Я еле оторвал руки, тяжелые и непослушные, от подлокотников. Сейчас я не справился бы и с бумагой.

– Звучит многообещающе, – улыбнулась Хлоя.

Забыв, куда ведут благие намерения, я жадно обшаривал взглядом все ее тело. Она охренительно красивая. Ноги – длинные-длинные, и туфли она так и не сняла…

Хлоя неторопливо шагнула ко мне и промурлыкала:

– Помнишь, чем мы занимались здесь в прошлый раз?

– Стараюсь не думать.

Прижав руку к моей груди, она опрокинула меня на спинку кресла, а сама забралась на колени.

– Мы трахались на полу. – Она поцеловала мой подбородок. – И на балконе. – Губы добрались до шеи. – И на кровати. И снова на полу, и опять на кровати…

– Не забудь про то кресло в углу, – пробормотал я, шумно выдохнув, потому что она царапнула ногтями живот и потянула за галстук, который я до сих пор не снял.

– А что, если я хочу что-нибудь повторить, – шепнула она мне на ухо. – И попрошу связать меня? Отшлепать? И…

Я зевнул. Хорошо так зевнул, смачно.

Она отпрянула и потрясенно на меня уставилась, только сейчас заметив, что я еле держу себя в вертикальном положении.

– Это еще что такое? Ты что сделал?!

Я выдавил улыбку – сонную и потому до ужаса глупую – и промямлил:

– Воспользовался страховкой. Знаешь, ты такая красивая в этой штуке… мне очень нравится… Надень ее как-нибудь еще… в другой раз…

– Что ты сделал, Райан? – нетерпеливо повторила она, подбоченившись.

– Просто выпил таблеточку снотворного. – Зевнув, я показал ей пузырек. – Ма-а-аленькую.

У меня давно был рецепт на снотворное для дальних перелетов, но пригодился он впервые. Даже удивительно, как быстро сработала таблетка. А еще мне было чуточку стыдно, что под влиянием снотворного я совсем себя не контролировал. Еще и Хлоя глядела так, будто намерена меня кастрировать…

– Сукин ты сын!

Она что было сил пихнула меня в грудь. Зря – я опрокинулся на мягкие удобные подушки и совсем уплыл в сон. Хлоя что-то еще кричала… Я не понимал ни слова. Она поймет, что я делаю это ради нее самой. Наверное…

Последнее, что я видел, – как она вылетает из комнаты, суля мне страшную месть.

Один – ноль в пользу Беннетта.

Глава третья

В общем, прошлой ночью секса у нас не было, потому что Беннетт вусмерть обдолбался снотворным. Пора начинать собственную игру.

Вчера весь вечер я наблюдала, как Беннетт искусно натравливал моих теток на Уилла. А еще он мило ревновал и злился, что Булл развлекает меня байками о своих тачках и телках. Мне нравилось, как он любезен с родственниками, всегда следит, чтобы матери подавали еду прежде него, всякий раз благодарит официанта и встает, когда встаю я.

Короче, Беннетт Райан – самый умопомрачительный мужчина на свете, и этой ночью я затрахаю его до потери сознания, хочет он того или нет.

Благо я захватила целый чемодан белья и одежды, которая гарантированно заставит Беннетта ползать у меня в ногах. Большую часть этих кружевных вещичек я, конечно, припасла на медовый месяц, но на частном курорте в Фиджи вряд ли они мне пригодятся – там мы скорее всего будем проводить время голышом.

Приятно иметь перед собой цель. Вместо того чтобы трепать нервы из-за нашей сумасшедшей родни, лучше сосредоточусь на том, чтобы Беннетт почаще сбрасывал пар с помощью секса. В конце концов, родственников переделать я не могу, а вот соблазнить жениха – вполне.

Этот вечер Уилл назвал «последним глотком свободы», хотя сегодня был лишь четверг, а церемонию назначили на субботу. Однако в пятницу ожидалась репетиция свадьбы, после которой Беннетта можно считать женатым, и потому вечеринку решили устроить пораньше. Мы хотели пройтись по барам в Квартале Газлемп. Как сказал Макс: «надраться в стельку и забыть о хреновой куче поручений, которые надавала нам Хлоя».

Я велела парням собираться в нашем номере, а мы с девочками – я, Сара, Ханна, моя школьная подружка Джулия и будущая золовка Мина – оккупировали комнату Джулии. Я не только хотела побыть с ними наедине, но и пряталась от Беннетта, чтобы он не увидел мой наряд раньше времени. А то еще, чего доброго, привяжет к кровати моими же собственными чулками и переоденет силком.

Нет, против первой части я возражать не стану, потому что игры в связывание могут закончиться безудержным сексом… Вот только я слишком хорошо знала, каким упертым бывает Беннетт. Надо действовать исподтишка. Чтобы затащить жениха в постель, придется играть грязно.

Пока Джулия и Мина сражались со сломанной молнией Ханны, я сидела на кровати и затягивала на икрах длинные ремешки туфель. Вчерашние шпильки произвели нужный эффект, надо его закрепить. Так что сегодня я нацепила крошечное черное платье, длинные звенящие серьги и те самые туфли, которые надевала в клуб Сан-Диего в начале наших «отношений».

Завязывая атласный бантик, я вспомнила ту ночь почти два года назад: как Беннетт смотрел на меня, когда рано утром я зашла в отель и обнаружила, что он ждет на диванчике в фойе.

