— Так ты уже была там?!

— Он почти ничего не успел мне сказать.

— Почти?

— Он хорошо помнит нападавшего. Тот был высоким и… улыбался.

— Улыбался? Думаешь, это похоже на меня? — со страхом спросил Аркадий.

— Нет, — твердо ответила я.

Положив руку на ручку двери, я услышала, как мой спутник судорожно вздохнул. Представляю, как ему сейчас страшно! А вдруг мы войдем — и пациент закричит от ужаса? Я толкнула дверь.

Максим не закричал. Он вообще не заметил нас, потому что крепко спал. Мы на цыпочках подошли к кровати, Аркадий с надеждой всмотрелся в его лицо.

— Интересно, как он?

— Хорошо, — ответила я. — Он поправится. Надо его разбудить.

— Думаешь?

— Нас в любой момент могут отсюда выставить. Ты хочешь, чтобы мы ушли, так ничего и не узнав?

— Нет!

Аркадий протянул руку и осторожно тронул больного за плечо. Никакой реакции.

— Нужно сильнее, — посоветовала я.

— Лучше ты его разбуди. Вдруг он увидит меня и испугается…

— Ладно.

Сначала я была деликатной, но это не сработало. Максим дрых, как солдат после марш-броска! Добудиться его гуманными методами не было никакой возможности. Поэтому я прибегла к негуманным — ущипнула его за щеку. Он зашевелился, разлепил глаза, увидел меня, улыбнулся. Потом перевел взгляд на подошедшего Аркадия. В его глазах мелькнуло что-то непонятное… страх? Тревога?

— Я тебя помню, — сказал он Аркадию. — Ты меня спас.

— Что?!

Аркадий сжал мое плечо так, что кости чуть не хрустнули.

— Ты не дал мне вытащить нож. Врач сказал: если бы я его вытащил, мне конец.

Аркадий плюхнулся на табуретку, стоявшую рядом с кроватью. Я его обняла и почти рухнула на него. У меня тоже внезапно ослабли колени…

— Так я тебя не убивал… — произнес Аркадий странную фразу.

— Ты что, ничего не помнишь?

— Ничего. Я тогда выпил не меньше ведра…

— Я тоже. И мы с тобой поспорили.

— Что-то такое припоминаю, — кивнул Аркадий.

— А потом я сцепился с одним типом. Мы вышли и стали драться. А когда я увидел в своем животе нож, появился ты.

— У тебя уже был следователь? — спросила я Максима.

— Еще нет… Они что, думают, это ты?!

Пациент уставился на Аркадия, тот кивнул.

— Я им скажу! Я расскажу все, как было! Я… ты меня спас.

Он попытался подняться, но я его удержала.

— Тебе нельзя волноваться, помнишь? Лежи. Ты обязан очень быстро выздороветь и все рассказать.

— Я… да!

Максим с гримасой боли рухнул на подушки.

— Если бы не ты, я бы сейчас лежал не здесь, а на кладбище, — глухо произнес он. — Но я и сам, конечно, хорош.

— Теперь начнешь новую жизнь? — с улыбкой произнес Аркадий.

— Абсолютно новую!

И они пожали друг другу руки.

Я не помню, как мы оказались на улице. Но помню насыщенный густой запах свежести, который обычно бывает перед дождем. Вполне возможно, что с неба сейчас что-то польется — оно было серым и пасмурным, а поднявшийся ветер кружил одинокие желтые листья. Аркадий схватил меня за руку и увлек в аллею из молодых кленов и берез.

— Куда мы бежим? — спросила я.

— Не знаю, — рассмеялся он и остановился. — Я так давно хотел сказать, что люблю тебя. Теперь мне ничто не мешает. Я люблю тебя!

Он крикнул это так громко, что стая голубей, клевавшая что-то на асфальте, взлетела, громко хлопая крыльями, а несколько кленовых листов лимонного цвета спланировали с веток вниз.

— Надо же, здесь уже осень, — зачем-то ляпнула я.

— Август, — объяснил Аркадий.

— А у нас еще лето.

— Мне нравится лето. Поехали!

Он снова схватил меня за руку.

— Куда?

— В аэропорт! Пока лето не кончилось, мне нужно успеть достроить дом. И посадить дерево. И… сына родить. И пару дочек.

Кажется, на радостях Аркадий рехнулся.

— Успеешь, — произнесла я успокаивающим тоном.

— Что значит: успеешь? — Аркадий испытующе уставился на меня.

— А что это может значить?

— Не «успеешь», а «успеем».

— А-а…

— Уж не собираешься ли ты от меня сбежать? — с изумлением спросил он.

Я не собиралась, но не могла упустить возможности пощекотать ему нервы.

— Наш курортный роман, вроде бы, закончен, — сказала я. — Долги отданы…

Такой реакции я никак не ожидала! Аркадий опустился на одно колено, взял меня за руку и произнес:

— Ты выйдешь за меня?

— Мы знакомы меньше месяца! — ошарашено прошептала я.

Он, точно, не в себе.

— У тебя есть сомнения?

Улыбка слетела с его лица, он смотрел на меня серьезно и внимательно. Я видела: это не игра и не влияние момента. Он искренен и смертельно влюблен. Так же, как и я.

— Сомнений нет, — улыбнулась я.

