У мужчины вдруг вырвался смешок, от которого по спине у Меган пробежал холодок.

— Я спрошу, — наконец пообещал он. — И молитесь, чтобы он вам отказал.

К ее удивлению, мужчина открыл дверь шире, и она вошла в дом.

Меган не знала, что ожидает ее внутри. Может, что-то несуразное, в стиле семейки Аддамс, но прихожая и гостиная были убраны в изящных спокойных тонах ранней викторианской эпохи. Мужчина указал ей на жесткий диван.

— Можете сесть. А я пойду узнать, что он скажет. Но советую особо здесь не обустраиваться.

А вот это вряд ли, подумала Меган, смотря ему вслед. Комната была мрачной, как и полагалось в такой дождливый день, а этот недружелюбный тип даже не удосужился включить свет. Она огляделась в поисках лампы или выключателя, чтобы развеять неприятный сумрак, но ничего не нашла.

Не веря своим глазам, она стала заглядывать за мебель, чтобы найти хоть какие-то признаки электрической проводки. Ничего такого не было и в помине.

— Что вы ищете? — ее занятие прервал все тот же неприятный голос.

Меган выпрямилась, ее бледные щеки покрылись румянцем.

— Электрическую проводку.

— А ее нет. Во всяком случае, в этой части дома. Вы пока останетесь здесь.

— Останусь? — неуверенно переспросила Меган.

— Да. Этан сказал, раз ваш папаша струсил и не явился сам, вы займете его место. Идемте, я покажу вашу комнату.

— Я не хочу здесь оставаться, — сказала Меган, пытаясь подавить чувство страха. — Я просто хочу поговорить с мистером Уинслоу и уехать.

— И не надейтесь, — язвительно отозвался мужчина. — Во-первых, ваша машина настолько увязла, что понадобится тягач, чтобы вытащить ее из грязи. А это будет возможно только в понедельник, когда вернутся рабочие. Во-вторых, Этан принимает гостей только после захода солнца. Таковы его условия. Так что следуйте за мной, располагайтесь поудобней, потому что вы покинете этот дом только с его разрешения.

Меган не верила своим ушам.

— Я не могу…

— Сможете, — строго прервал ее мужчина. — И не думайте, что вам удастся выбраться отсюда без машины. На протяжении пятидесяти миль вы не найдете никого, кто бы захотел вам помочь. А я постараюсь, чтобы вы не смогли преодолеть и десятой доли этого расстояния. Этан сказал, что встретится с вами, значит, так тому и быть. Мое дело следить за тем, чтобы у Этана было все, что ему нужно. Сейчас он решил, что ему нужны вы. Так почему бы вам не перестать дуться и не устроиться в своей комнате? До темноты осталось еще пять часов. По всему видно, что хороший отдых вам не помешает.

Она не знала, что сказать. События развивались настолько стремительно, что она начала терять чувство реальности. Восемнадцять часов назад она веселилась на прощальной вечеринке. Сейчас она застряла у черта на куличках в нелепом доме без электричества, с машиной, застрявшей в грязи и здоровенным громилой, который не собирался выпускать ее из дома.

Минуту она размышляла о побеге, но со слов мужчины поняла, что это пустая трата времени. Она почему-то сразу поверила в то, что в проклятом городишке никто не придет ей на помощь. Меган даже задумалась, не упасть ли ей на ярко-красный персидский ковер и забиться в истерике, как она не раз проделывала в возрасте пяти лет. Однако она сомневалась, что и это ей поможет.

Меган выпрямилась на все свои метр пятьдесят пять роста плюс шпильки.

— Что ж, это хорошая мысль. Мне бы хотелось помыться с дороги, но наверное, воды здесь тоже нет?

— У вас будет собственная ванная. Водопровод работает прекрасно, и горячей воды вполне хватит на нас троих. У вас остались вещи в машине?

— Нет, я же не собиралась остаться надолго, — рассеянно сказала Меган. — Вы сказали — на нас троих?

— Ну да. Вы, Этан и я. Меня зовут Сальваторе. Здешнее хозяйство на мне.

— И это все? А где же сиделка?

Сальваторе молча уставился на нее.

— А кому нужна сиделка? Все, что нужно Этану, я в состоянии сделать сам. Кстати, я отлично готовлю. Вы что-то имеете против?

— Конечно, нет.

— Тогда ступайте за мной. Да смотрите под ноги. Здесь немного крутые повороты…

Это было слабо сказано. Все шло прекрасно, пока она шла за его массивной фигурой по коридорам викторианской части дома. Когда же они перешли в новые пристройки, идти стало значительно труднее. Тусклый день слабо освещал все изгибы и повороты многочисленных коридоров. Они поворачивали то налево, то направо, то поднимались вверх по лестнице, то спускались вниз. В некоторых переходах горели лампы, в других их не было, и спустя пять минут этого бесконечного путешествия Меган сдалась и перестала запоминать дорогу. Она не знала, то ли Сальваторе специально вел ее окольными путями, то ли дом действительно представлял собой настоящий лабиринт. Вспомнив, какой несуразный вид он имел снаружи, Меган склонилась ко второму варианту.

Наконец Сальваторе остановился в небольшом каменном коридоре. Узкая щель в стене нехотя пропускала тусклый свет дождливого дня. Деревянная дверь открылась с отвратительным скрипом.

