Даже больно думать, что Рокси больше никогда не будет лежать со мной рядом. Подумать только, ее больше не будет рядом, я не смогу погладить, в то же время прошептать ей «спасибо» в густую шерсть. Она так много сделала для меня, больше, чем кто - либо другой: любила меня, исцелила меня. И даже если бы она находилась сейчас здесь, я никогда бы не смогла полностью отплатить ей за это.

Я пытаюсь опереться на стол, и мой локоть сбивает пластиковую кружку с него. Я стараюсь схватить ее, но все же упускаю, и пластик лишь касается мох пальцев, прежде чем упасть на пол с громким стуком. Я морщусь от этого звука и жду, чтобы она остановилась, прежде чем я смогу поднять ее.

— Думаю, сегодня будет один из таких дней, — бормочу я вслух, утирая слезы в уголках глаз тыльной стороной ладони.

По крайней мере, она не разбилась. Я наклоняюсь, поднимаю кружку и, наконец, облокачиваюсь на стол. Запах кофе наполняет помещение. Несколько дней после смерти Рокси были очень тяжелыми, меня переполняли эмоции. К сожалению, это был один из таких дней. Я полагаю, что так проявляется горе. Все еще хуже, учитывая, что Рокси — первое домашнее животное, которое когда-либо было у меня, и она являлась единственным моим спутником с тех пор, как я впервые вернулась домой. Я перестаю размышлять, пока наливаю сливки и кладу сахар в чашку с кофе. Возможно, неправильно называть это место домом. Я живу в нескольких часах езды от того места, где был мой дом. У меня больше никогда не будет дома в небольшом пригороде Нью-Йорка. Я просто не могу противостоять постоянным напоминаниям. Я чувствую себя виноватой, отдаляясь от своей семьи и жизни, которая у меня была прежде. Но все к лучшему. Это единственный способ, с помощью которого я нашла счастье после всего того, что случилось.

Я делаю глубокий вдох, ставлю кружку на стол и вдыхаю запах свежего горячего кофе с аромат французской ванили, делая все возможное, чтобы избавиться от болезненных напоминаний. Потеря Рокси стала для меня большой потерей, но я могу продолжать жить в том же духе. Я всегда буду любить ее, но она не хотела бы я существовала с этим постоянным негативом. Я только знаю, что в моем сердце она останется навсегда.

Закрыв глаза, я делаю небольшой глоток кофе, и тепло наполняет меня, успокаивая. Когда я открываю их мгновение спустя, мои глаза сфокусированы, подобно лазеру, на часах в микроволновой печи.

5:45

Дерьмо, теперь я действительно опаздываю. Вздохнув, я делаю еще один глоток кофе, пытаясь расслабиться. Я отстаю от графика всего лишь на пятнадцать минут, но собаки ждут меня в приюте. Не хочу нарушать наш распорядок. Они нуждаются в нем так же, как и я.

Низкий звук, издаваемый моим телефоном, заставляет меня перевести глаза на кухонный стол, где мой ноутбук лежит открытым с прошлой ночи, и я вижу, что на экране мобильного телефона горит значок в верхнем углу, оповещающий о пришедшем сообщении. Я выдыхаю и быстро беру его со стола, задевая при этом клавиатуру и выводя ноутбук из спящего режима. У меня, честно, на это нет времени, но я не могу не ответить на него. Прежде чем я успеваю проверить сообщение, я замечаю уведомление, всплывающее в правом нижнем углу на экране моего ноутбука.

Дорогаядевочка86 прислала сообщение онлайн.

Мой телефон снова издает звук, но я игнорирую его, так как вижу, что от Кирстен пришел ответ на мое последнее личное сообщение. Я улыбаюсь, пока читаю то, что она написала.

Дорогаядевочка86: Люблю тебя, девочка. Ты была права! Мне следовало прогуляться по магазинам. Это заставило меня почувствовать себя намного лучше. Я, наконец, купила то красное платье, к которому присматривалась в течение месяца. И знаешь, что лучше всего? Я чертовски хорошо смотрюсь в нем!

Я улыбаюсь, а от содержания сообщения вообще начинаю хихикать.

Китти93: Тоже тебя люблю! Держу пари, ты выглядишь в нем чертовски хорошо!

Общение с Кирстен всегда заставляет меня чувствовать себя хорошо. Я считаю ее одним из моих лучших друзей, даже если мы никогда не встречались. Я даже никогда не видела ее лица. Мы провели последние четыре года, сблизившись в форуме группы поддержки, вступая в беседы о том, как перевернулись наши жизни, разделяя наши мечты, надежды и чаяния. И самое главное, движение вперед.

Я жду ответа, но после того, как проходит почти минута, я набираю сообщение, что мне пора идти. Я действительно ненавижу опаздывать. Мне не нравится, что щенки ждут меня. Я, наконец, смотрю в телефон и испускаю тяжелый вздох, когда вижу, от кого письмо. Мама.

Мама: Катя, я скучаю по тебе, дорогая! Когда ты собираешься приехать домой?

