– А он бы увидел, что она играет с угрем, и естественно захотел бы подойти поближе. Тогда она отплывает, оставляя его наедине с его судьбой, как бы для того, чтобы сфотографировать его. Он активно начинает позировать, размахивать руками, а змея тем временем выходит из себя и кусает его. Таков был мой план, – поморщившись от боли, Головин принялся медленно жевать. Было видно, что каждое движение дается ему с трудом.

– Кровожадно, но красиво, – Вадим отковыривал семечки кунжута с булочки Биг Мака. – Но, судя по всему, что-то помешало воплотить твой план в жизнь?

– В последнюю минуту Алиса отказалась нырять с нами, а одному натравить на него змею практически невозможно, а, главное, очень опасно, – парализованный охранник взял еще один ломтик картофеля. – Я решил подождать еще один день и заставить ее помочь мне.

– Ну-ну, а что же случилось с твоим лицом?

– Эта чертова девка все-таки нырнула. Но через несколько минут после нас. Поэтому он ее не заметил, а, когда я ее увидел и стал приближаться, она меня толкнула на медузу, которую я и словил своим лицом. Боль была чудовищная, меня как будто ослепило, и я не видел, куда эта стерва уплыла. Мы с Полевым сразу стали всплывать. Он помог мне выбраться, но на яхте была только элементарная дежурная аптечка, да и кроме первой помощи никто не мог ничего для меня сделать. Капитан связался с берегом, но в Судане принять меня отказались, потому что арабам в этом заштатном государстве насрать на то, что наш друг без пяти минут губернатор и на деньги его тоже. Ведь они давали нам разрешение на нахождение в их территориальных водах при условии, что мы не будем высаживаться на берег. Поэтому из Марса Алема прислали вертолет, который сел у нас на яхте, Слава Богу, на «Бандитке» есть вертолетная площадка, и на нем меня доставили в Хургаду.

– Видишь, как твой шеф о тебе позаботился, на вертолете тебя в больницу отправил, – присвистнул Кульник.

– Ну не на автобусе же по пустыне, и на том спасибо.

– А спортсменка-то наша как все это объяснила? – дожевывая последний кусок, спросил Вадим.

– Никак. Ее просто не было на яхте. Полевой бегал везде, искал ее, но капитан сказал, что видел только, как она нырнула вслед за нами.

– Выходит, она и его кинула и сбежала. Да уж, профессионалка. Но ничего, я ее с самого начала предупреждал, что если ей захочется меня обмануть, то ей со многим придется попрощаться. А я слов на ветер не бросаю, – Кульник скомкал обертку и бросил ее в урну. – Что ж, желаю тебе скорейшего выздоровления.

Он встал, и развернувшись на каблуках, зашагал по Тверскому бульвару в сторону Никитских ворот.

Дмитрий Головин, высокий молодой мужчина со спортивной фигурой и накачанными мышцами, остался сидеть на скамейке. Много лет он честно трудился, охраняя жизнь и покой Игоря Полевого. Что заставило его откликнуться на непристойное предложение лишить жизни олигарха, сам Дмитрий до конца и не разобрался. Деньги? Конечно. А может быть то, что Кульник знал его тайну? То, что сам Головин тщательно скрывал в первую очередь от своего босса.

Ему было неприятно вспоминать, как по иронии судьбы они случайно встретились с Кульником в ночном клубе, куда Дмитрий пришел со своим другом Алексом. Алекс был очень дорог Головину, поэтому, даже нос к носу столкнувшись с бывшим одноклассником своего босса, он не смог скрыть своих чувств к своему спутнику. А вездесущий Кульник понял, что мужчины, а не женщины, играют в жизни Головина главную роль. Презрительная ухмылка тронула его губы, но он сдержал смех, молниеносно прикинув, что сможет выгодно использовать полученную информацию в своем плане уничтожения империи Полевого. В ту же секунду надев маску великодушного покровителя, он похлопал Головина по плечу, дескать, все понятно, и клятвенно пообещал ни о чем не рассказывать Полевому, в обмен заручившись словом Головина придти ему на помощь в случае необходимости. Тогда телохранитель не мог даже представить себе, каким кошмаром обернется эта случайная встреча и какой жуткой будет просьба этого влиятельного человека. Но Дмитрий был хозяином своего слова: но не в смысле как дал слово, так и заберу обратно. Данное обещание надо было выполнять.