— Эту комнату я приготовил для вашего отца, — объявил он. — Во всем доме только она и годится для проживания.

С ним трудно было согласиться. Эта часть нелепого дома была построена в виде средневекового замка, а комната, в которой она оказалась, напоминала скорее подземную темницу. На полу лежал матрас, на нем — аккуратно сложенное коричневое одеяло. Оно мало годилось для того, чтобы согреться в ледяном холоде, царившем в помещении. Рядом с одеялом сиротливо притулилась комковатая подушка, покрытая чем-то вроде мешковины. В комнате не было никакой мебели, кроме ведра, стоявшего в углу.

Меган подошла к нему, громко стуча шпильками по каменному полу.

— Это и есть ваш современный водопровод? — спросила она обманчиво спокойным тоном.

Сальваторе пожал плечами и подошел к другой двери, видневшейся в каменной кладке. Вытащив огромную связку ключей, достойную настоящего смотрителя замка, он выбрал ключ и открыл дверь.

— Этан разрешил вам пользоваться ванной.

Заглянув через плечо Сальваторе, Мег увидела впечатляющих размеров комнату, в которой находилась мраморная ванная. На стенах висели блестящие канделябры с незажженными свечами.

— Вы хотели, чтобы мой отец обходился простым ведром?

— Это не был визит вежливости, мисс Кэри, — сказал Сальваторе. — Вы голодны? Вам нужно что-то еще?

Мне нужно выбраться отсюда, подумала Мег, но вслух ничего не сказала, зная, что от этого не будет никакой пользы.

— Ничего, — сказала она, проигнорировав ноющее чувство в пустом желудке. — Разве что вы передадите мистеру Уинслоу мою горячую просьбу увидеться с ним, как можно скорей. Мне бы хотелось уехать отсюда…

— Я уже говорил, что раньше понедельника вам отсюда не выбраться. Машина здорово увязла в грязи.

— А разве здесь нет других транспортных средств? Вы могли бы отвезти меня в ближайший город, где есть бюро по найму автомобилей…

Сальваторе покачал головой.

— Здесь нет машин, мисс Кэри. А даже если бы и были, сомневаюсь, чтобы Этан разрешил мне вас везти куда бы то ни было. Так что оставайтесь и ждите.

Он направился к двери. Мег не хотелось оставаться одной в таком мрачном холодном помещении. Ее уже начало знобить, и даже угрюмое присутствие Сальваторе могло хоть немного скрасить ее одиночество. Однако она не собиралась ни о чем просить.

— Хорошо. Если что-нибудь понадобится, то я выйду и…

— Никуда вы не выйдете, потому что мне придется запереть вас на ключ. Здесь слишком опасно, чтобы в одиночестве бродить по коридорам. Через два часа я приду и проверю, все ли в порядке.

Мег застыла, не зная что сказать. Она молча наблюдала, как Сальваторе закрыл за собой дверь и повернул ключ в замке. Вокруг нее сомкнулась мрачная угнетающая тьма. Зарешеченные окна располагались очень высоко, сквозь них пробивалось ничтожно мало света.

Ее охватило внезапное желание закричать, подбежать к двери и стучать в нее что было сил. Овладев собой неимоверным усилием воли, Меган осталась на месте. Если она поддасться панике, все может обернуться намного хуже.

Чтобы успокоиться, она сделала несколько глубоких вздохов. Незачем было подходить к двери, чтобы удостовериться, что она закрыта на ключ — Сальваторе вряд ли мог ошибиться. Дела обстояли не так уж плохо — он оставил ей коробок спичек, чтобы она могла зажечь свечи в настенных светильниках. Со дна сумочки она выгребла две помятых карамельки и недочитанный научно-фантастический роман. Меган пришла к выводу, что ситуация не такая уж безнадежная, особенно, если не вспоминать о том, что тебя заперли на ключ.

По сравнению с комнатой ванная казалась верхом роскоши. Полотенца были белые и пушистые, на двери висел махровый халат. Как обещал Сальваторе, горячей воды оказалось в избытке, она даже нашла пену для ванн с нежным запахом гиацинта.

Итак, в один час сорок пять минут пополудня, вместо того, чтобы быть на пути в Нью-Йорк с дальнейшим вылетом в Европу, Меган сидела в подземелье, приняв при свечах душистую ванную и даже испытав при этом некоторое удовольствие.

Махровый халат оказался для нее слишком велик, его полы волочились по полу. Вот еще одно достоинство подобного места, подумала Меган, откидывая назад массу белокурых волос. Здесь не было ни одного зеркала. Поэтому, выйдя из ванной и не встретив своего отражения, она удовлетворенно вздохнула. Ее тело было постоянным поводом для огорчения. По ее мнению, оно было слишком округлым. Сколько бы она ни сидела на диете, какие бы упражнения ни делала — проклятые пять килограммов лишнего, как ей казалось, веса никак не хотели исчезать.

Матрас на полу оказался не таким жестким, как ей думалось вначале. Мягкий махровый халат оберегал тело от колючего шерстяного одеяла, а подушка была набита перями. Сев по-турецки на матрас, Меган приступила к пиршеству в виде первой из двух карамелек, затем прилегла с романом в руках.