Джорджетт Хейер

Риск

* * *

Девушка стояла под светом оплывших свечей, неподвиж­ная, как статуя. Она держала крепко сцепленные руки перед собой, щеки ее казались мертвенно бледными. На ней было простое голубое муслиновое платье, светлые волосы украшала узкая лента. Она ни на кого не смотрела: ни на своего сводного брата, ни на остальных пятерых мужчин, сидящих за столом посреди жаркой комнаты. Девушка не смотрела на них, но зна­ла тех, кто присутствовал, – ей оказалось достаточно одного быстрого взгляда из-под опущенных ресниц.

Лорд Амберфилд спал, положив голову на стол и подложив под нее руку. Мистер Мармадюк Шейпли, не такой пьяный как Амберфилд, сидел, откинувшись на спинку стула, и беспричинно хихикал. Взор у сэра Томаса Форта слегка затума­нился, лицо раскраснелось. Мистер Лайонел Уинтер улыбнул­ся идиотской улыбкой. Маркиз Карлингтон со взъерошенными черными локонами пытался поправить узел на галстуке, кото­рый еще в начале вечера был завязан весьма замысловато. Его впалые щеки покрылись нездоровым румянцем, а блестящие глаза смотрели дерзко и беспечно.

Кроме них, в комнате находился сводный брат девушки – Ральф, в ответ на настойчивые просьбы которого ей пришлось встать с постели посреди ночи, одеться и спуститься в душную комнату. Ральф сидел, развалившись на стуле. В одной руке он продолжал держать стаканчик с костями, а второй – пытался наполнить пустой бокал. Это ему плохо удавалось и вино про­лилось на ворсистое сукно, покрывающее стол. Сэр Ральф вы­ругался и подтолкнул бутылку своему соседу слева.

– Налейте, Лайонел! Налейте! – попросил Ральф, икая. – Сейчас, милорд… сейчас, Карлингтон! Вы ведь хоти­те продолжить игру, не так ли? Но я проигрался в пух и прах, неужели не видите? Единственное, что у меня осталось и что я могу поставить на кон, так это моя сестра! – Он затрясся в приступе безумного смеха и махнул рукой на девушку, непо­движно стоящую перед ними. Ее взгляд был неподвижен и ус­тремлен куда-то вдаль. – Она будет моей последней ставкой, джентльмены! Кто покрывает?

– Это… это ми… мисс Хелея, – пробормотал мистер Уин­тер и кивнул с мудрым видом.

– Черт побери, Морланд, это… так же нельзя, – сказал сэр Томас, вставая. – Мисс Морланд… ваш покорный слуга, мэм! Амберфилд… милорд! В комнате присутствует леди!

Он качнулся в сторону спящего виконта Амберфилда, схва­тил его и потряс за плечо. Лорд Амберфилд застонал и пробор­мотал:

– У меня в карманах хоть шаром покати. Все мои деньги у… у Карлингтона!

– Фредди, мой мальчик, я считаю, что это неправильно и невозможно. Нельзя поставить на кон леди.

– Не могу поставить вообще ничего, – заплетающимся го­лосом пробормотал Амберфилд. – Нечего ставить… хочу спать…

Мистер Мармадюк Шейпли сжал голову руками надеясь, наверное, таким способом прояснить ее, и довольно неразбор­чиво пробурчал:

– Это все вино! Черт бы тебя побрал, Ральф, ты пьян, как сапожник!

Сэр Ральф оглушительно расхохотался и потряс костями в стаканчике.

– Ну так кто покрывает? – вновь потребовал он ответа. – Что скажете, Лайонел? Хотите получить в жены мою негодни­цу-сестричку?

Мистер Уинтер встал, сильно покачиваясь, и ответил, глупо таращась на хозяина:

– Сэр, должен вам заметить… никто не покроет такую не­лепую ставку!

Сэр Ральф посмотрел злыми глазами на Карлингтона, кото­рый хитро разглядывал девушку из-под черных, как ночь, бро­вей. Возле левой руки маркиза лежала небрежно рассыпанная гора обрывков бумаг, на которых были написаны суммы выиг­ранных денег. Тут же стояла стопка монет, однако значитель­но больше гиней в беспорядке валялись на столе. Затуманен­ный винными парами мозг сэра Ральфа поразила мысль, что ему еще не доводилось видеть молодого маркиза в таком диком настроении. Морланд наклонился вперед и насмешливо осве­домился:

– Ну так покроете, милорд… или вы отказываетесь от этой ставки?

Глаза Карлингтона медленно повернулись к нему. Они не остекленели, как обычно бывает у очень пьяных людей, зато необычайно ярко блестели.

– Я… и отказываюсь?!

– Вот это настоящий игрок! – радостно закричал сэр Ральф. – Покрывайте, Карлингтон! Сколько, по-вашему, сто­ит эта негодница?

Мистер Уинтер крепко ухватился за спинку своего стула и с большим трудом произнес три слова:

– Милорд, вы п… пьяны.

– Пьян или трезв, но никто на свете не сделает ставку, ко­торую я не смог бы покрыть! – ответил Карлингтон. Его длин­ные пальцы нащупали кучу бумаг и смяли их в ком. Он толк­нул его вперед вместе со стопкой гиней.

– О Господи, Чарлз! – вскричал сэр Томас, хватая его за Руку, – Да ведь тут почти двадцать тысяч фунтов! Не теряй го­лову, приятель!

Карлингтон стряхнул его руку.

– Называйте число очков, Морланд! – сказал он.

– Семь! – ответил сэр Ральф и бросил кости на стол.

Маркиз Карлингтон рассмеялся, достал из кармана таба­керку и открыл ее.

