Он почувствовал, как мурашки пробежали по её коже, увидел, как вспыхнули от румянца её лицо и грудь. Он волновал её так же сильно, как она волновала его. Он опустил голову и впился губами в её. Когда он поймал её нижнюю губу, то стал нежно посасывать. У неё был аромат клубники, темного шоколада и настоящей Мэг.

Цепь, которой он сдерживал себя, только что разорвалась. Он взялся рукой за её запястье и подтянул девушку к себе, чтобы она почувствовала его эрекцию. Он погрузил вторую руку в её шелковистые волосы, наклоняя её голову назад и вторгаясь в её рот. Глубоко и властно, он хотел её всю, насколько это только было возможно.

Она вжала пальцы в его бицепс и поцеловала его в ответ. Та сладкая, немного застенчивая девушка, которую он помнил? Она исчезла. Эта женщина захватила его неистовой страстью. Её руки скользили вокруг него, проникая под его рубашку, чтобы массировать спину.

Больше. Этого было недостаточно.

Адам прервал поцелуй, каждая клеточка его тела горела желанием, жаждой. Как он хотел её. Она никогда не была такой страстной, такой податливой. О, она была горячей, как та девчонка соседка. Но это?

Женщина из его наиболее эротических фантазий. Она дотрагивалась до него так, будто этого ей было недостаточно. Он начал расстегивать пуговицы на её рубашке, тонкий материал медленно расступался, открывая всё больше и больше, пока он не скинул кофточку с её плеч, оставив её в крохотном, светло зеленом лифчике.

Кровь гудела в его ушах и возбуждение отзывалось в брюках. Но это его не касалось. Нет, сегодняшний вечер был всецело для Мэган. Она была немного полнее, чем он помнил, её грудь выступала из чашечек бюстгальтера и это сводило его с ума. Прижимая руки к её телу, он чувствовал прохладу шелка от лифчика на горячей коже Мэган. Он провел пальцами по её соскам через материал.

Она напрягла бедра вокруг него, отвечая на его жест.

Через его перегретый мозг он в конце–концов понял, что она тянет его рубашку, пытаясь её снять.

Адам отклонился назад, схватил в охапку ткань и стянул её. Закинул её... куда–то. Он не знал куда, его это не беспокоило, всё его внимание было приковано к ней.

– Мэг.

– Адам.

Он подтолкнул её назал, чтобы она оперлась на локти. Её волосы рассыпались по темному столу, как красно–золотые реки. Она пристально смотрела на него, её рот был слегка приоткрыт, а дыхание стало чаще.

Она была так чертовски красива, что у него защемило в груди. Он никогда не хотел, чтобы Мэган узнала, кем он был на самом деле.

Она думала, что он – патриот, уехавший спасать мир.

Боже, он бы никогда не позволил ей узнать, что там было на самом деле, о человеческих монстрах, которые делали неописуемые вещи друг с другом. Мэган нужно было быть там, где она и была, в обычном городке, спасать животных и быть... Мэг.

Она не могла быть его навсегда, это было бы неправильным иметь женщину или семью в его жизни. Но на этот короткий отрезок времени? Это было бы подарком, и он бы ушёл, зная, что он обошелся с ней правильно. В нем осталась только одна хорошая вещь – возможность доставить ей удовольствие.

– Позволь мне дать тебе это. – Он оттолкнул её назад и обхватил руками на столе. После этого Адам поцеловал Мэган.

Глава 6

Мэган была эмоционально перегружена. Адам окружил её, его твёрдая грудь и напряженный живот уперлись в Мэган, показывая ей его силу.

Его губы, о Боже, он был на вкус как тёмный шоколад, такой эротичный, что это сводило её с ума. Она смутно помнила обещание об отсутствии секса. Проводя ладонями по его спине, чувствуя всё это тепло, прочную кожу, ощущая пальцами его мускулы и старые шрамы, она была рада, что он забыл об обещании. Проскользнув руками вниз, мимо его ремня, чтобы почувствовать его упругий зад в джинсах, она призналась себе в правде.

Она нуждалась в этом. Хотела его. И только на этот короткий период времени она отдалась этому.

Она чувствовала его возбуждение даже через их джинсы. Он опустился ниже, его твёрдый член покинул её разгорячённый центр. Его губы путешествовали по её челюсти, по изгибу её шеи. Его язык был горячим и влажным. По её коже побежали мурашки. Затем он поднялся, зависнув над ней всего в нескольких дюймах. Её окатило прохладным воздухом, и она зажмурила глаза, впиваясь пальцами в его талию, пытаясь вернуть его обратно.

Она не до конца была готова к этому. Ещё нет.

– Адам. – Она заставила себя открыть глаза, чтобы посмотреть на него.

Напряжённость его взгляда и суровая необходимость исказили его лицо.

– Позволь мне. Мне нужно попробовать тебя. Это... – Он наклонился, опираясь на одну руку, проведя по её обнажённому плечу другой рукой, которая обдавала кожу нечестивым жаром, подбираясь к передней застёжке её лифчика. Он расстегнул её и убрал с дороги чашечки. Он взял в ладонь одну грудь, проведя большим пальцем по соску. Её охватили жаркие ощущения, заставив выгнуться.

