— Я тоже скучала по тебе, Ремингтон, — ответила я, прижимаясь к его телу. — Я очень сильно скучала по тебе.

Он замер, все его тело напряглось, как будто он собирался вскочить. Затем он вздохнул и снова прижался своими губами к моим. В этот раз поцелуй не был нежным. Наши зубы сталкивались, это была дуэль языков, наказывающая и прощающая, страстная и отчаянная, словно его губы на моих — это единственное, что может помочь ему выжить. Он качнул бедрами, вжимаясь тазом в меня. Я широко развела ноги, обхватила ими его за талию и сомкнула щиколотки за его спиной. Его язык погрузился в мой рот, возбуждая со свойственной ему дикой страстью.

Почему я должна оставаться вдали от него? Я хочу его так чертовски сильно.

Он отстранился, и, не снижая темпа, схватился за край футболки и стащил ее с себя, отбросив через плечо. Затем поднялся с кровати и расправился со своими джинсами, за которыми последовали его черные боксеры.

Его член выпрыгнул на свободу, я застонала и начала извиваться на кровати. Он был таким, каким я его помнила, когда впервые увидела полностью обнаженным после сеанса позирования.

Я рассматривала его сквозь ресницы.

— Боже, какой ты сексуальный. Хочу облизать каждую частичку твоего крепкого тела.

Он схватил свои джинсы с пола, вытащил из бумажника презерватив и швырнул его на ночной столик у кровати.

— Я так скучал по тебе, прости, если терпение не будет сегодня одним из моих достоинств. Хочу оказаться в тебе как можно скорее.

Я задрожала, его слова зажгли во мне пожар.

— Я тоже сейчас не чувствую себя слишком терпеливой. Хватит разговоров, иди сюда.

Его глаза изумленно распахнулись, и он одобрительно улыбнулся. Мне показалось, что я готова вспыхнуть от желания. Я наблюдала, как он зубами разорвал упаковку и натянул презерватив на свой твердый член, двигая рукой вверх-вниз по нему. Я не могла оторвать от него глаз.

Самое сексуальное, что я когда-либо видела.

— Безумно хочу заняться с тобой любовью, Селена, но не могу. Сейчас я хочу трахнуть тебя жестко и быстро, окружить себя тобой.

— Возьми меня как тебе хочется, Ремингтон. Я тоже хочу тебя, любым способом, каким смогу получить.

Он зарычал, очевидно, довольный моими словами, и затем улыбнулся.

Боже, какой он сексуальный.

Я вцепилась в простыни, чтобы не наброситься на него. Кровать прогнулась, пока он продвигался ко мне, и остановился, только когда оказался на мне. Раздвинув мои бедра, он устроился между ними. Его рука скользнула между нашими телами, он взял в руку свой член, направил его к моему входу и без предупреждения ворвался в меня, заставив мое тело выгнуться дугой.

— Ремингтон!

Он согнул руки, и опустил свое тело на меня. Тяжело дыша, он зарылся лицом в любимое им место на моей шее.

— Я сделал тебе больно? — его голос звучал напряженно.

— Нет! Нет. Ты просто застал меня врасплох, вот и все, — ответила я, стараясь выровнять дыхание. Я думала, мое сердце взорвется оттого, что так бешено бьется. — Боже, мне нравится, как ты заполняешь меня. Так хорошо. А теперь начинай двигаться, или потеряешь баллы, Сен-Жермен.

Он усмехнулся, и этот хриплый смешок звучал очень развратно и божественно одновременно.

— Как пожелаешь, ma belle.

Своими словами я разбудила демона. Он приподнялся на руках и начал вбиваться в меня. Внутрь, наружу. Внутрь, наружу. Он рычал. Я стонала. Он мычал. Я кричала. Затем его губы накрыли мои, вдыхая мои вдохи, выдыхая мне в рот. Его язык требовал и успокаивал, заявлял свои права и ласкал. Я отвечала ему взаимностью, позволив себе делать то, что хочу. Я чувствовала себя свободной и безумно желанной. Он оторвался от моего рта, замедлил толчки и протянул одну руку к моей груди, массируя и перекатывая сосок между пальцами. Перешел ко второму соску, повторяя те же движения, а затем прижался своими порочными губами, вбирая его в рот.

Это был в десять раз более напористый Ремингтон, и мне это нравилось. Мне нравится эта страсть, переплетенная с отчаянием.

Внизу живота начало зарождаться напряжение, посылая дрожь удовольствия вниз по спине до самых кончиков пальцев.

Казалось, Ремингтон почувствовал это. Он оторвался от моей груди, уперся руками по обе стороны моей головы и снова начал двигаться. Его размеренные движения стали хаотичными, и я поняла, что он больше не может сдерживаться.

Мысль о нем, теряющем самообладание, и осознание того, что я причина такого его состояния, подтолкнула меня к краю. Я кончила, громко и беспрерывно выкрикивая имя Ремингтона, пока он продолжал вдалбливаться в меня. Он врезался раз, другой и кончил, до конца погрузившись в меня, выкрикивая мое имя. Он наклонился ко мне и нежно поцеловал в губы, зарывшись рукой в мои волосы и легонько потянув их.

