Матильда стала эксклюзивным художественным агентом Каролины, и вскоре цены на ее работы взлетели до небес. Несколько полотен было куплено американской женой ближневосточного нефтяного шейха за десятки миллионов долларов. Матильда приобрела Особняк с участком, а на оставшиеся средства создала трастовый фонд для поддержки их разраставшегося сексуального сообщества.

– В конечном счете мы поняли, что хотим опробовать свои сексуальные фантазии, все до одной. Чтобы отыскать мужчин, а порой и женщин – правильных мужчин и женщин, способных их осуществить, – понадобилась вербовка. И… подготовка. Так возник С.Е.К.Р.Е.Т. Когда мы помогли друг другу в осуществлении наших сексуальных фантазий, мы стали приглашать по женщине в год, которой преподносили этот дар – дар полного сексуального раскрепощения. Моей обязанностью действующего председателя Комитета является выбор кандидатуры на этот год. По нашим правилам она должна, в свою очередь, выбрать нас.

– Речь идет о вас, Кэсси, – пояснила Бренда.

– Обо мне? Но почему?

– По нескольким причинам. Мы уже некоторое время наблюдали за вами. Полин пригляделась к вам в кафе и предложила вашу кандидатуру. Нет, она не нарочно оставила блокнот, но лучше было и не придумать. Мы вас уже пару раз обсуждали. Все сложилось самым удачным образом.

На какой-то миг меня ошеломило, что за мной следили, меня проверяли… Зачем? Признаки крайнего одиночества? Во мне вспыхнул гнев.

– Что вы хотите сказать? Что разглядели во мне жалкую, одинокую официантку? – Я обвела комнату возмущенным взглядом.

Амани, потянувшись, взяла меня за руку.

– Да что вы? Это совсем не так! Ничего подобного! – раздались подбадривающие голоса.

– Кэсси, тут нет ничего зазорного. Мы руководствуемся духом любви и поддержки. Часто бывает, что люди сами не замечают, как раньше времени ставят крест на своей сексуальной жизни. Но другие обращают на это внимание. Бывает, что со стороны виднее. Иногда таким беглецам от жизни требуется своего рода вмешательство. Только и всего. Это я и имела в виду. Мы нашли вас. Мы выбрали вас. А теперь мы предлагаем вам шанс начать заново. Проснуться. Если захотите. Согласны ли вы присоединиться к нам и отправиться в путешествие?

Я не могла понять, как они за мной наблюдали. Как? Мне всегда казалось, будто я превосходно маскирую мое одиночество и вынужденное воздержание. Потом я вспомнила свою блеклую одежду, небрежный конский хвост, нелепые туфли, сутулость, кошку, понурое возвращение затемно в пустую квартиру. Да любой, у кого есть глаза, разглядел бы мою мутную ауру – пыль на руинах. Время пришло. Пора совершить прыжок.

– Да, – ответила я, отбросив последние сомнения. – Я готова. Я хочу это сделать.

Комната взорвалась аплодисментами. Амани ободряюще кивнула.

– Считайте собравшихся здесь женщин своими сестрами, – сказала Матильда, вставая. – Мы приведем вас назад, к вашей истинной сути.

Мое сердце захолонуло от избытка чувств. Их накатило слишком много одновременно: радость, страх, смущение, благодарность. Неужели это всерьез? Со мной?

– Почему вы это делаете для меня? – спросила я со слезами на глазах.

– Потому что мы можем, – ответила Бернис.

Матильда извлекла из-под столешницы застегнутую на молнию папку, похоже из настоящей крокодиловой кожи, и положила ее передо мной. На папке стояли мои инициалы – К. Р. Каким-то глубинным чутьем они знали, что я не смогу отказаться. Я открыла папку и стала изучать ее содержимое. Там были листки изысканно тисненной бумаги, слева находился конверт с каллиграфически выведенным моим именем. Даже мои свадебные приглашения выглядели беднее.

– Вперед, – пригласила Матильда. – Открывайте.

Я опасливо надорвала печать. Внутри лежала карточка.

В этот день Кэсси Робишо приглашена Комитетом совершить Шаги.

___________________ Кэсси Робишо.

Внизу шла строчка:

___________________ Матильда Грин, наставник.

В кармашке справа я обнаружила маленькую записную книжку – точно такую же, как у Полин, но с моими инициалами.

– Кэсси, прочтите нам вслух Шаги.

– Сейчас?

Я оглядела сидевших за столом и никого не испугалась. Было ясно, что никто не помешает мне в любой момент выйти вон, но я не хотела этого. Я встала, чувствуя холод в ногах:

– Я боюсь.

– Мы все когда-то боялись, – сказала Матильда, и остальные согласно закивали.

– Мы сами и есть наша сексуальная жизнь, Кэсси.

Теперь слезы хлынули. Казалось, что наконец-то исторглась вся моя накопленная печаль.

Амани подалась ко мне ближе:

– Исцелившись сами, мы научились помогать другим. Вот почему мы здесь. Это единственная причина, по которой мы здесь.

Я смотрела на дневник, собирая силу и смелость по крупице. Мне хотелось жить так же, как эти женщины. Мне хотелось испытывать наслаждение, вернуться в свое тело. Мне хотелось всего этого. Всего подряд. Я открыла книжку и прочла все десять Шагов – те же слова, которые нашла в дневнике Полин. Закончив, я села, и волна облегчения, поднявшаяся от ног, прокатилась по телу к рукам.

