Он снова и снова дразнит меня своим языком, подводя меня так близко к краю, что я отчаянно нуждаюсь в том, чтобы он дал мне кончить. Но несмотря на это, он не собирается позволить этом случиться. Он поднимает голову и с большим благоговением, с которым я когда-либо сталкивалась в своей жизни, произносит:

- Скажи, что это тело мое.

Я киваю, потому что задолго до этого момента приняла это решение.

– Оно твое.

Из Истона вырывается рычание, когда он зубами царапает мою кожу, покусывая в наиболее чувствительных местах. Руками он мнет мою попу, доводя до точки, когда я готова взорваться под ним. Как только его язык входит внутрь меня, моя спина выгибается над кроватью. Его ласки настолько медленные и такие мучительные, что я едва могу их выдерживать.

Но затем он начинает посасывать мой клитор, и я пропадаю. Как будто я прыгаю со скалы, всю меня сотрясает такое количество наслаждения, я даже не представляла, что такое возможно, и отдается по всему моему телу, попадая во все нужные точки одновременно.

У меня занимает несколько секунд, чтобы прийти в себя и отдышаться, но как только я спускаюсь с небес, я медленно поднимаюсь и тянусь к поясу на его джинсах. Он отталкивает мои руки, но я не принимаю «нет» в качестве ответа.

 – Истон, позволь мне.

- Ларк, это было только для тебя.

Я тяну его за футболку к себе, пока его лицо не оказывается в дюйме от моего.

– Нет, это все для нас.

Мы продолжаем смотреть друг другу в глаза, но в этот раз, когда я тянусь к нему, он не пытается меня остановить. Дрожащими пальцами я берусь за кнопку на его джинсах и расстёгиваю ее. Я не спешу, убеждаясь в том, что дарю ему тоже самое количество мучительного предвкушения, когда медленно тяну молнию вниз. Стоит такая тишина, что можно слышать, как разъезжаются металлические части.

Расстегнув джинсы, я просовываю руки внутрь, спуская джинсы по его заднице и зацепляюсь большими пальцами за его боксеры, стягивая их вниз, пока они не опускаются достаточно низко, чтобы освободить его. Я могу взять его в рот прямо так, но я лишь провожу языком по его головке, и опускаюсь перед ним на колени.

- Ларк, - предупреждает он. Я обожаю каждую секунду его терпения на грани.

- Я хочу почувствовать твой вкус.

Со сжатой челюстью он произносит:

 - У тебя есть около тридцати секунд перед тем, как я брошу тебя на эту кровать.

- Не думаю, что этого времени достаточно для того, что я задумала. Но, может быть..., - задумываюсь я, снова обводя языком вокруг головки, дразня его круговыми движениями. - …может быть, у меня получится.

Он рычит, как только я беру его в рот, а его головка ударяется о заднюю стенку моего горла. Это все, что он позволяется мне сделать, прежде чем вытаскивает из моего рта, поднимает меня и швыряет на кровать, как и обещал. Мгновенно, он оказывается надо мной с вздымающейся от желания грудью.

- В любой другой день я бы позволил тебе наслаждаться мной столько, сколько хочешь, но я больше не могу ждать ни минуты, мне нужно быть внутри тебя, Ларк. После того, что сегодня произошло.

За секунду моя потребность в нем исчезает, заменяясь только лишь на сожаление. Я отворачиваюсь от него, стыдясь того, насколько была бездушна к его чувствам.

– Мне жаль, - снова извиняюсь я, каждый раз имею в виду еще большее сожаление, чем в предыдущий. Мне нужно, чтобы он понял, насколько я искренна в своих чувствах, так что я показываю это единственным способом, который могу придумать. Я оборачиваю ноги вокруг его талии, притягивая ближе к себе, пока конец его члена не располагается напротив моего входа. Один небольшой толчок, и он оказывается внутри меня, там, где я нуждаюсь в нем.

Наша физическая связь никогда не была слабой. Уже в первый раз стало ясно, что мы способны на большее. То, чем мы занимаемся, больше, чем просто секс. Это больше, чем случайная связь. И это больше, чем я когда-либо думала возможно.

- Блядь, Ларк. Мне всегда будет тебя мало, - говорит он, медленно раскачивая бедрами, внутрь меня и наружу.

Я наблюдаю, как с каждым толчком напрягаются мускулы на его шее и груди. Я разглядываю его пресс и чернила на руках. Я ощущаю каждый его дюйм, но подобно неразгаданной истории, написанной на поверхности всего его тела, я не имею понятия, кто на самом деле такой Истон Бэк. Меня пугает, что один мужчина может заставить чувствовать себя настолько невероятно, но все может оказаться только иллюзией. Я отдаю ему всю себя, но я все еще нуждаюсь в большем. Я нуждаюсь в эмоциональной связи, которая будет столь же сильной, как и физическая. И я понятия не имею, как мне это получить.

- С тобой все хорошо?

Я киваю.

 - Все хорошо.

- Потрогай себя, - шепчет он. - Позволь мне видеть тебя.

Он наблюдает, как я провожу руками по своей груди, прищипываю себя за соски, после чего прокатываю затвердевшие бутоны между пальцами.

- Так?

- Да, именно так.