Дотронувшись до своего лица, некогда бывшего весьма привлекательным, а теперь потерявшего способность совершать какие-либо движения, он вспомнил где-то прочитанную мудрость: «Если подлый подаст тебе лекарство, вылей его, а если мудрец предложит тебе яд, выпей его». Он опустил глаза, и взгляд его упал на газету, предусмотрительно постеленную его собеседником на скамейку. «Безутешный олигарх утешился в объятиях наркоманки» – кричал заголовок. Под заголовком красовались фотографии Полевого и Алисы на фоне яхты и морских пейзажей. Головин стал читать: «Не прошло и одного месяца, как новоиспеченный вдовец, известный бизнесмен, Игорь Полевой, забыл о своем горе. Да и как тут устоять, когда в его объятиях оказалась легенда отечественного спорта, непревзойденная Алиса Плеханова, успешно играющая роль потрошительницы мужчин. Мало кто знает, что некогда громкие победы этой гимнастки были результатом отнюдь не упорных тренировок, не логичным проявлением природного таланта, как о том заявляли ее тренеры и комментаторы. Как сообщил нашему изданию на условиях анонимности высокопоставленный чиновник от спорта, Плеханова была замешана в допинговом скандале, который удалось тогда замять, благодаря вмешательству сильных мира сего. С тех пор Алиса была вынуждена оставить большой спорт, но расстаться с наркотиками не пожелала. Теперь она красит губы помадой цвета бычьей крови и наращивает ресницы до размеров щетки для одежды. Устоять перед ее чарами практически невозможно для любого мужчины от дворника до олигарха. Но она охотится лишь за теми, кто дарит ей баснословно дорогие украшения. Ее жертвами становились лишь те, чей кошелек с трудом застегивается от количества купюр…» Головин перевернул страницу: «Друзья звезды российского спорта рассказали нам, что она частенько бывала под кайфом и в такие дни была сильно подвержена перепадам настроения. Остается только гадать, что связывает миллиардера и опустившуюся звезду. Во всяком случае, по всему видно, что эти отношения далеки от деловых или дружеских…» Дочитывать Дмитрий не стал, ему показалось, будто он окунулся в лужу, и теперь источает зловонный запах. Он сглотнул вставший в горле ком. Только сейчас, прочитав статью, он с ужасом осознал, что Кульник может сделать что-нибудь подобное и с ним, раскрыв газетчикам тайну его нетрадиционной ориентации. Головин поднялся и зашагал к оставленной неподалеку машине. Нестерпимо хотелось поскорее добраться домой и принять душ.

Глава 23 Хотите стать женой олигарха? Спросите нас как!


Вспышки объективов тысяч фотокамер отражались в блеске бриллиантового колье, которое Полевой подарил Сашеньке по случаю замечательной новости. Когда они узнали, что молодая актриса номинирована за лучшую женскую роль в фильме зарубежных кинематографистов, трудно было сказать, кто из двоих был более счастливым. Сашенька переживала это заслуженное признание со спокойным достоинством, а Полевой просто светился, потому что был страшно горд своей новой женой. Он был не из тех, кто считает, что ум в женщине ценят лишь педерасты. Ему нравилось, что его жена была ему другом, единомышленником и всегда приятным собеседником. Несмотря на то время, которое они жили вместе, актриса продолжала притягивать его непосредственностью и искренностью своих чувств. Она всегда была разной в зависимости от роли, над которой она работала: приветливой и усталой, раздраженной и ласковой. Но эта смена декораций не беспокоила его. Полевой был абсолютно уверен: эта женщина искренне любит его. И он отвечал ей взаимностью.

Они вышли из самого фешенебельного отеля Канн, собравшего под своей крышей всех знаменитостей мира кино. Полевой впервые присутствовал на великосветской тусовке мировой богемы, поэтому чувствовал себя пятилетним мальчишкой, попавшим в зоопарк. Он разглядывал знакомые по фильмам и фотографиям в глянцевых журналах лица актеров. Это занятие весьма забавляло его, потому что все отретушированные профессионалами физиономии в реальности оказались не такими свежими, а, напротив, не очень-то свежими и весьма помятыми после многочисленных банкетов, приемов и просто дружеских встреч за бокальчиком-другим чего-либо.

Прилетев на неделю в этот знаменитый курортный город, Полевой с наслаждением ощутил наполняющее его спокойствие и уверенность. Несмотря на то, что добрая половина жителей города говорила по-русски, Полевой довольно редко ловил на себе заинтересованные или завистливые взгляды. Он впервые за многие годы без опаски прогуливался по набережной, сидя в маленьких кафе, пил кофе или свой любимый шоколад, закусывая круассанами. Окунувшись в атмосферу праздника, белозубых улыбок, обворожительных женщин и подтянутых мужчин, он почувствовал, что к нему возвращается вкус к жизни. Он так давно не мог позволить себе наслаждаться жизнью. Так долго он существовал без уверенности в светлом завтрашнем дне, что даже не хотел вспоминать обо всем, что с ним произошло. Или это было не с ним?..

Считая Сашенькин сегодняшний успех и своей заслугой, Полевой любовался своей супругой. Это восхищение было сродни тому, что дети испытывают, видя наряженную елку, сверкающую и прекрасную. Платина была безупречна. Ее красота, подчеркнутая вечерним платьем с открытой спиной от Christian Dior, в сочетании с упрямством и трудолюбием очень импонировали Полевому. Именно таким он и представлял себе путь наверх: без интриг, компромиссов, веря в свои силы, в помощь и поддержку друзей. Вспоминать, как он сам потратил немало усилий, чтобы выкарабкаться из череды своих неудач, преследовавших его в последнее время, ему не хотелось.

Главное, что сейчас он занимал кресло губернатора богатой нефтью земли. Но это было сейчас. А тогда, кроме Сашеньки, теплой, мягкой и поддерживающей, у него ничего не осталось. Смерть жены, телохранитель и помощник, потерявший возможность выполнять свою работу, холодность друзей, разлука с женщиной, в которую он был влюблен, – казалось, такое количество испытаний не по силам обычному человеку. Полевой своей удивительной стойкостью и целеустремленностью смог доказать всем, что он настолько силен, тверд и непреклонен, что люди могут ему доверять. Доверять свои деньги и свои жизни. Его мечта осуществилась. Уже довольно долгое время на посту губернатора он заботился о крае, приносящем стране немалые деньги, и почти начал забывать, о том, что когда-то ему было несладко.