– А я боялась, ты уже упаковал все вещи, – бодро проговорила Бриана.

Внезапно взгляд ее упал на открытый чемодан, лежавший на кровати. Чемодан был почти полон. Руки Бри, державшие свитер, нервно сжались.

– Я хотел спуститься вниз и поговорить с тобой. – Грей повернулся к ней, стараясь понять по ее лицу, что она чувствует, но Бриана уже успела отгородиться стеной ледяного спокойствия. – Я, пожалуй, поеду в Дублин сегодня.

– До Дублина далековато, но если поторопиться, ты доберешься засветло.

– Бриана…

– Вот… хочу тебе подарить, – поспешно сказала она, протягивая Грею свитер.

«Только не надо оправданий, – вертелось у нее на языке. – Я связала его для тебя».

Грей узнал темно-зеленую шерсть, лежавшую у нее на коленях в ту ночь, когда он пришел очень поздно и поссорился с Брианой.

– Для меня?

– Да, для тебя. Свитер теплый, будешь носить его осенью и зимой. – Бри приложила его к плечам Грея. – Я сделала рукава подлиннее – боялась, как бы не были коротки.

У Грея и так щемило сердце, а тут уж ему совсем стало худо. Это была первая вещь, которую кто-то сделал специально для него.

– Я даже не знаю, что сказать.

– Когда ты дарил мне подарки, то всегда говорил: «Скажи „спасибо“.

– Да. – Грей взял свитер, и его рукам сразу стало тепло. – Спасибо.

– Пожалуйста. Тебе помочь уложить вещи? – Не дожидаясь ответа, Бриана отобрала у Грея свитер и аккуратно положила его в чемодан. – Ты, конечно, опытнее меня в таких делах, но, может, тебе неохота тратить время на пустяки.

– Пожалуйста, не надо. – Грей встряхнул ее за плечо. – Ты имеешь полное право обидеться на меня.

– Нет. И не обижаюсь. Ты ничего мне не обещал, Грейсон. В ящиках ничего не осталось? Удивительно, сколько вещей люди забывают при отъезде.

– Я должен уехать, Бриана.

– Знаю. – Чтобы хоть чем-то занять свои руки, она сама выдвинула ящики платяного шкафа и, убедившись, что они пусты, совсем сникла.

– Я не могу здесь оставаться. Чем дольше это тянется, тем нам тяжелее. Я не способен дать тебе то, в чем ты нуждаешься. Или думаешь, что нуждаешься.

– Ага, осталось только упомянуть про цыганскую душу. Не надо, прошу тебя. Я это знаю наизусть. – Она закрыла последний ящик. – Ты извини меня за мои недавние слова. Я не хочу, чтобы ты вспоминал плохое, когда у нас с тобой было столько хорошего.

Бри опять скрестила руки на груди – к этой позе она прибегала всегда, когда пыталась сохранить самообладание.

– Тебе собрать на дорогу еды? Могу налить в термос чаю.

– Ради бога, перестань изображать радушную хозяйку! Я же тебя бросаю, понимаешь?

– Да, ты уезжаешь, – холодно и спокойно проговорила она, – но ты ведь всегда говорил, что уедешь. Наверное, тебе было бы легче, если б я зарыдала, устроила сцену, но ты этого не дождешься.

– И не надо! – Грей бросил в чемодан несколько пар носков. – Ты сделал свой выбор, и я желаю тебе счастья.

Ну а если когда-нибудь судьба забросит тебя в наши края – милости прошу.

Он сверкнул на нее глазами и резко захлопнул чемодан.

– Хорошо, я дам тебе знать.

– Давай помогу снести вещи по лестнице.

Бриана потянулась за рюкзаком, но Грей ее опередил.

– Я внес их сюда, я и вынесу.

– Как хочешь. – Она совершенно обезоружила его, ласково поцеловав в щеку. – Будь молодцом, Грей.

– До свидания, Бриана!

Они молча спустились по лестнице, и только на пороге он с чувством произнес:

– Я тебя не забуду.

– Хочется верить.

Бриана прошла вместе с ним полпути до его машины и, остановившись на дорожке сада, посмотрела, как он погрузил вещи в багажник и сел за руль. Потом улыбнулась, помахала Грею рукой и, не оглядываясь, вернулась в дом.


Через час она сидела в гостиной с шитьем в руках. Услышав за окнами смех, Бри устало закрыла глаза, но когда Мегги с Роганом и малышом вошли в гостиную, она уже приветливо улыбалась.

– Решили прогуляться на ночь глядя?

– Лайам беспокоился. – Мегги села, и Роган передал ей ребенка. – Мы решили, что он просится в гости. Надо же! Прямо классическая картина: хозяйка дома за шитьем.

– Я уже закончила. Хотите выпить? А, Роган?

– Я бы не отказался, – он потянулся к бутылке. – А ты, Мегги?

– Пожалуй, немного виски мне не повредит.

– Ты сама-то будешь, Бри?

– Буду. – Она вдела иголку в нитку и завязала узелок; – Как твоя работа, Мегги?

– Боже, с каким наслаждением я к ней вернулась! – Мегги громко чмокнула Лайама в носик. – Сегодня доделала одну вещицу. Помнишь, Грей говорил о своих любимых развалинах? Ну вот… это меня вдохновило… По-моему, получилось неплохо.

Мегги взяла у Рогана бокал.

– Давайте выпьем за спокойную ночь.

– Полностью присоединяюсь! – воскликнул муж.

