Рэна решилась задать себе главный вопрос: любит ли он ее только потому, что она не похожа на других? Станет ли он любить Рэну так же сильно, как любил Эну? В любом случае маскарад не мог продолжаться вечно — это она знала точно. Эна и Рэна — две половинки одного целого. Одной приходится скрываться под маской заурядности, а другой — прятать истинные чувства под роскошной одеждой и искусным макияжем.

Любить — значит понимать и прощать. Для Трента ее появление в виде Рэны станет тяжелым испытанием, но ей придется решиться на этот шаг. Иначе их отношения ничего не стоят.

Конечно, не одному Тренту придется нелегко. Хватит ли ей сил, чтобы справиться?


— Хорошо, я пойду с тобой.

— Отлично! Я пришлю за тобой лимузин.

— Не сходи с ума.

— Я уже сошел с ума от любви к тебе, и когда мы встретимся, я за себя не отвечаю.

Трент и не предполагал, сколько горькой иронии было для Рэны в этих словах.

Они попрощались, и, положив трубку, Рэна медленно побрела в ванную комнату. Глядя в зеркало, она медленно сняла очки и, опасаясь передумать, разбила их, стукнув о край раковины, затем собрала осколки и выбросила в мусорное ведро.

Тряхнув головой, Рэна собрала волосы в пучок, открыла шкафчик над раковиной и достала косметичку.

Глава 10

Одетая в роскошное белое платье, сшитое для рекламного ролика духов, Рэна выглядела сногсшибательно. Порывшись в коробках и тюках, присланных матерью, девушка остановила свой выбор именно на этом платье — одном из самых любимых ею в ее прошлой жизни.

Рэне пришлось слегка переделать его — сказались лишние килограммы, но зато теперь шелковая ткань так же, как и раньше, послушно облегала каждый изгиб ее тела. Вырез, обнажающий одно плечо, украшала блестящая дорожка бисера.

Рэна решила не увлекаться украшениями и ограничилась лишь парой сережек, усыпанных драгоценными камнями и светившихся, словно маленькие люстры.

Пара часов у девушки ушла на возвращение прежнего облика. Подровняв волосы, а затем проведя полчаса в горячих бигуди, Рэна старательно расчесала волнистую гриву, откинула ее назад и посмотрелась в зеркало. Копна густых волос, как и требовалось, обрамляла ее лицо и водопадом струилась по спине.

Потом Рэна занялась маникюром, придав овальную форму все еще коротким ногтям и покрыв их бледно-розовым, в тон губной помаде, лаком.

От тонального крема загорелая кожа засветилась. Слава Богу, Рэна еще не утратила навыка нанесения макияжа. Лицо выглядело совершенно естественным, но эффект получился потрясающий. Теперь осталось только наложить румяна под четко очерченные скулы.

Из зеркала на нее смотрело не правдоподобно красивое лицо языческой жрицы, лицо, к которому тянулись не только мужчины, но и все без исключения объективы фотокамер.


Лимузин притормозил у особняка, где проводилась вечеринка. Шофер обошел машину и помог Рэне выйти. Прижимая к себе маленькую бисерную сумочку, она оперлась на предложенную руку и тихо поблагодарила его.

— Всегда к вашим услугам, мисс Рэмси. Желаю приятно провести вечер.


Теплые летние сумерки источали благоухание цветущих магнолий. Кожа Рэны покрылась мелкими бисеринками, но причиной тому была не духота, а нервы.

За канатными заграждениями образовалась давка: представители средств массовой информации всеми силами пытались добыть пару хороших снимков гостей вечеринки и виновников торжества — «Хьюстонских мустангов».

С гордо поднятой головой, расправив плечи, Рэна стремительно прошла мимо журналистов.

— Ничего себе! Интересно, чья эта крошка? — присвистнул один спортивный комментатор. Слава Богу, он ее не узнал, зато узнала его коллега — журналистка.

— Скорее сюда! — возбужденно выкрикнула она фотографам. — Надо успеть заснять ее до того, как она войдет.

— А кто это? — недоуменно спросил ее коллега.

— Это же Рэна! Ты что-нибудь, кроме «Спорте иллюстрэйтед», читаешь? Хотя даже в этом журнале пару лет назад она снималась для рекламы новой коллекции купальников.

— Ах да! Как я мог ее забыть! Она ведь известная модель?

— Одна из лучших.

— Что она делает на этой вечеринке?

— Не знаю, но обязательно выясню. Рэна уже несколько месяцев не появлялась на публике. Говорят, она сильно поправилась.

— Если бы все поправившиеся женщины так выглядели… — сказал журналист, плотоядно поглядывая на Рэну.


До Рэны донеслись отдельные обрывки фраз. Этого оказалось достаточно, чтобы понять: ее появление не осталось незамеченным. Что ж, выбор сделан, маска сброшена, и теперь, что бы ни случилось, изменить ход событий уже не в ее власти. Правда, ее меньше всего беспокоило, что скажет о ней толпа. Рэну волновало мнение лишь одного человека.

Наконец девушка поднялась по лестнице особняка. У входа ее встретила седовласая чета хозяев «Хьюстонских мустангов». Они были поглощены беседой с Томом Тенди.


Перед тем как войти, Рэна задержалась у входа. Том следил за ней краем глаза.

