– Я должна?.. – спрашивает она.

Почти сразу же киваю, и тогда маленькая часть меня задается вопросом, должна ли я... Что, если он все еще... Нет... Я с трудом сглатываю. Подруга нажимает кнопку, чтобы открыть дверь, и мы обе спускаемся вниз.

В то время пока движемся по лестнице, он уже внутри, неловко стоит у двери, опустив плечи и засунув руки в карманы. Когда его глаза встречаются с моими, я могу читать их с другого конца комнаты, и мое сердце сжимается в груди. Напряжение в комнате настолько велико, что, кажется, его можно разрезать, а невысказанные слова зависли в воздухе. Ему не нужно говорить, я и так знаю, что это Крис. Он единственный, кто носит чувство вины на шее, как галстук, и извинение глазах. Я облегченно вздохнула, когда мой взгляд скользнул по его футболке и джинсам. Если бы он был в костюме, я бы просто потеряла сознание.

– Привет, – говорит Хиллари прежде, чем кто-либо из нас делает это.

– Привет, Хиллари, – он слабо улыбается ей.

Подруга смотрит между нами и накручивает прядь своих волос на палец.

– Эмм... Эйдан в машине, – говорит ей Крис, плотно сжимая губы.

Она бросает взгляд в мою сторону, чтобы попросить разрешения уйти, и я киваю, давая ей понять, что все в порядке.

– Круто... Пойду поздороваюсь.

Я скрещиваю руки на груди, чувствуя, что если этого не сделаю, то мое сердце вырвется и прыгнет в его объятия, и прямо сейчас оно не может взять инициативу на себя. Мой разум должен быть в полной боевой готовности.

– Ты не приехала в больницу, – тихо говорит он. Я виновато опускаю глаза и отмахиваюсь от извинений, пытающихся вырваться. – Не то чтобы я тебя виню, – быстро добавляет он. Крис медленно приближается ко мне, но останавливается на расстоянии вытянутой руки. – Не могу не извиниться за то, что здесь произошло... – его голос дрожит и полон эмоций.

Я делаю глубокий вдох через нос и упираюсь взглядом в пол, потому что, если посмотрю на него, то могу сделать глупые вещи, например, сказать ему, что все в порядке, когда это совершенно не так, или обнять, когда ничего не решено.

– Ты не заслужила этого... Ты не заслуживаешь ничего из случившегося, – тихо продолжает Крис. – Я видел видео и... Если бы я мог что-то изменить, то было бы это... – говорит он слабым голосом.

Я чувствую, как на глаза наворачиваются слезы.

– Коллин принял... – он глубоко вздыхает через нос. – Я... Я принял таблетки, слишком много и они дали побочные эффекты, ну, ты видела, – объясняет он. Я медленно перевожу взгляд на его лицо. – Я надеялся, что все это сработает, что я смогу решить все сам. Но вчерашний вечер показал мне, что то, что я делаю, не работает, этого недостаточно, и когда я увидел, что сделал с тобой... – он стискивает зубы. – После того, что случилось с Кэлом и Клейтоном, мне следовало бы знать, что это нечто большее, чем я могу вынести, – он прочищает горло, и мне кажется, что мое сердце вот-вот разорвется. – Но видеть, как я поступаю так с теми людьми... С тобой... – мужчина качает головой, и я вижу, как его глаза наполняются слезами.

Я позволила своему льду немного расколоться и пересечь воображаемую линию между нами, чтобы взять его за руку.

– Ты был не в себе, – говорю я ему, а его брови хмурятся. – Мы пройдем через это, – беру его другую руку в свою, и его большие ладони обхватывают мои.

– Вот видишь, в чем дело. Я больше не могу так с тобой поступать.

Каждый мускул в моем теле напрягается, он, должно быть, чувствует и крепче сжимает мои руки. Это жутко напоминает то, как много лет назад, я в тот фатальный день встретила Кэла в нашем доме, когда все должно было быть хорошо, но изменилось в одно мгновение. Я отгоняю эти мысли прочь.

– Ты будешь видеться с Хелен чаще... Мы позаботимся о том, чтобы ты больше не принимал таблеток, мы проведем консультации, сколько потребуется, и ты сможешь уйти в отпуск на работе, на нужное время. Мы даже можем вернуться в Мичиган с твоими родителями... – мои слова вылетают со скоростью мили в минуту, и, когда он сжимает губы и берет мое лицо в свои ладони, у меня перехватывает дыхание. Я вижу ответ в его глазах задолго до того, как слова достигают его губ.

– Нет, – его слова коротки, но самые болезненные, что я когда-либо слышала.

Это как нож в сердце. Его глаза встречаются с моими, и его лицо расплывается от накопившихся слез.

– Нет? – спрашиваю я его, мой голос срывается, а тело начинает дрожать. Он слегка качает головой. – Что ты такое говоришь? – спрашиваю его, отстраняясь. – Ты больше так со мной не поступишь. Ты не можешь, Крис.

Знаю, что сейчас это нечестно – натравливать его на Кэла, но я не могу позволить себе играть честно. Я не могу потерять его. Я сделаю все возможное, чтобы заставить его изменить направление, в котором все это движется. Он отводит от меня взгляд, а когда поднимает глаза, я вижу, как по его щеке скатывается одинокая слеза.