Насладившись зрелищем, он хватает мои запястья правой рукой и пригвождает их у меня над головой. Исчезает карающий ритм, с которого он начал, и его место занимает более чувственный Истон. Он раскачивается медленнее, внутрь и наружу, с определенной целью, но без спешки.

Наши глаза встречаются, когда он располагает руку между нашими телами. От одного его взгляда у меня перехватывает дыхание, и я полностью теряюсь в нем, в то время, как он крошечными кругами водит вокруг моего клитора. Я не могу пошевелиться, хотя и абсолютно свободна. Я нахожусь во власти Истона и нет другого места, где бы я сейчас хотела находиться.

Через несколько секунд я кончаю во второй раз, распадаясь на части. Пока я сжимаюсь вокруг него, его темп снова ускоряется. Расположив ладони по обе стороны от моей головы, он, сжав зубы так сильно, что я могу слышать их скрежет, входит в меня последний раз.

- С тобой все хорошо?

- Да.

- Не так я хотел это сделать.

Я ухмыляюсь, понимая, что он имеет в виду. Он планировал обращаться со мной, как с пострадавшей хрупкой девушкой – неторопливо, заботливо и очень осторожно.

- Любой другой вариант был бы ужасным, - шучу я.

- Да?

- Худшим.

На этот раз Истон, наконец, верит мне и улыбается, его нежно-голубые глаза снова блестят.

 - Не ожидал, что ты появишься без ничего под платьем.

- Мне хотелось сделать тебе сюрприз. - Он обвивает рукой мою талию и притягивает поближе к себе, пока мы не оказываемся лицом к лицу на одной подушке. - Извини, - снова шепчу я. Я извиняюсь уже не первый раз, но мне необходимо, чтобы он действительно поверил.

Он пробегает пальцем вниз по моей щеке и распухшим губам.

- Тебе не за что извиняться.

- Нет, есть. Я практически убила себя, и все из-за своей мании, чтобы все всегда было идеально организовано. Прочитав письмо и обнаружив, что ты не моя пара, я была не просто разочарована. Я была опустошена. Я запаниковала. - Я всматриваюсь в его глаза, но все еще не вижу в них ни капли гнева - только боль. - В этом месте ты должен сказать мне, что я идиотка, потому что была такой легкомысленной.

Вновь удивляя меня, он улыбается.

- Ларк, ты не идиотка. Ты приехала сюда, чтобы найти свою пару, но, как бы мне не было тошно видеть твой уход на прогулку с Линкольном, я понимаю, почему ты это сделала.

- Я тоже это понимаю, но я не хотела быть с ним. Я хотела быть с тобой.

- Но ты все еще ревновала меня, потому что незадолго до этого увидела, как я нес на руках другую девушку, и захотела показать, что у тебя все под контролем.

- Я никогда в своей жизни так сильно не ревновала. Даже увидев вертихвостку Гранта, я не хотела причинить ей боль. Весь мой гнев была направлен только на Гранта, даже несмотря на то, что она была виновна в ситуации не меньше его. На тебя я также была зла, но с Джиной мне хотелось совершить действительно плохие вещи. Вещи, в которых даже стыдно признаться, что они пришли мне в голову.

- Теперь все в прошлом. Сейчас ты находишься там, где и должна быть. Не имеет значения, как ты здесь оказалась.

- Что ты под этим подразумеваешь?

- Ларк, ты хочешь быть со мной?

- Да, но все не так просто. Мы живем в разных городах. И, честно говоря, я ничего о тебе не знаю.

С хитрой ухмылкой, он наклоняется вперед и целует меня в губы.

- Я бы не сказал, что ты ничего не знаешь.

- Истон, я не это имею в виду. Нам хорошо в физическом плане, но насчет остального я не уверена. Я не могу быть с тем, кто близко не подпускает меня к себе. Твое прошлое создало тебя таким, какой ты есть, не важно, хорошее оно или плохое.

Истон опускает взгляд, уставившись на простыни на кровати, а не на меня. Его глаза медленно открываются и закрывается, прежде чем он произносит.

- Ее зовут Шай. Это ее крылья.

Не знаю, что я ожидала от него услышать, возможно немного о его семье, или откуда он родом, или даже как он организовал свою группу. Чего я действительно не ожидала, так это того, что он с готовностью поднимет тему о ней.

- Ты расскажешь мне о ней?

- Я сделал татуировку в ночь перед ее похоронами. Я никогда не забуду, как саднила моя спина после этого, и как мне было чертовски больно каждый раз, когда кто-то меня обнимал. То есть в итоге это стало своеобразным отвлечением - на некоторое время я сосредоточился на другом виде боли. Я даже не мог видеть тату, если не смотрел в зеркало. Просто знал, что она есть.

- Татуировка прекрасна. Должно быть, Шай много для тебя значила.

- Она родилась с наследственным заболеванием - муковисцидоз. В сущности, Шай со своего первого вздоха была приговорена. Это был лишь вопрос времени, когда ее тело сдаться, намного раньше, чем она этого заслуживала. Она не заслуживала смерти.

Я кладу руку ему на грудь в области сердца, каждый сильный удар которого бьет напротив моей ладони.

- Ты все равно бы ее любил, независимо от смертельного приговора. Истон, это многое о тебе говорит. Не каждый остался бы с человеком, зная, что тот должен умереть.