Разрисую красками любовь

София Чайка


Современный любовный роман

Романтическая эротика


Первая любовь у каждого своя.

Размеренная жизнь старшеклассницы закончилась, когда на каникулы к директору школы приехали внуки.

Девушка неожиданно оказалась в центре внимания жителей провинциального городка, а затем и скандала.

От отчаяния и стыда ее спасала любовь — первая и нежданная, да еще родные.

Выдержит ли хрупкое чувство незаслуженное презрение любимого, долгую разлуку и другую женщину?


История из жизни Арины Горенко, полная внезапных поворотов, трудностей и переживаний.

Книга о настоящей любви, которая преодолевает все препятствия.


В тексте есть: интриги и тайны, любовный треугольник, любовь и романтика

Ограничение: 18+

1 глава


"На улице август, а жара, как на пике лета. Солнце почти в зените. Освещение изменилось. Пора прекращать работу. Жаль".

Отойдя от мольберта на шаг, затем еще на один, Арина критически оценила картину: мальвы удались — высокие, горделивые, с яркими малиновыми цветами, розовыми бутонами на верхушках и сочными зелеными листьями. А вот гладиолусам чего-то не хватало.

Девушка задумалась, привычно смешивая краски — охру и кармин. Ей нравились яркие цвета. Они оживляли ее жизнь и работы, созданию которых Арина посвящала почти все свободные часы.

Ираида Силантьевна, учительница рисования Любашевской средней школы, мечтала, чтобы девушка поступила в Национальную академию изобразительного искусства и архитектуры.

Удастся ли пробиться в престижный вуз без нужных знакомств? Хватит ли для этого одного таланта? Сомнительно. Даже если случится чудо, и приемную комиссию удовлетворят результаты экзаменов, она не сможет оставить дедушку на долгих пять лет, приезжая лишь на каникулы.

Безусловно, Николай Васильевич Горенко, бывший начальник местного отделения милиции, в свои шестьдесят с небольшим вполне может позаботиться о себе и сам. Да что там, он фактически воспитывал Арину последние пять лет, но уборкой, стиркой и приготовлением еды девушка принципиально занималась сама, и в свои шестнадцать уже могла считаться асом в домашних делах. Своим яблочным штруделем она по-настоящему гордилась. Конечно же, молча.

Его приготовлением она и собирается заняться, как только отнесет мольберт в дом и вымоет руки. Яблоки очищены, тесто стоит в холодильнике, так что…

— Очередные цветочки.

С выпечкой придется подождать.

— Угу. И как тебе?

Арина не обернулась. Клара Петрук, школьная подруга, откровенно не одобряла увлечение Арины, особенно после того, как девушка отказалась написать ее портрет. Арина представила, как Клара поджимает розовые, красиво изогнутые губы, затем хмурится и тут же разглаживает складки. С некоторых пор подруга опасалась возможных морщин. Это в восемнадцать-то лет. Однако критиковать ее Арина не торопилась, поскольку и сама считалась не от мира сего.

— Простоваты. Рисовала бы лучше розы.

— Слишком обычно.

— Думаю, мужчины с тобой не согласятся.

— Мне нет до них дела.

Кроме дедушки, но он родственник, а значит, не в счет.

— Зато мне есть.

Кто бы сомневался? Во всяком случае, не Арина.

Вздохнув, она сложила мольберт и потащила снаряжение в дом. Кажется, ей придется выслушать очередную историю о парнях. Клара говорила только о них, если не считать мелочей, призванных делать ее неотразимой в глазах сильной половины человечества.

Смирившись с неизбежным, Арина впустила подругу в дом. Она давно перестала задаваться вопросом, почему при кардинально противоположных взглядах на жизнь они до сих пор общаются, к тому же весьма активно.

Клара уверенно прошествовала в гостиную и плюхнулась на видавший виды диван, застеленный клетчатым пледом. Намыливая руки, Арина слышала, как подруга ругает телевизионный пульт.

Батарейки! Она забыла их купить.

Сняв передник, который надевала, чтобы не испачкать красками платье, Арина налила в два стакана холодный лимонад и направилась в комнату. Протянула подруге одну из мгновенно запотевших емкостей и устроилась в кресле, поджав под себя ноги.

— Хорошо! — Клара закрыла глаза, тая от удовольствия. — В жару лучшего не придумаешь.

— Рецептом поделиться? Четыре лимона…

— Нетушки. Не надо мне этого. Еще год школьных мучений, и я укачу в город. Встречу там богатого красавца и заживу припеваючи.

— Богатый, да еще красавец. Не много ли требований?

— А еще молодой и сексуальный.

— Ага, как же. Чтобы все это существовало в комплекте, мужчина должен быть наследником миллионера. Да еще питаться воздухом, раз ты не собираешься готовить.

