вас довольно странный вкус.

Джош откинулся на спинку скамьи, скрестив руки на груди. Анна заметила, как в его глазах заплясали лукавые искорки.

– Все зависит от того, что считать странным. Например, у женщины моей мечты волосы как шелковая пряжа, а глаза такие, что они могут одним взглядом превратить мужчину в лед или испепелить его.

Голос Джоша дрогнул, стал хриплым, он перешел почти на шепот. Глаза его продолжали сверкать, но насмешки в них уже не было. И когда взгляд Джоша остановился на губах Анны, у нее перехватило дыхание.

– А губы ее, даже когда они плотно сжаты, вызывают у мужчины жгучее желание ощутить их вкус. А каждое ее движение… – Взгляд Джоша прошелся по шее Анны, по груди, опустился ниже… И Анна почувствовала, как в животе у нее поднимается горячая волна. – Каждое ее движение заставляет мужчину думать о таких вещах, о каких он никогда бы не подумал по отношению к леди.

“Он хочет поцеловать меня, – подумала Анна, и сердце ее бешено заколотилось. – Он хочет поцеловать меня, и я тоже хочу этого… я позволю ему… Вот сейчас он протянет руку и дотронется до моих волос или щеки. Да, сейчас он поднимет руку, и его жесткая ладонь ляжет на мое лицо, его прерывистое дыхание смешается с моим, я почувствую на своих губах его губы, а на теле – его сильные руки… От этого мгновения нас отделяет всего секунда, одно маленькое движение…”

Но Джош не шевелился, он сидел, скрестив руки на груди, и смотрел на нее таким взглядом, который обжигал ее кожу и затруднял дыхание.

– Женщина моей мечты постоянно вступает со мной в единоборство, – медленно продолжил Джош. – Она будет отстаивать свою самостоятельность и драться до последнего, но на самом деле она и сама хочет, чтобы я укротил ее, как дикого жеребца. В конце концов именно так я и поступлю.

Анна почувствовала, как у нее горят щеки, она отвернулась.

– Вы просто плохо воспитаны и невыносимо грубы, – резко бросила Анна. – И неудивительно, что субботним вечером вы оказались в одиночестве.

Джош тихо рассмеялся.

– Но я вовсе не один, герцогиня, – возразил он и неожиданно спросил: – Кстати, откуда у вас титул? Он принадлежит вам по праву рождения, или вы удачно вышли замуж?

– Я не герцогиня, а виконтесса. Мой муж, который одновременно приходился мне троюродным братом, носил титул виконта.

– Значит, вы из рода Хартли?

– Разумеется. Первым в эти края приехал мой дед, это было пятьдесят лет назад. – Анна с любопытством посмотрела на Джоша. – А вам известна история Хартли и Филдингов? Конечно, неизвестна, откуда вам знать ее. Очень трогательная история.

Во взгляде Джоша что-то мелькнуло, но тон не изменился:

– Неужели?

Анна кивнула и отбросила волосы за спину.

– С самого начала моему деду принадлежали ранчо “Три холма” и большинство близлежащих земель. Но человек по имени Джед Филдинг выиграл у него в покер изрядный кусок земли… Говорят, он шельмовал, но, насколько я знаю, дед тоже жульничал. Дед вообще был великим грешником, из Англии ему пришлось бежать из-за разразившегося скандала, а здесь он тоже успел попортить себе репутацию еще до встречи с мистером Филдингом.

Джош удивленно поднял бровь:

– Звучит так, словно вы гордитесь им. Анна беспечно пожала плечами:

– А по-моему, есть даже некоторый шик в том, что один из твоих предков был мошенником. Вы не согласны? И кроме того, это было так давно, что уже почти не имеет значения.

– А вы уверены, что не унаследовали плутовство от своего деда? – съязвил Джош, пытаясь увести разговор в сторону от опасной темы.

– Плутовство не передается по наследству, – отмахнулась Анна. – Оно или есть, или его нет. Но как бы там ни было, деда очень расстроил поступок мистера Филдинга, да и собственный проигрыш, разумеется, и он объявил мистеру Филдингу войну. К несчастью для деда, все обернулось печально. Джед Филдинг застрелил его и оставил гнить в безымянной могиле где-то на берегу реки Сабин.

Сердце Джоша забилось учащенно. Вот и настал момент. Может, сказать ей?