– Лайам почему-то считает, что с двух часов ночи до пяти люди спать не должны, – рассмеялась Мегги и положила головку малыша к себе на плечо. – Да, Бри! Мы хотели тебе сказать, что сыщик нашел следы Аманды Догерти в… как называется это место, Роган?

– В Мичигане.

– Она родила девочку, Бри, – прошептала Мегги, укачивая сынишку. – Сыщик видел свидетельство о ее рождении. Аманда назвала дочку Шаннон.

– В честь реки. – У Брианы подступили к горлу слезы. – Значит, у нас есть сестра, Мегги.

– Да. И мы скоро ее разыщем. Хотя и не знаю, к добру ли это.

– Надеюсь, что к счастью. Господи, как я рада! – У Бри даже от сердца немного отлегло. – Как подумаю об этом…

– Да уж, советую хорошенько подумать, прежде чем ввязываться в такую историю, – вмешался Роган. – Девушке уже двадцать пять лет, а это не шутка.

– Значит, мы будем терпеливы, – просто сказала Бриана.

Мегги, отнюдь не уверенная в своих родственных чувствах к далекой сестре, поспешила сменить тему Разговора:

– Мне так хочется показать новую работу Грею.

Интересно, он поймет, что меня вдохновило? Где он? Работает?

– Он уехал. – Бриана аккуратно воткнула иголку в отверстие пуговицы.

– Уехал? Куда? В паб?

– Нет, в Дублин. Хотя не знаю, куда на сей раз его приведет дорога.

– Ты хочешь сказать, он уехал… насовсем? – Мегги вскочила. Малыш, обрадовавшись неожиданной встряске, залился веселым хохотом.

– Да. Час назад.

– И ты сидишь здесь и шьешь?

– А что прикажешь делать? Рвать на себе волосы?

– Нет, это скорее ему надо рвать на себе волосы. Черт побери, какой подонок!.. А я, признаться, к нему привязалась.

– Мегги! – Роган предупреждающе положил руку на плечо жены. – Бриана… ты… как ты себя чувствуешь?

– Хорошо, спасибо. Не принимай это так близко к сердцу, Мегги. Он имел полное право уехать.

– К черту права! Ты о себе подумала? Ну возьми же у меня ребенка! – крикнула Мегги Рогану и, высвободив руки, присела на корточки возле сестры. – Я знаю, как ты к нему относишься. Бри, и мне совершенно непонятно, почему он так поступил. Что он сказал, когда ты попросила его остаться?

– Я не просила.

– Не просила? Но почему? Почему, черт возьми?

– Потому что это сделало бы нас обоих несчастными. – Бри тихонько охнула, уколов палец. – А у меня есть своя гордость.

– Что толку от твоей гордости? Ты ему, наверное, и сандвичей на дорожку предложила.

– Конечно.

– О господи! – Мегги возмущенно вскочила и заметалась по комнате. – У тебя совсем нет разума. И никогда не было!

– Ты думаешь поднять Бри настроение, затеяв склоку? – сухо спросил Роган.

– Нет, я просто… – Мегги поймала его взгляд и прикусила язык. – Да, ты прав. Извини, Бри! Если хочешь, я составлю тебе компанию. А могу остаться на всю ночь, только приготовлю кое-что для Лайама.

– Нет, ваше место у себя дома. А я прекрасно справлюсь одна. Я же всегда справлялась.


Подъезжая к Дублину, Грей снова обратился мыслями к последней сцене романа. Никак она не получается, черт побери! Потому он, конечно, и такой раздраженный…

Надо было послать рукопись Арлене – и дело с концом! Тогда бы он сейчас не ломал голову над финалом, а обдумывал новый сюжет.

Да, это большое упущение с его стороны. В результате он не может начать новую книгу – старая-то еще не дописана.

Макги уехал, потому что в Ирландии ему больше нечего было делать. У него своя жизнь, своя работа. Он должен был уехать потому… потому что должен был – и точка!

А Туллия осталась, потому что не мыслила себе жизни вне дома, вне родины и родных людей. Она нигде больше не могла быть так счастлива. Бриана… ах нет, не Бриана, а Туллия зачахнет на чужбине, лишившись своих корней.

Поэтому конец вполне логичен. Он соответствует характерам персонажей и общему настроению романа.

Только вот почему душа ноет и ноет? Почему эта боль никак не желает стихать?

Она ведь даже не попросила его остаться! И не пролила ни слезинки… Сообразив, что он опять думает не о Туллии, а о Бриане, Грей выругался и нажал на акселератор.

Все правильно! Все идет своим путем, твердил он, убеждая сам себя. Бриана – разумная, рассудительная женщина. В том числе и поэтому она ему так понравилась.

А если она и вправду его любила бы, могла бы, по крайней мере, сказать, что будет скучать без него.

Хотя нет… Ему это вовсе не нужно. Не нужно, чтобы она ждала его до поздней ночи, штопала ему носки и гладила рубашки. А главное, владела его мыслями!

Он свободен и ничем не связан. Как всегда. Так надо. Ему еще необходимо побывать во многих местах, он еще не все маршруты изведал. Да-да, нужно чуть-чуть отдохнуть перед рекламным турне, а потом… потом перед ним откроются новые горизонты!

Такова его жизнь, и она ему нравится. Грей нетерпеливо забарабанил пальцами по рулю. Как и Макги, он вернется к привычному образу жизни.

Как и Макги…

Грей помрачнел.

Огни Дублина приветственно сияли. Завидев их издалека, он расслабился. Вот и доехал… Проклятье, сколько же тут машин! Хотя… он привык к дорожным пробкам. И к шуму. Правда, в последнее время он довольно долго жил вдали от больших городов, но что с того?