Он издал звук глубоко внутри горла и наклонился к ней, взяв другой её сосок в свои жаркие влажные губы. Он тянул и крутил один, посасывая другой. Ощущения удвоились, стали резче и острее, заставляя её стонать. Низ её живота затвердел от нужды. Появилась боль между бёдер. Она больше не могла выносить это.

– Это я могу тебе дать, – произнёс он. – Я хочу доставить тебе удовольствие, Мэг.

Его голос был густым, грубым, сексуальным. Плотная кожа на его скулах потемнела от румянца. Он опустил руки к её животу, его горячий взгляд не отрывался от её кожи.

Желудок Мэган сжался от вспышки беспокойства. Увидел ли он её растяжки? Они были тонкими, серебристыми, едва заметными на её бледной коже. Но что, если...

Его руки поймали застёжку на её джинсах. Пуговица. Молния. Разобравшись с этим, он потянул её джинсы вниз. Быстрым движением он снял её туфли и джинсы. Затем он снова пристроился между её ног. Он втянул носом воздух, его грудь приподнялась.

– Чёрт, Мэг. Такая красивая. – Он провёл одним пальцем вдоль верхнего края её трусиков, следуя по линии от одного края тазовой кости до другого, а затем по ткани, чтобы интимно прикоснуться к ней через хлопок.

Его челюсть сжалась, и он сглотнул, визуально упиваясь ею.

Мэган почувствовала волну желания, и эта мощь подгоняла её. У неё болели глаза при виде этого мужчины, такого сурового, такого сильного, мужчины, который преодолевал опасности снова и снова ради своей страны, который страдал ради своей страны, который так смотрел на неё. Жар, нужда – они разрушали её способность думать о чём–то, кроме Адама.

Он проскользнул рукой глубже, касаясь её через трусики, поглаживая её, пока она набухала и пульсировала в ответ. Он склонился над ней, провёл языком вверх по её животу, чтобы поймать ртом один из сосков, в то время как его палец проскользнул под её трусики и оказался глубоко внутри неё. Она вскрикнула, обхватив руками его голову, прижимая его к себе, в то время как он касался и гладил её. Затем он снова проложил дорожку из поцелуев вниз по её животу.

Она не могла восстановить дыхание. Её соски была такими чувствительными, что даже воздух заставлял её вздрагивать. Глубоко внутри её живота напряжение становилось всё больше и больше. Он не давал ей передышки.

Он нежно прикусил зубами кожу на её бедре, а затем смягчил боль языком. Она зажала его между своими бёдрами. Он поймал её ноги, раздвигая их шире, и встал на колени, глядя на её трусики. Подняв глаза, чтобы встретиться с ней взглядом, он покраснел ещё больше.

– Это самый сладкий вид. Твои трусики промокли и прилипли к тебе.

В её ушах стучала кровь. Это было... больше. Что–то происходило.

Он поцеловал её через белье, провел по нему языком и прижал к ней промокший хлопок. Мэган откинула голову назад, поднимая всё тело. Недостаточно, его всегда было недостаточно.

Одной рукой он ухватился за её бедро, удерживая её возле себя. Другая его рука отодвинула в сторону её трусики, а затем он начал целовать её, будто упиваясь. Она задрожала от накатывающих горячих волн удовольствия. Всё исчезло, кроме того, что давал ей Адам. Он оставался с ней, увлекая её выше, а затем спуская обратно нежными поцелуями, заставляя её снова будто разлетаться на части, пока она наконец не успокоилась достаточно для того, чтобы понять, что он возвращает её трусики обратно на место. Он навис над ней, снова не давая ей уйти, пока целовал её.

Её руки соскользнули вниз по его спине, пытаясь оказаться между ними, чтобы коснуться его. Она чувствовала его возбуждение. Он поднял её руки и зажал их между своей и её грудью. Прежде чем она смогла открыть рот, чтобы возразить, он произнёс:

– Знаешь, почему я оставил твои трусики на месте?

Она покачала головой, не понимая, к чему он ведёт. Она знала, что он хочет её. Ох, не навсегда, не на всю жизнь, а для секса.

– Если бы я снял их, я бы... – Он на несколько секунд сжал челюсть. – Этот вечер для тебя, Мэган. Я не могу взять на себя те обязательства, которые ты хочешь, я не тот мужчина. – В его глазах мелькнула агония. – Я не могу быть таким мужчиной. Никогда не смогу. Но я могу доставить тебе удовольствие. Доверься мне в этом.

В тот момент, когда его защита опустилась, она увидела Адама. И то, что она увидела, разбило ей сердце.

***

– Как прошло большое свидание? – Изображение Сиенны Уокер смотрело на него с экрана ноутбука.

Они часто работали вместе через "Скайп", когда Адам путешествовал. Прямо сейчас он избегал любопытного взгляда своей помощницы, сосредоточиваясь на электронной копии чертежей загородного клуба. Он изучил всё поле для гольфа, здания, хозяйственные постройки, запоминая каждую деталь.