Мое сердце рушится, и я начинаю чувствовать онемение во всем теле.

– Пожалуйста... Пожалуйста, не делай этого.

– Лорен... – говорит, отворачиваясь от меня, и замечаю, что он колеблется.

Я хватаюсь за него.

– Нет, ты не можешь, – умоляю я жалобно, отчаянно, слезы душат слова.

За мгновение до того, как он вошел, я не была уверена, что смогу пройти мимо того, что произошло. Я не видела другого выхода, но теперь, несмотря на свой гнев и тревогу, я понимаю, что нет другого способа двигаться вперед без него. Я не могу представить свое будущее по-другому.

Его тело напрягается, и когда он оборачивается, берет мое лицо в свои руки и заставляет меня посмотреть ему в глаза, я вижу его – Кэла. Хватаю ртом воздух, как будто тону. Я тону.

– Кэл, нет! Нет! Ты не можешь так поступить со мной! – мой голос резок, но слаб, наполнен жгучими слезами.

– Мы должны это сделать, детка. Для тебя. Для тебя и Кэйлен, – говорит он, его глаза печальны, голос тверд, а выражение лица решительно.

Я слабею, мое тело обмякает, и он, должно быть, знает об этом, потому что ловит меня прежде, чем я упаду, и подхватывает на руки.

– Не опять, не снова, Кэл. Я... Я не могу потерять тебя снова. Нет, я не хочу. Если ты любишь меня, ты не уйдешь, – я сейчас так сильно плачу, что чувствую биение его сердца, пока рыдаю ему в грудь.

– Я делаю это потому, что люблю тебя... Я вернусь. Я обещаю, – шепчет он мне на ухо. Я сжимаю его рубашку в руках и пытаюсь отдышаться.

– И как долго? – спрашиваю я сквозь всхлип.

– Столько, сколько потребуется, – отвечает он, и я чувствую, что моя воодушевленность начинает разрушаться.

– Я не буду просить тебя ждать, – говорит он с тихой силой в голосе. Я отстраняюсь от него, гнев подпитывает меня.

– Ты не попросишь меня ждать? Как это галантно с твоей стороны! – я сердито выплевываю, но это проходит в считанные секунды. – У меня нет выбора. У меня никогда не было выбора. Другого выхода нет! Ты забрал мое сердце в тот день, когда я влюбилась в тебя! – я плачу. – А как же я, по-твоему, буду жить без него?! – говорю ему, прежде чем снова разразиться рыданиями.

Его руки обнимают меня, и мужчина держит меня, но если это не навсегда, то ненадолго. Я закрываю лицо руками. Он нежно целует их.

– Когда я вернусь, то буду тем человеком, которого ты заслуживаешь.

Не знаю, сколько времени пройдет, прежде чем он покинет меня, но я знаю, что моя душа уйдет вместе с ним.

– Мои родители знают, где я буду, но не приходи ко мне, Лорен. Нам... Мне нужно привести себя в порядок, – его голос суров, но кое-как удается быть нежным.

Я боюсь поднять на него глаза.

– Разве я делаю тебе хуже? – мой голос дрожит.

Его губы прижимаются к моим, они такие мягкие и нежные, что на секунду я забываю о боли и опустошении, в центре которого нахожусь.

– Ты заставляешь меня хотеть стать лучше, – его руки снова обнимают меня, и я знаю, что это будет наше последнее объятие, перед...

Я не знаю, когда именно. Все мое тело болит – во мне нарастает гнев, отчаяние и недоумение.

– Я люблю тебя больше, чем свою собственную жизнь... Ты справишься с этим, – говорит он мне, и я горько смеюсь, когда он отпускает меня, дежа вю.

– Потому что я должна это сделать? – бормочу я, прежде чем он выходит за дверь. Мужчина останавливается и поворачивается ко мне.

– Потому что мне нужно, чтобы ты это сделала, – и с этими словами он уходит.


***


Крис


– Вот мы и здесь.

Кэл стоит в том же дверном проеме, скрестив руки на груди, с отсутствующим выражением на лице, но я знаю, что он чувствует, точно то же, что и я, покинув женщину, которую мы любим больше всего на свете. Мы заблудились, отчаялись и злы. Мы заключили эту сделку в последний раз, когда говорили о том, что он придет, когда я буду в нем нуждаться, но я поверил ему на слово с долей сожаления, так как он все еще не поделился своими воспоминаниями. После всего, что случилось, я не уверен, что они просто не приняли меня или я не принял бы их, но... Нас объединяет она.

– Я же говорил тебе, что этот сукин сын совсем рехнулся, – ворчит он.

Я не обращаю внимания на его слова.

– Отлично, так что ж теперь с твоего «я же говорил»? – спрашиваю его.

Кэл подходит к столу и выдергивает из-под него стул, чтобы сесть.

– Так что же нам теперь делать, раз уж мы в загородном клубе для сумасшедших? – спрашивает он.

– Мне нужно, чтобы ты поговорил с Коллином, – говорю я ему, а он смеется.

– Ты же не хочешь, чтобы я это делал, – его голос звучит злобно тихо.