Прочитав сообщение, я испытываю смешанные чувства. Мне повезло, что у меня есть мама и любящая семья. Но они часть моего прошлого, и я просто не могу с этим смириться. В новом городе, с новой жизнью, прошлое не имеет значения. Я могу быть кем угодно. Но с ними, я всегда буду Катей, их дочерью, которая была отнята у них в течение четырех лет. И что еще хуже, когда я смотрю на них, то вижу, как эти годы изменили их.

Может быть, это неправильно, но когда я думаю о маме, то хочу видеть ту маму, которую я знала. Увидеть ее сейчас, означает, что я снова вспомню то время, когда меня не было рядом, то время, которое я пропустила. Когда я последний раз видела ее, прежде чем они забрали меня, она была счастливой, молодой и энергичной. Это было более чем восемь лет назад. Я желаю увидеть ее светлые волосы, выглядящие так же, как мои, а не серебристый оттенок ее прядей. Ее великолепную улыбку, которой я всегда завидовала, голубые глаза, которые искрились от смеха. Она старается, но боль все равно присутствует. И боли слишком много, чтобы не заметить ее.

Когда я исчезла, она не переставала искать меня, ни разу не отказалась от своей драгоценной дочери. Мне ненавистно, что я доставила ей столько переживаний, столько боли. Даже если это было ненамеренно, я все равно чувствую себя ответственной за это. Я до сих пор чувствую себя чертовски виноватой. Мне больно, что она беспокоилась обо мне ночь за ночью, надеясь, молясь, что однажды найдет меня живой.

Но она не могла спасти меня. Никто не мог. Я должна была спасти себя сама.

И если я только увижу ее, то это сразу же напомнит мне обо всем пережитом.

Я, правда, не могу справиться с этим сегодня, — думаю я про себя, отрывая мой застекленевший взгляд от экрана, даже не потрудившись просмотреть другие пять сообщений, присланных ей.

Я очень люблю мою маму. Но так лучше. Я не хочу, что бы она больше переживала из-за того, что случилось со мной. Это не значит, что мне не лучше теперь. Я выживу.

Я прерывисто втягиваю воздух в легкие. Я не хочу сообщать ей, что не приеду домой. Я пытаюсь все забыть. И, несмотря на мое беспокойство по поводу встречи с мамой, я все же хочу увидеть свою семью. Но я не могу сделать это прямо сейчас. Я просто не готова. Четыре года восстановления. Всего девять месяцев я живу сама по себе и знаю, что стала сильнее, лучше. Тем не менее, в глубине души я все еще чувствую, что я ...не цельная. Я до сих пор исцеляюсь. И это нормально. Но находиться вдали от дома для меня проще. Мне больно признавать это, но я просто хочу побыть одна.

Ладно, не в одиночку, а в одиночестве.

Мои пальцы касаются моего горла, пока сердце так и колотится в груди. Я мысленно возвращаюсь к беседе с Кирстен, прежде чем она внезапно отключилась. Я, наконец-то, призналась, о чем я думала в течение некоторого времени. То, что я осознала, чего я очень хотела, но боялась признаться. Моя потребность в Хозяине.

Я качаю головой от воспоминания, все еще не веря, что я призналась в этом ей и самой себе. После всего того, что я пережила, как могла такая хрень быть у меня в голове?

Тик-так, тик-так, тик-так. Твою мать, мне нужно взять себя в руки и начать собираться.

Я снова бросаю взгляд на экран телефона и прочитываю первое сообщение от моей мамы. Чувствую себя так, словно к моему сердцу прицепили якорь, который тянет его вниз. Я хочу ответить и избавить ее от беспокойства. Я желаю успокоить ее, что буду у нее в ближайшее время. Но в глубине души я знаю, что этого недостаточно.

Сделав глубокий вдох, я позволяю своим пальцам набрать текст на сенсорном экране.

Я: Люблю тебя, мам. Обещаю, что скоро приеду домой.

Я мгновение смотрю на текст, думая, что его следует удалить. Не хочу давать обещание, которое, я знаю, не смогу сдержать. Но в то же время, не желаю причинить ей больше боли или внушить чувство вины. Я хочу, чтобы она чувствовала себя лучше, так же, как я хочу ощущать себя.

После того, как кажется, проходит вечность, я закрываю глаза и нажимаю «Отправить», отчаянно надеясь, что не пожалею об этом.

Глава 3

Айзек

Я ступаю босыми ногами по полу из керамогранита моей современной кухни. Сталь на кухонном уголке поблескивает в ярких лучах утреннего света, льющегося сквозь большие, от пола до потолка окна на дальней стене. Мой дом тих и пуст, он роскошен и оборудован по последнему слову техники, которую я только смог найти. Современный и утонченный. Это именно то, что я и хотел.

Кофеварка уже включена, и звук кипящей воды становится громче, аромат свежесваренного кофе усиливается, наполняя мои легкие.

Я пытаюсь погасить зевок и разминаю руки над головой, чувствуя, как растягиваются мои затекшие мышцы. Мои пижамные брюки из фланели немного приспускаются вниз, пока я разминаю шею. Одно и то же дерьмо день ото дня, но я готов для того, чтобы испытать возбуждение в клубе. Я решил заглянуть в анкеты принимаемых членов и пройтись по кандидаткам. Я разговаривал с мадам Линн, намекая, что заинтересован в поиске потенциальной покорной.

Она всегда слушает меня, но я понятия не имею, действительно ли она слышит.