«Ничего, — убеждала себя оптимистка-Катюша, с ясной улыбкой позируя фотографам, — наверняка они просто затерялись в толпе или не сообразили, какая именно свадьба выходит. Они здесь, здесь!»

Но свадебная процессия шла всё дальше и дальше. За это время Катя успела как следует посмотреть по сторонам. Никого. Вытащить мобильный телефон и позвонить у неё не было никакой возможности — да и самого телефона не было. Он лежал в маминой сумочке, а сумочка… Только мама знала, где эта сумочка. Да и какие могут быть звонки на работе!

А утром — почему Катя не обзвонила своих гостей утром, до начала праздника? Да потому, что королева не должна навязываться. Её слово звучит всего один раз — и оно закон для подданных.

Да никакие они не подданные, не свита! Как ни больно, но Катерине пришлось это признать. И Коля не принц, и Ромки не пажи… Тогда их надо забыть! Забыть — и вычеркнуть из своей жизни! Она найдёт новых. Подумаешь — гулять по садам, есть неполезную еду, нарушать запреты и вообще искать на свою голову приключений! Кате очень нравилось такое времяпрепровождение. Но не так уж это и важно. Можно вполне обойтись! Ведь у неё столько более важных дел. Карьера, например.

Так что пошли вон! Да, вот так! — эти мысли пронеслись в голове девочки, когда свадебных гостей вновь выстроили для фотографирования. Катеньку поставили традиционно впереди жениха и невесты, она лучезарно улыбалась, глядя в камеру фотоаппарата, и — с трудом сдерживала слёзы обиды. С трудом. Но сдерживала. Ведь настоящий актёр умеет отлично скрывать свои чувства!


А когда свадьба рассаживалась по машинам и перед Катей распахнули дверцу украшенного цветами и бантами длинного «Кадиллака», в который уже забрались невеста и жених, откуда-то сбоку, от парковой дорожки раздалось:

— Катя! Катя, привет! Я успел!

Чумазик. Это был он. Не чумазый, не драный, хоть и не во фраке и не в смокинге, но всё же в длинных, явно новых шортах и вполне приличной майке. И в руке скейт — облезлый, потрепанный и изрядно побитый асфальтом и жизнью. С этого скейта Ромка только что спрыгнул. Примчался по аллее. Откуда-то…

Девочка так обрадовалась, что даже забыла проконтролировать, какое выражение имело её лицо. Она помнила только, что ничего постороннего говорить нельзя — ведь она кукла, она почти тот самый неодушевлённый свадебный пупс, которого привязывают к бамперу…

Она посмотрела на Ромку — и улыбнулась. Просто улыбнулась — и руки кого-то из добрых гостей втянули её в роскошный салон.

— Какая же ты красивая, Катя! — услышала Катюша перед тем, как захлопнулась дверца.


Она была в ударе. Она даже станцевала танец заводной куклы — хотя этого специально никто не заказывал. Станцевала прямо у камня влюблённых, куда по всё тому же неизменному обычаю приехала свадьба.

Потому что Ромка примчал туда же на своём скейте. Бесстрашный мальчишка преследовал свадебный кортеж — хорошо, что ехать ему пришлось недалеко — ведь от дворца бракосочетаний до набережной и небольшого парка с этим самым волшебным камнем было рукой подать. Городской парк, где обычно происходило основное фотографирование на фоне роскошных цветников и причудливо обстриженных кустов, был гораздо дальше — и до него Ромка не смог бы доехать так быстро. И не успел бы ничего увидеть…

Катя даже спела — потому что Ромка пробрался в первые ряды зрителей и не отрываясь смотрел на неё. Она пела замечательно — гости и случайные прохожие, которые остановились и внимательно её слушали, долго хлопали и кричали «Браво!». Когда Катюша закончила песню, жених и невеста бросились к ней, обняли и поцеловали. Фотографы долго не отпускали их, и видеооператор старался не пропустить ни одного мгновения — танец и песня талантливой девочки останутся настоящим украшением свадебного фильма. Катя не стала спрашивать, где остальные и почему они не пришли. Тот, кто обещал, сдержал своё слово. А те, кто своему обещанию не хозяева, Катю не интересовали. Даже загадочные. Вот так.

— Ты красавица, Катя! Красавица! — повторял Ромка в телефон. Какой девочке не будет приятно услышать такие слова — когда их повторяют и повторяют в телефонную трубку с таким восторгом!

Был уже поздний вечер, Катя сидела в своей комнате — уставшая, но невероятно довольная сегодняшним днём. И слушала, что говорит Ромка, — слушала как самую приятную на свете музыку. Как поздравление с награждением её главной актёрской премией планеты.

И пусть теперь никакого принца у Кати снова не было, верный и преданный паж — это тоже неплохо. А тем более такой весёлый и шустрый.

— Спасибо тебе, Ромка! — улыбаясь, отвечала ему Катя. — Скажи, а ты хочешь увидеть меня ещё? В пятницу снова свадьба. Я получше узнаю, во сколько ты можешь прийти и увидеть меня…

— Я приду, Катя, я обязательно приду!

Глава 9

Гуляем!