Ремингтон скатился с меня, снял презерватив и отправился в ванную, чтобы избавиться от него. Несколько секунд спустя он вернулся, забрался под простыни и прижался ко мне, повторяя мою позу. Одной рукой он обхватил меня за талию и прижал спиной к своей груди. Он сжал мое бедро, вздохнул и скользнул ладонью по животу, останавливаясь на шраме.

Я удовлетворенно улыбнулась.

— Это было потрясающе.

— Феноменально, — он поцеловал меня в плечо, а его большой палец рисовал крошечные круги на моей коже.

Я закрыла глаза, убаюканная его ласками и теплом наших тел. Знаю, ему было любопытно, судя по тому, как его ладонь поглаживала шрам под тату. Я кашлянула, вжимаясь глубже в уютное кольцо его рук, и собираясь с духом для того, что я собиралась рассказать. Единственными с кем я говорила об этом, были мой терапевт и моя семья. Да, и Грейс. Я рассказала ей, что случилось, когда решила вернуться в модельный бизнес.

Я открыла рот, собираясь заговорить, и закрыла его. В горле пересохло.

Боже, пожалуйста, дай мне сил.

— Эм… около трех лет тому назад я… потеряла ребенка, — я быстро выпалила эти слова и еще крепче прижалась к нему. Рука, поглаживающая мой живот, замерла. Я накрыла его руку своей и забрала немного его силы в себя, позволяя себе вернуться в тот день, который изменил мою жизнь самым невероятным образом. Я никогда в жизни не ощущала себя так одиноко, и мне стало интересно, случалось ли что-то в жизни Ремингтона и Адриана, что изменило ее так же, как изменилась моя.

— Я была на седьмом месяце беременности, когда это случилось. Какое-то время я чувствовала себя нехорошо, и доктор прописал мне постельный режим на шестом месяце. Джеймс в то время постоянно был на работе. В общем, однажды я проголодалась и чувствовала какую-то тревогу, поэтому решила спуститься вниз и перекусить. На полпути к кухне, я почувствовала неожиданную боль в животе и прежде, чем успела что-то понять, упала с лестницы. Когда очнулась, я была в больнице, и уже не была беременна, — я с трудом сглотнула, пытаясь избавиться от комка в горле, и вздрогнула, когда вспомнила, как пришла в себя в больнице и как моя ладонь двинулась туда, где должен был быть мой живот, а наткнулась на пустоту.

Печаль угрожала поглотить меня, поэтому я часто и глубоко задышала. Я сильная. Я научилась справляться с этим за прошедшие годы. Я могу сделать это.

Ремингтон крепче обнял меня, притягивая ближе, и переплел свои ноги с моими.

— А где был он? — спросил он так, словно ему с трудом удалось выдавить из себя эти звуки. — Твой… этот Джеймс?

— На работе. Он стремился стать партнером в юридической фирме, в которой работал.

Ряд проклятий сорвался с губ Ремингтона.

— Он оставил тебя одну и подолгу работал, когда тебе было плохо? Что за ублюдок мог поступить так?

Ублюдок, который изменял мне с моей лучшей подругой практически с первого дня нашей свадьбы, вот какой ублюдок. Я уставилась на стену напротив меня, стараясь не расплакаться. Я делала это каждый раз, когда рассказывала, что случилось. Но сейчас…

— Мне жаль, — пробормотал Ремингтон, поворачивая меня и глядя мне в лицо. — Мне очень жаль, Селена, — он провел пальцами по моим щекам, и я поняла, что плачу. Я пролила достаточно слез за прошлые три года, которые, как мне казалось, не оставили ничего во мне. Он прижал меня к своей груди, и я уткнулась головой ему в подбородок, наслаждаясь его силой и теплом.

— Спорим, ты и не думал, что сегодняшняя ночь станет ночью признаний?

Рукой он выводил круги на моей спине.

— Мне было интересно узнать про шрам, но я знал, что ты расскажешь мне, когда будешь готова.

Мы остались в этой же позе. Две души, запертые в пузыре близости. Словно демоны, владеющие нами, узнали друг друга и вместо того, чтобы разжечь пожар, они погасили его, утихомирили и успокоили. Впервые за долгое время я почувствовала, как покой овладевает мной. Я действительно могла бы привыкнуть к этому.

Глава 4

Ремингтон


Я встал с кровати и сразу же почувствовал, как мне не хватает тепла тела Селены. Боже, она настоящая красавица как снаружи, так и внутри. Но я не мог оставаться в постели дольше. Вчера вечером я пообещал Адриану, что отвезу его сегодня в детский сад. Я пошел в душ и спустя двадцать минут вышел из ванной, и все мои мысли были заняты женщиной, спавшей в постели.

Я подобрал свою одежду с пола, затем повернулся к Селене и одевался, пожирая ее глазами. Не думал, что мне будет приятно наблюдать, как кто-то спит, если это не Адриан. Но вот она передо мной: лежит на животе, скрестив руки над головой, на ее губах блуждает умиротворенная улыбка, а белые простыни прикрывают ее прелестную попку. Мой взгляд прошелся по ее стройным бедрам, спустился ниже, туда, где ее ноги скрещены в лодыжках, и мой член напрягся от желания снова глубоко погрузиться в нее.