Солдат разрезал штыком веревки.

– А на Пасху-то перед храмом бочки горели… красота! Нигде так нет, как у нас в Любиме! – радостно продолжал бородатый.

Владимир молчал, все еще не веря в чудо.

– Ты, земляк, слышь, лесом иди. Леса-то здешние знавал?

– Охотник.

– Я стрельну пару раз, не бойсь. Ежели охотник – не заблудишься. На-ко.

И конвоир сунул в ладонь Владимиру кисет с махоркой и спички.

– Чей ты? – спросил Владимир уже с опушки. – За чье здоровье свечки ставить?

– Егор я, исправника Богдана Аполлоныча Сычева бывший конюх! – ответил солдат.