Ромку-лохматого побрили налысо и отправили в удалённую от моря станицу помогать бабушке и дедушке выращивать урожай: вот как раз тридцать первого мая и отправили. Так что обещал не обещал, а никак не смог прийти.

Коля до глубокой ночи играл на компьютере и потому проспал. Когда за ним зашёл Ромка-чумазик, мама не смогла его разбудить. А рыжий Сашка, которого мальчишки пригласили в самый последний момент, не понял, чья свадьба, что там делать — и тоже не пошёл смотреть на торжественный выход прекрасной Катюши.

Так или иначе — но гулять с этими предателями Катя отказалась. Напрасно Коля и Сашка прибегали к дворцу бракосочетаний и терпеливо смотрели выход по парадной лестнице всех свадеб подряд в течение нескольких дней: Катя не снизошла до них.

Только Ромка. Её другом был теперь только он.

Катя забыла, что он чумазик, и даже про себя его больше так не называла. Ей даже было стыдно за это глупое прозвище, и она постаралась как-то загладить свою вину — о которой добрый Ромка даже не подозревал.

Ведь именно он в тот роковой день первым бросился ловить её шляпку. Он решился вручить её Кате — не побоявшись её мамы и охранника. Именно он говорил — а не отмалчивался в сторонке. Он не шутил про свадебного пупса. Да что там скрывать — он готов был для Кати на всё.

А скоро Катя забыла и про пажа. Но и принц ей был не нужен. Ромка был другом. Таким, что девочка смогла набраться храбрости и представить этого друга маме. И пусть мама долго говорила о том, как важны для Кати репетиции, фотосессии, мероприятия агентства, примерки и прочее, Катя соглашалась, но знала, что важно и это: сады и горные склоны, по которым так здорово карабкаться, чтобы набрать ягод или просто посмотреть с вершины на морскую даль, посчитать корабли, которые торопятся в порт. И это тоже, конечно: гонки на скейте и исследование уголков старого парка, где, оказывается, много старинных статуй, заброшенных аттракционов старинных времён и где продаётся самое вкусное мороженое — самое обыкновенное, в вафельных хрустящих стаканчиках, которое так приятно съесть, откусывая, откусывая и не давая мороженому подтаять! Катя и Ромка ходили вместе на пляж — и мама была вынуждена несколько раз находить время, чтобы посетить его вместе с дочкой. Сама придумала такое правило — Катя на море без неё не ходит, и сама теперь выполняла его. Катя счастливо улыбалась, искоса наблюдая, как её деловая мама просто устраивается на лежаке и не знает, чем заняться. Но всё-таки постепенно успокаивается и начинает просто отдыхать, а не извлекать пользу из каждой прожитой минуты. Такой у её занятой и целеустремлённой мамочки был жизненный девиз… Отдыхать, она считала, можно только на престижном заграничном курорте, и непременно с полезными для души и тела spa-процедурами — то есть отдыхать по полной программе, получая от этого самого отдыха максимум возможного. Катя не спорила — ей и на местном пляже было безумно хорошо!


Летом свадьбы понеслись непрерывным потоком: множество будущих супругов хотят провести бракосочетание именно сейчас, а ведь лето не резиновое — и у агентства уже не было возможности устраивать свадьбы особенно роскошными, так что церемония с участием детей или хотя бы просто с наряженной в дубликат невесты девочкой проводилась не всегда. Поэтому у Кати было свободное время. Немного, но было. Настоящие каникулы!

И она гуляла! Как же это было здорово! Сколько времени, оказывается, и сколько всего интересного в жизни она упустила — то и дело думала Катя. И теперь старалась наверстать: носилась по городу и окрестностям как обычная дворовая девчонка.

Даже мама была не против её прогулок, тем более что Катерину сопровождал вполне нормальный мальчишка: мама несколько раз беседовала с Ромкой. Ведь ей самой некогда было общаться с дочкой — горячая празднично-свадебная пора заставляла работать активно. Агентство процветало — мама, как его душа и главный двигатель, должна была успевать везде. К тому же она не забывала о Катиной карьере — звонила в Москву, писала электронные письма в Питер, с кем-то договаривалась, рассылала всё новые и новые фотографии дочери. Пробьются — они с Катей обязательно пробьются и на большой экран, и в телевизор, и на подиумы! И пока Катя не разочаровывала её ни в чём, мама была спокойна. Но, естественно, каждый вечер требовала подробного отчёта о том, где Катерина была. И днём, естественно, звонила по многу раз, узнавала, что, где и когда её чудесная девочка делает.


А Коля и Сашка то и дело появлялись на горизонте. То Катя видела их на пляже — они сидели неподалёку, бросали взгляды на весёлую компанию (а иногда вместо Катиной мамы на пляж приходил взрослый Ромкин брат, и тогда они втроём играли в карты). То на её работе — во время торжественного свадебного выхода. А то и просто на улицах города — Сашка, отсвечивая рыжей головой, был виден Кате издалека, а Коля всегда находился от него поблизости. Но подойти они стеснялись — видимо, Ромка передал им Катины слова о том, что она думает о тех, кто не держит своего слова. Испугались. Надо же…