Клара вытянула длинные ноги и потянулась, словно красивая, холеная кошка.

— Какая же ты глупая, Арина. Я найму кухарку. А еще существуют рестораны с салфетками в специальных кольцах, шампанским в ведерках и услужливыми официантами.

— А чем станешь заниматься ты?

— Пока не решила. Вначале получу какой-нибудь диплом, а уж после шикарной свадьбы и медового месяца на крутом курорте…

— Все уже распланировано? И дети тоже?

— Настолько далеко я не загадываю. Да и случится все это нескоро. В нашем городе миллионеры не водятся, поэтому пока веселюсь, как умею. Кстати, сегодня в школе дискотека. Зайду за тобой в шесть.

Арина поморщилась. Идти никуда не хотелось. Она с удовольствием посидела бы дома, с дедушкой, посмотрела телевизор, выслушала, как прошел его день, приготовила ужин, почитала. Возможно, к ним в гости на чай заглянет Ираида Силантьевна Ковалева. Живет она в двадцати метрах, в соседнем доме, вместе с сыном, и часто заходит к ним на огонек.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍В этом году Олег Ковалев окончил школу и поступил, как и мечтал, в ветеринарный техникум. Он уедет на учебу в сентябре, но сегодня, скорее всего, тоже отправится на дискотеку. Ведь там появится Клара, к которой парень давно неровно дышит. Девушка об этом знает, но лишь насмехается над ним, что неудивительно. Этот нескладный парень недостижимо далек от идеала красоты и первого миллиона.

— Не люблю я этого, ты же знаешь.

— Тебе трудно постоять рядом, просто за компанию? Танцевать совсем не обязательно.

— Тогда зачем идти?

— Я же говорю: за компанию.

— Возьми с собой Олега.

— Разбежалась. Если явлюсь туда с парнем, то не смогу заигрывать с другими. Я — приличная девушка.

Арина попыталась вспомнить, кем интересовалась подруга в последнее время, но на ум ничего не приходило. Либо она невнимательно слушала традиционные побасенки Клары, либо…

— Кстати, а почему дискотека в школе, а не в клубе?

Подруга взбила черные кудри и улыбнулась своей коронной коварной улыбочкой.

— Вот мы и подобрались к самому главному. — Выдержала паузу и торжественно объявила: — В город приехали братья Барабаши.

Знакомая фамилия. Вот только, где она ее слышала?

— И что?

— Арина, ну разве можно так тупить? Антон и Макар — внуки нашей директорши.

— Джулии Рудольфовны?

— Естественно. Эти красавчики — единственные дети, в которых Лужицкая души не чает. Остальные для нее — дьявольские отродья.

Арина вспомнила, каким взглядом обычно смотрит на нее — если смотрит — директор школы, и поежилась. Пожалуй, тут подруга права.

Наконец все встало на свои места. Сегодня Клара выходит на охоту и хочет, чтобы кто-то прикрывал ее спину. Эту миссию она могла доверить единственному человеку — своей невзрачной и немногословной подруге.

Арина не обольщалась насчет своей внешности. Прямые рыжеватые волосы, скуластое лицо с россыпью веснушек, худощавая мальчишеская фигура больше подходили подростку, чем юной девушке. Лишь огромные глаза да широкий рот привлекали к себе внимание. Хотя дедушка и говорил, что ее время еще не пришло, Арина не сомневалась, что за него молвит родительская любовь.

Лучшего фона для яркой Клары не придумать. Арина подозревала, что именно по этой причине та с ней и дружит, но не обижалась. Неиссякаемый оптимизм, большое самомнение, а еще умение быть в курсе всех событий делали Клару неординарным собеседником. Она веселила Арину и отвлекала от добровольного заточения в маленьком мирке, который девушка для себя создала.

Она огляделась по сторонам: в комнате — порядок, за окном висит выстиранное белье, с живописью придется подождать до завтра, даже еда почти готова. Остальные отговорки, вроде чаевничанья с учительницей рисования и чтения книг, на Клару не действовали, не говоря уже об общении с дедушкой.

— Мне еще штрудель печь.

Клара закатила глаза.

— Успеешь до шести. Краситься и прическу делать все равно не станешь.

Последний аргумент действительно выглядел неубедительно. Подруга слишком хорошо ее изучила. Посему Арина решила, что один вечер она может провести вне любимого дома, в котором ей спокойно и уютно — хотя бы для разнообразия.

* * *

Они едва успели войти, а Арине уже хотелось умчаться оттуда немедля — туда, где ритм не бьет по мозгам, как кузнечный молот. Девушка заставила себя остаться. После того, как ее поприветствовало столько знакомых, побег будет смотреться, по крайней мере, комично. К тому же Клара крепко держала ее за руку, будто чувствовала неуверенность и желание подруги сбежать.