– Пять! – сообщил мистер Шейпли, глядя на кости. Пока кости стучали в стаканчике, мисс Хелен Морланд ук­радкой бросила взгляд на стол. Ее брат собрал кости, потряс стаканчик и высыпал их на стол. Они покатились по сукну и остановились на пятерке и единице.

– Пятерка и единица! – выкрикнул мистер Шейпли взявший на себя обязанности крупье. – Пари, джентльмены! Кто хочет заключить пари?

Никто не ответил. Маркиз втянул в нос щепотку табака.

Кости были брошены в третий раз.

– Четверка и тройка! – объявил Шейпли. – Карлингтон, вы… вам сегодня чертовски везет!

Взгляд девушки на мгновение задержался на зеленом сук­не, на котором лежали кости, показывающие четверку и тройку. Потом она подняла их и посмотрела через стол на Карлингтона.

Маркиз вскочил на ноги и отвесил поклон.

– Мэм, я выиграл вас в честной игре, – заявил он и пове­лительно протянул руку.

Сэр Ральф, выпятив нижнюю губу, не сводил пристального взгляда с костей. Постепенно яркий румянец сошел с его щек, и он побледнел, как полотно.

Мисс Морланд, даже не посмотрев на него, обошла вокруг стола, сделала реверанс и положила свою руку на ладонь мар­киза Карлингтона.

Пальцы его светлости сомкнулись, и он мягко пожал ее руку.

– Похоже, сейчас самое время нам уйти, – беззаботно со­общил он. – Вы идете со мной, моя прекрасная девушка?

Впервые за все время мисс Морланд открыла рот.

– Конечно, иду, сэр, – совершенно спокойно ответила она, будто в происходящем не было ничего необычного. В глазах Карлингтона заплясали озорные огоньки.

– А вы знаете, что я пьян? – поинтересовался он.

– Да, я вижу, – кивнула Хелен, Маркиз затрясся от смеха.

– Клянусь, мне по душе ваша смелость! Ну тогда пошли!

Сэр Томас бросился было вперед, но тяжело рухнул на стол и, ухватившись за край, кое-как приподнялся.

– Черт побери, да вы сошли с ума! Ральф, так не годится… игра недействительна… шутка зашла слишком далеко…

– Или играйте, или платите! – покачал головой маркиз Карлингтон, и его губы искривила не очень приятная улыбка. Сэр Ральф поднял глаза и угрюмо посмотрел на сестру. Она задумчиво и равнодушно встретила его взгляд и повернулась к Карлингтону.

– Пожалуй, – спокойно заметила она, – я схожу за пла­щом, сэр, если мы собрались уходить.

Маркиз проводил Хелен до двери, открыл ее и громким го­лосом потребовал подать к крыльцу свой экипаж. Мисс Мор­ланд вышла из натопленной гостиной в холл и направилась к лестнице.

Через несколько минут девушка спустилась в плаще и шляпке, в руке она держала картонку. Сэр Ральф с хмурым видом стоял около маркиза в холле, прислонясь к двери. Мар­киз надел пальто с высокой талией, несколькими воротника­ми и большими, как кроны, перламутровыми пуговицами. На голове у него была касторовая шляпа с загнутыми полями, в руке он держал песочного цвета перчатки, сшитые в Йорке, а в другой – трость из черного дерева. Он отвесил мисс Мор­ланд еще один поклон, пока та неторопливо шла к нему через холл.

– Если ты сейчас уйдешь, клянусь Богом, ты больше ни­когда сюда не вернешься! – угрожающе заявил Ральф Мор­ланд.

Мисс Морланд протянула свою руку Карлингтону.

– Я и не собираюсь сюда возвращаться, – твердо ответила девушка.

– Я не шучу! – пригрозил Ральф.

– И мне не до шуток! – сказала Хелен Морланд. – Я про­была под вашей опекой три года, и с меня довольно. Да я скорее умру, чем вернусь в этот дом!

Морланд покраснел и обратился к маркизу.

– Вы совсем сошли с ума, если собираетесь увезти ее.

– Сумасшедший или пьяный, какая разница? – беспечно проговорил Карлингтон и открыл входную дверь. Сэр Ральф поймал сестру за плащ.

– Куда ты идешь? – закричал он. Карлингтон дико расхохотался.

– Мы едем в Гретну! – сообщил он, обнял мисс Морланд за талию, и вывел ее из дома в туманную зарю.

У крыльца их уже ждал фаэтон, запряженный четверкой лошадей. Форейторы сидели в седлах и дрожали от холода. Ла­кей сэра Ральфа открыл дверцу экипажа.

Студеный утренний воздух, как и следовало ожидать, мгно­венно подействовал на маркиза. Он покачнулся, и ему при­шлось схватиться за плечо лакея, чтобы удержаться на ногах. Однако это не помешало Карлингтону отвесить еще один по­клон мисс Морланд и помочь ей подняться в фаэтон.

Дом сэра Ральфа находился в Хэдли-Грин, так что маркиз приехал на игру из Лондона. Форейторы развернули лошадей на юг и собрались возвращаться в столицу. Получив приказ от хозяина ехать в Гретну-Грин, поначалу они сильно удивились и недоуменно уставились на него, растерянно мигая. Но когда при помощи лакея Карлингтон начал взбираться в фаэтон, фо­рейтор, сидящий на одной из передних лошадей, отважился за­метить, что до Гретны-Грин примерно триста миль и что его светлость совершенно не готов к такому длительному путеше­ствию.

– Гретна! – только и смог проговорить маркиз, вошел в фаэтон и рухнул на сиденье рядом с мисс Морланд.