— Здравствуйте, Том, — тихо сказала Рэна. Громкая музыка и оживленная беседа заглушали ее слова.

Их глаза встретились. Ошеломленный, Том что-то пробурчал в ответ и отошел, освобождая Рэне место рядом с хозяевами, которые уже разглядывали ее с любопытством, ожидая, что их представят.

— Мистер и миссис Харрисон, познакомьтесь, пожалуйста, с мисс… мисс…

Теперь Рэна окончательно убедилась, что Том ее не узнал. Не желая оставлять его в столь неловком положении, девушка протянула руку и представилась:

— Меня зовут Рэна.

Мистер Харрисон, буквально потерявший дар речи при виде Рэны — а это случалось с каждым мужчиной, видевшим ее впервые, — молча ответил на рукопожатие.

Миссис Харрисон, не обращая внимания на остолбеневшего мужа, мило улыбнулась и сказала:

— Рэна, ваше присутствие для нас большая честь. У вас потрясающее платье.

— Спасибо.

— Том, поухаживайте за Рэной. Может, она хочет чего-нибудь выпить.

— Да, конечно. Вы хотите… гм… — промямлил он, путаясь в словах, затем кивнул в сторону бара, и Рэна пошла в указанном им направлении.

Том пробивался сквозь толпу, время от времени оборачиваясь назад, на Рэну, сбитый с толку и не понимающий, откуда это прелестное создание могло его знать. Как Том ни пытался, он не мог вспомнить, где они могли познакомиться. Даже если бы в тот момент он был мертвецки пьян, он все равно запомнил бы эту красотку.

— Вы говорите, вас зовут Рэна?

— Да, но пару недель назад в Галвестоне меня представили вам как Эну. Кстати, где Трент?

Том остановился как вкопанный. С открытым от удивления ртом он обернулся, схватил своими огромными ручищами Рэну за плечи и уставился на нее.

— Черт возьми! — повторил он несколько раз. Запрокинув голову, Том разразился диким хохотом. — Вот сукин сын! Ну подождите, доберусь я до него! Он и раньше любил надо мной подшутить, но эту шутку я ему запомню надолго. Купил меня с потрохами! Да и вы хороши — вы ведь тоже принимали в этом участие. Боже мой, ни за что бы вас не узнал!

— Знаете, вообще-то это была не шутка. Я…

В этот момент Рэна заметила Трента. Молодой человек стоял в нескольких метрах от нее в компании товарищей по команде. Судя по их росту, они были защитниками, и по сравнению с ними Трент казался совсем маленьким. Однако для Рэны он все равно оставался единственным мужчиной в помещении.

Темные волнистые волосы колечками спадали на воротник. Загорелое лицо великолепно смотрелось на фоне белоснежной рубашки. Белые штаны плотно облегали его мускулистые ноги, а синий блайзер сидел на нем как влитой.

Трент рассмеялся, и лицо его осветила столь любимая ею улыбка. Время от времени он поглядывал на дверь. Его карие глаза блестели от возбуждения и предвкушения встречи с любимой.

Сердце Рэны сжалось от любви. Подсознательно желая отсрочить неприятное, она готова была вечно так стоять и смотреть на него. Но то, что должно было случиться, наконец произошло: его взгляд скользнул по толпе и остановился на ней.

Как и его друг, Трент прибегнул к типично мужскому приему — обежал ее взглядом с головы до ног и обратно. Ослепительная женщина в белом, с темно-рыжими волосами, кожей нежной, словно спелый персик, и профилем, будто высеченным из мрамора, огромными зелеными глазами и фигурой, при виде которой у Трента перехватило дыхание, стояла вдалеке и пристально смотрела на него.

Сердце Трента так бешено заколотилось, что ему даже стало немного совестно, и, делая над собой колоссальное усилие, он отвел от нее взор.

Где же Эна?

Пристальный взгляд незнакомки заставил Трента вновь посмотреть в сторону этой блистательной женщины. Трент учтиво кивнул, как бы подтверждая, что ему приятно ее внимание, и женщина улыбнулась ему в ответ. В этот момент Трент заметил, что ее передние зубы слегка искривлены. Но этот дефект ничуть ее не портил…

Рэна наблюдала, как меняется его лицо. Эмоции сменяли одна другую, и все они отражались на его удивленной физиономии столь же явно, как солнечные блики на воде в теплый день. «Не может быть», — прочитала она в его глазах. Затем его лицо расплылось в довольной улыбке, и Трент начал пробираться к ней сквозь толпу. Рэна пережила один ликующий миг, прежде чем он остановился и помрачнел.

Широкая улыбка бесследно исчезла с его лица. Радостный блеск его глаз сменился холодным мерцанием. Его тело напряглось, будто готовясь к прыжку.

Трент резко развернулся и зашагал прочь. Гости продолжали есть, пить и веселиться, даже не подозревая, какая драма разворачивается у них на глазах.

— Послушайте, что происходит? — спросил удивленный Том.

— Мы все объясним вам позже.

— Хотите, я пойду с вами? Направляясь вслед за Трентом, Рэна обернулась.

— Спасибо, но это лишнее. Нам нужно побыть одним.

Достаточно ей было на секунду отвлечься, как Трент исчез из виду.