У него тогда волосы были в полном беспорядке: он то и дело нервно запускал в них руки. Сейчас, оглядываясь назад, я знала, что уже тогда мы любили друг друга, но его просьба меня очень удивила. Я и сама была не прочь провести с ним еще одну ночь – но не думала, что он решится открыто признать свою слабость.

Я привела его к себе в комнату, и несколько часов мы занимались любовью, не скрывая больше своих желаний и чувств. Тогда-то и начались наши отношения. А после я прикрыла заболевшего Беннетта перед клиентом, и когда он выздоровел, мы рискнули стать настоящей парой.

– Эй, Хлоя? – Сара наклонилась, ловя мой рассеянный взгляд. – Все хорошо?

Я взялась за второй ремешок.

– Да. Просто вспомнила, как у нас с Беном все началось.

– Это странно – выходить здесь замуж, да?

Пожав плечами, я призналась:

– Пожалуй. Знаешь, даже немного грустно.

– Когда ты поняла, что любишь его?

Закрыв глаза, я задумалась.

– Ммм… Наверное, давно, просто не отдавала себе отчета. А так… Помнишь, мы приезжали сюда на конференцию и Беннетт сильно отравился?

Сара кивнула.

– Тогда я сама подготовила презентацию и отправилась к клиентам вместо него, чтобы он смог отдохнуть. А когда вернулась в отель… Ты же знаешь, Беннетт всегда выглядит на все сто. – Джулия многозначительно вздернула брови, и я фыркнула. – Так вот, в тот момент он сидел на диване и был самым обычным. Без рубашки, с растрепанными волосами… Смотрел телевизор, запустив руку в трусы. И до меня вдруг дошло, что он обычный парень, вроде как даже мой парень… Ну, вы поняли. – Девчонки кивнули, и я продолжила: – Наверное, таким я люблю его больше, чем когда он корчит из себя надменного ублюдка. Только не подумайте, я в любом случае его обожаю!

Однако наедине со мной он позволяет себе расслабиться – и тогда я вижу настоящего Беннетта Райана. Наверное, в тот день это случилось впервые, и я поняла, как сильно его люблю.

– А я думала, это было раньше. – Мина рылась в баре. – Когда я застукала тебя в нашей ванной в родительском доме. Беннетт тогда сказал, что с тобой вышла ошибка. А у тебя на лице было столько эмоций!..

Я сморщила нос, припоминая тот день.

– О да, он был еще тем подонком!

– Он и сейчас не лучше, – хихикнула Мина. – А если вдруг забывается, ты быстро ему напоминаешь.

– Мне нравится за вами наблюдать, – вставила Ханна. – Никогда раньше не встречала такой пары. Представляю, что у вас в постели творится!..

За последние пару месяцев Ханна провела с нами много времени, так что подобная откровенность мало кого удивила… разве что Мину.

– Не желаю этого слушать! – зажала та уши.

Ханна сегодня выглядела потрясающе в шелковом сером платье длиною чуть выше колен. Джулия уложила ей волосы в высокую хитрую прическу, отчего шея казалась особенно длинной и гладкой, не нуждаясь в лишних украшениях, кроме крошечного алмазного кулона в ямке между ключицами. Жду – не дождусь, когда увижу лицо Уилла – вряд ли он останется таким же бесстрастным.

– Эй, а можно я закажу выпивку на всех? – спросила Сара, поглаживая круглый живот под мерцающим синим платьем. – Просто мечтаю завалиться в бар и заказать десяток самых забористых коктейлей. Представляю, как перекосит бармена!

– Беременность тебе идет, – заметила Джулия, надевая туфли. – Такой милый животик. И характер меняется.

– А то, – кивнула я. – Она становится той еще стервой.

Сара расхохоталась, внимательно оглядела свое отражение и подошла ко мне, чтобы я застегнула ей колье.

– Просто мне нравится моя новая фигура. Странно, да? Я теперь такая пышка, и это клево!

– Жаль, Этьен твоих восторгов не разделяет, – фыркнула Джулия. – До сих пор бросает в дрожь, как вспомню его истерику из-за платья.

Я застонала. О да, платье! Джулия нашла самые шикарные наряды для подружек невесты. Из плиссированного шифона, с тонкой лямкой на одном плече и, главное, – какого цвета! Голубой перетекал в насыщенно синий, идеально сочетаясь с общим оформлением свадьбы. Саре, конечно же, пришлось изменять фасон, чтобы уместить растущий животик. Этьен, дизайнер, закатил настоящую истерику. Он вопил о симметрии дизайна и искусстве драпировки, в запале ляпнул даже что-то про «разъеденное пузо»… Крики удалось унять лишь чеком на круглую сумму и шестью примерками, за которые удалось-таки посадить платье.

– Готова поспорить, Макс тоже обожает твой животик. – Мина одарила Сару многозначительной улыбкой.

– О да, – ответила я за нее, застегивая колье. – Он даже стакан воды подает ей с та-аким неприличным видом!

Сара вспыхнула, и я невольно рассмеялась – из-за беременности она совершенно разучилась скрывать смущение.

– Ну что, готовы выдвигаться? – спросила Джулия, делая последний глоток из крохотной бутылки с джин-тоником. – Хочу уже напиться.

Мы все встали и направились к выходу. Внизу Мина распорядилась, чтобы нам подогнали машину. Забравшись внутрь и закрыв за собой дверцу, я увидела, как из лифта выходят наши парни.