— И у меня нет.

— Ну, тогда ладно.

— Это значит «да»?

— Это значит «да», — как попугай повторила я.

— Я же говорил: ты самая неромантичная девушка на свете! — рассмеялся Аркадий, встал с колена и обнял меня.

— А ты думал, я буду визжать и хлопать в ладоши?

Если честно, приблизительно так я себя и вела. Глубоко внутри. Но снаружи это, почему-то, никак не проявилось. Наверное, я просто ошарашена — столько всего произошло за последнее время, до меня еще не совсем дошло, что все волнения позади. Финал у этой истории такой счастливый, какого я представить себе не могла… А я все еще какая-то замороженная. Пора размораживаться!

— Не думал, но с удовольствием бы на это посмотрел. Спорим, ты будешь?

— Что? — я уже забыла, о чем мы говорили.

— Визжать и хлопать в ладоши.

— С чего это?

— Пока не знаю, но обязательно что-нибудь придумаю.

— Ну-ну. А, знаешь, что? — вдруг осенило меня. — Мне жуть как не нравится слово «брак». Пусть у нас лучше будет бесконечный курортный роман.

Аркадий подхватил меня на руки и закружил. Большие и маленькие желтые листья кружились вместе с нами, а капли дождя, который все же начался, танцевали вальс…

— Но ты же станешь моей женой? — прошептал Аркадий мне на ухо, когда мы остановились.

— Да. Я люблю тебя.

Его губы коснулись моих, и весь мир куда-то исчез…

Эпилог

— Может, отменим все, а?

Дед с раздражением дернул галстук-бабочку, который я, чуть ли не в драке, присобачила ему на шею.

— Ага, размечтался, отменим. Столы накрыты, гости ждут. Пошли!

Я направила свои стопы к двери, а дед жалобно пропищал мне вслед:

— Руслана!

— Что?

— Может, как-нибудь без меня обойдетесь?

— Ты издеваешься?

Я схватила его за шкирку, поволокла к двери и затолкала в лифт.

— Что за дела? — напала я на деда. — Хочешь испортить праздник?

— Тоже мне, праздник! В гробу я видал такие праздники. Вырядился, как пижон… Бабочка еще эта, — он снова попытался снять аксессуар с шеи, но я надавала ему по рукам.

— Я тоже вырядилась, — заметила я.

— Сравнила! Ты — молодая красавица и я — старый хрыч.

— Не такой старый. И уж точно не хрыч.

— Зачем ты вообще все это затеяла?! — почти взвыл он в тот момент, когда двери лифта распахнулись.

— Ну, вообще-то я думала, что ты будешь доволен.

— Ты что, первый день меня знаешь? Я терпеть ненавижу все эти нудные мероприятия!

— Обещаю тебе, это мероприятие не будет нудным!

Мы вышли из лифта. Я сразу увидела Аркадия — он стоял немного в стороне от толпы гостей, в его руках было что-то длинное и блестящее… Нет! Только не это! Дед меня убьет! Но предотвратить катастрофу уже было невозможно. Воздух разорвали звуки хлопушек, вверх взмыли ленты серпантина, а на всех присутствующих посыпался густой дождь из разноцветного конфетти.

Дед посмотрела на меня с таким загнанным видом, что я поняла: сейчас он, как заяц, рванет в кусты, и его будет легче пристрелить, чем поймать.

— Поздравляем! — завопила пестрая толпа, перекрывая грохот хлопушек.

— Ты же обещала! — прошипел дед.

Я мертвой хваткой вцепилась в его рубашку, мне на помощь подоспела мама, которая с первого взгляда поняла, что происходит. Она, так же как и я, прекрасно знает, как дед не любит праздновать свой день рождения. И мы почти поклялись, что и в этом году, на юбилей, не будем пытаться устроить «все эти трали-вали», как говорит дед. Но все же не поклялись! А дед, буквально за пару часов до начала праздника, пронюхал о готовящемся мероприятии и хотел вероломно улизнуть…

— Все, как ты любишь, — тем временем нашептывала я деду в ухо. — Только самые близкие. Что, Ген Геныч тебе не близкий человек? Или Кирилл? Или ты против присутствия маминого мужа? А, может, ты хочешь выгнать Марину или Клавдию Андреевну?

— Жаль, ты выросла, и тебя нельзя в угол поставить, — продолжал ворчать дед.

Но сбежать уже не пытался. Да он бы и не смог — гости окружили его плотным кольцом, завалили подарками, забросали поздравлениями… Он, кажется, потихоньку оттаивал. Потому что видел — ничего страшного не происходит. Никаких пафосных речей, помпезных столов и, не дай бог, тамады с оркестром. Все просто и по-домашнему. Мы накрыли фуршет у бассейна, поставили столы под навесом, включили мелодичные мелодии сорокалетней давности. От мангала исходит дразнящий запах шашлыка, там и сям расставлены бутылки так любимого дедом сухого красного и букеты из желтых листьев, которые соорудили мы с Никой. Идеальная осенняя вечеринка для своих.

Я решила, что можно больше не сторожить деда, и пробралась к Аркадию, который о чем-то увлеченно беседовал с Игорем. Вернее, не о чем-то, а вполне конкретном проекте, идею которого им обоим подбросила я.