– Спасибо, Кэсси, – сказала Матильда. – А теперь я задам три вопроса. Первый: хотите ли вы того, что есть у нас?

– Да, – ответила я.

– Второе: хотите ли выполнить эти Шаги, если мы пообещаем вам полную безопасность и руководство?

Я еще раз посмотрела на список Шагов. Я хотела этого. По-настоящему.

– Да. Думаю, что – да.

– И третье: Кэсси Робишо, вы принимаете меня в качестве наставника?

– Да, принимаю.

Новый шквал аплодисментов был еще яростнее.

Матильда стиснула мои руки:

– Кэсси, обещаю, что вы будете в безопасности, вас будут оберегать, о вас будут заботиться. Вам предоставят полную независимость в отношении вашего тела и того, как им распоряжаться. Всякий раз вы сможете решить, стоит ли продолжать. Не будет ни малейшего принуждения. Конечно, вам будет страшно, но мы для этого и нужны. Я нужна. А сейчас я дам вам еще кое-что.

Подойдя к стойке, над которой висел портрет Каролины, она выдвинула верхний ящичек и бережно извлекла маленькую пурпурную коробку, которую поднесла мне с таким видом, будто то была самая хрупкая вещь на свете. Но коробка, когда очутилась в моих руках, оказалась на удивление тяжелой.

– Откройте. Это вам.

Я подняла бархатную крышку: внутри, под комочком мягкой ткани, на шелковом ложе покоилась бледная золотая цепочка, такая же, как и у всех присутствовавших. Но на этой цепочке не было ни одной подвески.

– Это мне?

Матильда вынула цепочку из коробки и застегнула на моем дрожащем запястье.

– После выполнения каждого Шага вы будете получать золотой брелок, пока их не наберется девять. Десятый вручается после решения выбрать С.Е.К.Р.Е.Т. или покинуть. Готовы начать приключения?

Браслет наполнял происходящее реальностью, сама его тяжесть помогала мне осознать действительность и важность того, что только что свершилось и чему еще предстояло быть.

– Я готова.

Глава четвертая

Всю дорогу домой я думала о предстоящей задаче и дрожала. Матильда отослала меня с папкой, сказав, что там девять листов, по одному на фантазию. Мне нужно было поскорее заполнить их и затем позвонить Дэнике, – очевидно, чтобы та прислала за бумагами курьера.

– Как только мы их получим, все и начнется, – пояснила Матильда. – Мы сядем и подробно обсудим все фантазии. Но если появятся какие-то вопросы или сомнения – не раздумывая, звоните мне. Договорились?

Войдя в квартиру, я подхватила Дикси и расцеловала в пузо. Потом зажгла уйму свечек, разделась и погрузилась в ароматическую ванну. Я считала, что так я наилучшим образом справлюсь с фантазиями. Вооружившись любимой ручкой, я раскрыла папку из крокодиловой кожи на первой странице, испытывая давно забытое возбуждение. Матильда призывала меня обнажиться и полностью раскрыть мои сексуальные чаяния. Все, что мне бы хотелось сделать или попробовать. Просто перечислить без оценок и вопросов.

«Не надо слишком подробно расписывать и вникать. Просто напишите».

Она объяснила, что для фантазий нет правил, но в аббревиатуре С.Е.К.Р.Е.Т. скрываются критерии, которые следует всячески соблюдать. В каждой фантазии, по словам Матильды, должно было быть:


Спокойствие – каждая участница знает, что ее тайны будут сохранены;

Естественность – фантазия должна быть сексуальной, а не отвлеченной;

Колдовство – участница искренне хочет превратить фантазию в реальность;

Романтичность – это позволяет участнице чувствовать себя желанной и ценимой;

Единение – то, что испытывает участница, когда она сливается в экстазе;

Трансформация – участница преображается фундаментальным образом.


Взглянув на аббревиатуру еще раз, я машинально подписала под первыми буквами несколько слов и расхохоталась: «Сексуальная Естественность Кэсси Робишо». Из последних двух букв «Е» и «Т» мне удалось сложить лишь «Единение в экстазе и Трансформация». Все происходило на самом деле. Со мной!

Дикси терлась у моих ног, свечи горели, и я поставила галочку в поле напротив слов «хочу, чтобы меня обслуживали». Я плохо поняла смысл, но пункт пометила. Может быть, это про оральный секс? Однажды я предложила это Скотту, но он так скривился, что больше я об этом не заговаривала. Я отложила это желание в долгий ящик, чтобы забыть навсегда. Или мне так казалось. Было много других разновидностей секса, которых я ни разу не пробовала. Одна моя сокурсница без устали хвасталась, что делает это «иначе», и меня всегда разбирало любопытство. Я никогда не просила Скотта о чем-то подобном. И даже не была уверена, что мне этого хочется.

Хочу втайне заняться сексом на людях. Снова галочка.

Хочу, чтобы мною овладели неожиданно. Это слегка возбудило меня, хотя опять же я не вполне уловила смысл. Мне обещали абсолютную безопасность и право остановиться в любой момент. Я поставила галочку.