— Но я не ненавижу ее, — шепотом сказал Генри.


Эмма посмотрела на него с удивлением.


— Я не могу ненавидеть ее, она была напугана.

— То, что она сделала с тобой… — сказала Эмма, — это неправильно, Генри… Я не могу представить каково это — быть в такой ситуации и осознавать, что все, что меня окружает — ненастоящее и лживое. Быть единственным человеком в городе, который взрослеет. Да, я определенно сошла бы с ума.


Генри кивнул, вытирая слезы рукавом.


— Но…

— Но ты любишь ее? — предположила Эмма.


Генри в подтверждение кивнул:

— Я просто был очень зол на нее. Я знал, что проклятие было реальным. Я знал, что она была Злой Королевой, а она отрицала это. Она убила шерифа Грэма и попыталась убить тебя. Она посадила Мэри-Маргарет за убийство!


Он тяжело дышал, но, тем не менее, продолжал:

— Когда ты разрушила проклятие, я был так зол на нее. Я знать и видеть ее не хотел.

— А сейчас? — опасаясь ответа, спрашивала Эмма.

— А сейчас я соскучился по ней, — обреченно прошептал Генри, не поднимая глаз на маму, — я видел ее дважды на этой неделе, и оба раза она меня проигнорировала. Видимо, она больше не любит меня и не хочет обо мне заботиться.

— Это неправда, — отрицала Эмма, — ей просто больно… как и тебе. Я думаю, что вам следует поговорить.

— Как я могу ненавидеть и любить ее одновременно? — в глазах Генри читалось искреннее непонимание.


Эмма сделала глубокий вздох, пытаясь объяснить:

— Малыш, это сложно объяснить. Эмоции — забавные вещи. Мы чувствуем себя сильнее с близкими людьми. Независимо от того, что они делают, иногда мы просто не можем действительно ненавидеть их. Это и есть признак хорошего человека.

— Я не чувствую себя хорошим человеком, — признался Генри.

— Генри, — серьезно сказала Эмма, отодвигаясь от него, чтобы посмотреть ему в глаза, — это общая ошибка: твоя, Реджины… и даже моя…

— А ты что сделала не так?!

— Я должна была попытаться помочь вашим отношениям, — призналась Эмма, — я не имела права позволять вам докатиться до такого.

— Я просто ей больше не нужен, — вздохнул Генри.

— О, это не так, Генри!


Телефон Эммы запищал, и она вздохнула, посмотрев на экран:


— Эээ, Генри?

— Да?

— Ты же знаешь про тушеное мясо, обещанное Мэри-Маргарет? — спрашивала Эмма.

— О, дааа… — вздохнул Генри.

— На самом деле никого мяса нет, зато есть вечеринка-сюрприз "У Бабушки", — призналась Эмма, улыбаясь. Она была счастлива, увидев такую же улыбку на лице Генри.

— Что, правда?

— Правда, — улыбнулась Эмма, — готов к ней?

Генри кивнул.

Глава 6

Два часа спустя закусочная гудела от веселья, а маски супер-героев пользовались бешеной популярностью. Эмма отошла на несколько шагов от веселящейся толпы, чтобы перехватить Бабушку, которая была в роли Железного человека, но в нее неожиданно врезался Человек-Паук.

— О, прошу прощения!

— Прости, Эмма! — Спайдермэн ответил ей женским голосом.

— Белль? — уточнила Эмма.

Белль сняла свою маску. Обе женщины рассмеялись.

— Эти маски удивительны!

— О, да. Я была Халком, но потом Дэвид отобрал ее у меня, чтобы напугать Мэри-Маргарет. Голд здесь? — поинтересовалась Эмма.

Белль покачала головой:

— Нет, он работает.

— Не слишком ли поздно для работы?

Белль пожала плечами.

— Там какие-то дела с Реджиной, — вздохнула Белль, — кстати, она здесь?

— Пока нет, но я надеюсь, что она придёт, хотя бы ради Генри…

Белль поморщилась.

— Ты думаешь, она не придет? — от зоркого взгляда Эммы не ускользнуло выражение лица темноволосой.

Брюнетка печально покачал головой.

— Я… я не должна ничего говорить…

Эмма потащила женщину за стойку, в сторону кухни.

— Скажи мне, — тихо, но настойчиво попросила она.

— Я действительно ничего не знаю, — возразила Белль.

— Это не так, я же вижу. Просто скажи мне, ладно?

Белль посмотрела на шеф-повара, а затем потащила Эмму к пожарному выходу.

— Ты никому не расскажешь?

— Я обещаю, — кивнула Эмма.

— Реджина приходила к Румпелю пару недель назад и что-то кричала о ее счастливом конце. Они думали, что там кроме них никого не было. Так что я зашла обратно в магазинчик, чтобы никто меня не заметил, и увидела, как она пускала в него файерболы. Реджина говорила, что Румпель должен ей, и что он снова разрушил ее жизнь. — Белль посмотрела по сторонам, чтобы убедиться, что их никто не подслушивает, — больше я ничего не расслышала, поскольку они очень громко кричали и разобрать что-то было просто невозможно. Затем я узнала, что Реджина решила отказаться от Генри. Я была в шоке, ведь все видели и знали, как она его сильно любит… — она на миг осеклась, но моментально исправилась, — то есть любила.