– Наверное, вы должны ненавидеть Филдингов? – осторожно поинтересовался он.

Анна беззаботно рассмеялась. В ее глазах сияли отблески луны, и Джошу захотелось поцеловать ее. Однако и ответ Анны ему тоже хотелось услышать.

– В конце концов, все это было так давно! Конечно, тогда все очень возмущались, но потом мы почти чудом вернули “Три холма”, а остальное имеет не такое уж большое значение.

Джош внимательно посмотрел на Анну, освещенную лунным светом. Сейчас он видел в ней не только красивую женщину, которая с каждой минутой волновала его все сильнее. С какой легкостью она отбрасывала прошлое со всеми его проблемами и загадками! Похоже, оно вовсе и не волновало ее. Он-то явился сюда как раз ради прошлого, а Анне оно казалось не более чем забавной легендой. А смог бы он с такой же беззаботностью, как Анна, отнестись к тому, что ему стало известно о собственном прошлом? И стала бы она более серьезна, если бы узнала, зачем он приехал сюда?

Может, все-таки рассказать ей?

Соблазн был велик, но кем-кем, а уж круглым идиотом Джош точно не был.

Он решил сменить тему разговора:

– А ваш лорд Хартли? Он был такой же непоседа и плут, как ваш дед?

Анна засмеялась:

– Вовсе нет.

Джош поднес указательный палец ко лбу и задумчиво посмотрел на Анну.

– Позвольте я угадаю. Это был вполне цивилизованный брак, я уверен. Ваши родители приметили его, расставили силки, и бедному парню просто некуда было деться. Он наверняка был истинным джентльменом. На несколько лет старше вас, надменно выпяченная нижняя губа, небольшой животик. Он оплачивал ваши счета, покупал красивые платья, пил кларет. Был вежливым, щедрым, спокойным, но почти таким же надоедливым, как клоп в кровати холодным вечером. Я прав?

Анна покосилась на Джоша, ее одолевали противоречивые чувства: с одной стороны, слова Джоша развеселили ее, с другой – следовало бы обидеться. Но хорошее настроение взяло верх, и легкая улыбка тронула уголки рта.

– Вы далеки от истины. Марк был стройным и одного со мной возраста.

Однако другие догадки Джоша, касавшиеся характера Марка, к неудовольствию Анны, оказались верными, поэтому она решила сменить тему, предварительно добавив:

– И мои родители никоим образом не устраивали наш брак, наоборот, они были потрясены. Понимаете, мы с Марком сбежали, и, думаю, родители никогда не простят мне этого.

Джош слушал ее голос – такой мелодичный, напевный. Наблюдал за ее движениями и меняющимся выражением глаз. Все казалось ему очаровательным. Под платьем четко прорисовывалась нога Анны, стройная и длинная, из-под подола виднелся краешек голой ступни, и это волновало его. Сидеть с Анной наедине под луной было уже само по себе достаточно необычным занятием. А если…

Джоша охватило непреодолимое желание поцеловать Анну. От предвкушения этого поцелуя у него даже защипало губы, мускулы напряглись. Это случится… но не сейчас. Сейчас ему хотелось просто слушать голос Анны, наблюдать, как вздымается и опускается ее грудь, когда она говорит, видеть блики лунного света, запутавшиеся в ее волосах. Хотелось любоваться ею, и казалось, подобное занятие ему никогда не наскучит.

– А почему вы вышли за него замуж? – поинтересовался Джош.

Вопрос, который в устах кого-то другого мог показаться Анне нескромным, у Джоша прозвучал совершенно естественно.

– Потому что мне этого хотелось, – честно ответила Анна, а потом, пожав плечами, добавила: – Тогда это казалось мне правильным решением. Мы с Марком всегда прекрасно ладили… поэтому я подумала, что нам следует пожениться. Все равно в моем окружении не было ни одного мужчины, к которому бы я испытывала какие-нибудь чувства. Марк как раз унаследовал ранчо и собирался ехать в Техас, и я решила уехать вместе с ним. То есть я практически сбежала с ним, и мы поженились на пароходе, в открытом море. Думаю, что с моей стороны это был какой-то импульс.

Джош чуть повернулся и положил руку на спинку скамьи, его пальцы оказались всего в нескольких дюймах от плеча Анны. На его губах появилась мягкая, снисходительная улыбка. Анна взглянула на него, и Джош как будто шутя убрал с ее виска прядь волос.