Девушка глубоко вздохнула, пытаясь сосредоточиться, и продолжила:

— С тех пор Румпель явно скрытничает, а я знаю, что что-то не так. Поэтому ночью я пробралась в магазин и увидела, как он варил зелье. Я поняла это, поскольку в воздухе витал специфический запах, который я ни с чем не спутаю. Я решила посмотреть в его книгу заклинаний и увидела там закладку. На странице был рецепт зелья памяти, и он выглядел очень сложным. Я подумала о том, что Румпель пытается помочь кому-то забыть очень близкого и дорогого человека.

— Реджина выпила зелье, чтобы забыть о Генри? — тут же предположила Эмма.

— Я не думаю, что все так просто, — пыталась объяснить Бель, — зелье не заставит тебя полностью забыть о человеке, оно просто притупит чувства. И Румпель сделал много такого зелья.

Эмма потрясённо смотрела на Бель.

— Я так сожалею, Эмма, — прошептала Белль, — как я и сказала… Я ничего не знаю наверняка. Это всего лишь мое предположение.

— Спасибо, — только и сказала блондинка, тут же ринувшись по аллее в сторону машины.

Она быстро завела двигатель, и помчалась к дому Реджины. На дорогу ушло в два раза меньше времени, чем обычно, потому что Эмма умудрилась совсем забыть об осторожности и нарушить все правила дорожного движения. Блондинка припарковала автомобиль недалеко от дома с номером 108. Прежде чем постучать в дверь, Эмма проверила, на месте ли Мерседес хозяйки.

Когда на стук никто не отозвался, девушка закричала:

— Реджина! Я знаю, что ты дома. Открой дверь!

Эмма потянула за ручку и удивилась, когда дверь открылась. Блондинка зашла внутрь и продолжала звать женщину:

— Реджинааа!

Темноволосая появилась из кухни:

— Тсс!

— Не смей одергивать меня! — кричала на нее Эмма. Она хотела высказать Реджине все, но заметила флакон серебристой жидкости и указала на него, — что это?


Брюнетка нахмурилась, а затем, посмотрев на флакон, попыталась схватить его, чтобы выпить. Но бравый Шериф быстро все поняла и сбила Реджину с ног. Лежа на ней, Эмма придавила Реджину всем своим весом, пытаясь отобрать флакон.

— Отдай мне это! — кричала на нее Эмма

— Слезьте с меня! — прошипела Реджина.

— Нет, пока ты мне его не отдашь! — прохрипела Эмма в ухо Реджине, но вдруг замерла от странного шума. Она остановилась, повернула голову, чтобы посмотреть наверх, и поняла, что именно оттуда исходят странные звуки. Звук был настолько нехарактерным для этого дома, что Эмма не могла сразу разобрать его. Но поняла, что это было похоже на плач ребенка.

— Реджина, — прошептала она, — что это?

— Это… — сказала Реджина, используя момент, чтобы оттолкнуть от себя Спасителя, — это моя дочь.

Глава 7

Эмма все еще сидела на полу, когда Реджина поднималась вверх по лестнице. Она смотрела с открытым ртом на брюнетку, пока та не скрылась из виду, а затем, покачав головой, вскочила на ноги и последовала за Реджиной.

Прихожая наверху была темной, но лучик тусклого света освещал ее из двери спальни Генри, которая была слегка приоткрыта. Эмма подошла к комнате и ахнула от шока. Спальня Генри не была больше его спальней. Весь декор был изменен на пастельно-розовый и желтый оттенки. В центре комнаты стояла белая кроватка, а рядом с окном стояло кресло-качалка, в которой сидела Реджина, убаюкивая малышку. Вдоль стены висели красивые деревянные инициалы «ГМ».

— Я не помню, чтобы приглашала Вас, — тихо, но в тоже время язвительно заявила Реджина, качая ребенка.

— Ты… Ты… как у тебя появился ребенок? — запиналась Эмма.

— Ну, у меня не было дружка-преступника, который смог бы мне помочь, так что мне пришлось пойти другим путем, — на вздохе произнесла Реджина, вынимая соску изо рта дочери.

— Ты ее удочерила? — Эмма все еще не могла отойти от шока.

— Очень проницательно, — прошептала Реджина, а затем обратилась к малышке, — ну разве она не умный Шериф?

— Когда?

— Фактически это произошло сегодня, — улыбаясь, сказала Реджина.

— Ты усыновила ребенка в день рождения Генри? — резко и с вызовом спросила Эмма.

Реджина посмотрела на нее.

— Вы или говорите потише, или я Вас сейчас выставлю на улицу. Вы ее итак разбудили, — прошипела женщина, а затем снова улыбнулась малышке, — она разбудила тебя, Грейс? Грубая Эмма разбудила тебя своими криками?


Эмма чувствовала, как ее ноги подкашивались от шока. Она снова начала рассматривать комнату.

— Где… где вещи Генри?

— В гараже, — ответила Реджина, — Я бы не выбросила их. Я подумала о том, что за ними все равно кто-то придет.