— Нет, я люблю тебя даже сильнее, чем прежде, потому что мог навсегда потерять, моя Мэгги. Не вернись ко мне память, я бы не знал, как попасть домой. — Фин посмотрел ей в лицо. — Я любил тебя вчера. Я люблю тебя сегодня. Я буду любить тебя завтра и вообще всегда, — пообещал он. — Я все время чувствовал, что мне чего-то не хватает. Все время пытался вспомнить что-то самое главное.

— И больше никаких войн! — твердо произнесла Мэгги.

— Больше никаких войн, — пообещал ей Фин. — Яков Стюарт мертв, и моя преданность отдана тебе, нашим детям, Брег-Ашеру. Я буду сражаться только ради того, чтобы защитить эти земли. Французская королева почти ничего обо мне не знает. У нее есть избранный круг лордов, которые ссорятся за право управлять от имени ее дочери. Мария де Гиз женщина сильная, она будет всем своим существом сражаться за безопасность малышки-королевы. Не забудь ее могущественную родню во Франции, ее братьев, Франсуа, герцога де Гиза, и Карла, кардинала Лотарингского. Но несмотря на всех реформаторов, Шотландия все еще католическая страна. Наша самая большая тревога — это английский король. Я слышал в Эдинбурге, что он хочет заполучить маленькую королеву в невесты своему сыну и наследнику, принцу Эдуарду. Многие считают, что это весьма подходящая пара.

— Я не хочу сегодня говорить о политике, — дерзко перебила его Мэгги.

— Не хочешь? — ласково поддразнил ее Фин.

— Пойдем домой, милорд, — позвала она.

— Разве ты не хочешь сегодня остаться под открытым небом? — спросил Фин.

— Нет, — ответила Мэгги. — Это не самая лучшая ночь для набегов, потому что луны нет, и люди празднуют, но все же я не хочу оказаться за стенами своего дома, если кто-то решит появиться у нас без приглашения.

— А ты практичная женщина, — фыркнул Фин.

— Моя постель понравится тебе больше, чем каменистый холм, — пообещала она, взяла мужа за руку и повела его вверх по склону.

Костер все еще пылал, но скамьи и козлы уже заносили в дом. Мэгги и Фин медленно брели по мосту. Лэрда нигде не было видно.

— Позволь мне убедиться, что он устроен на ночь, — попросила Мэгги, поднявшись вверх по лестнице. — Потом я приду к тебе.

Она быстро поцеловала Фина и повернула к спальне Дугалда Керра.

Но Фингел Стюарт схватил жену за руку и притянул к себе.

— Послушай-ка, мне кажется, твой дед прекрасно устроен на ночь, моя Мэгги.

Мэгги прислушалась и побагровела. Из спальни деда доносились очень знакомые звуки: ритмичный скрип кровати, счастливое женское хихиканье и довольные стоны мужчины, который трудится над женщиной.

— Господи! — прошептала Мэгги. — Он с женщиной! — Она озорно фыркнула. — Ну, теперь пусть только попробует прикинуться хилым, чтобы настоять на своем! Я ему это припомню.

— Он подает нам превосходный пример, — пробормотал Фин ей на ухо и потянул в спальню.

Закрыв дверь, он обнял жену и нашел ее губы. Его руки развязали шнуровку на рубашке Мэгги и спустили с плеч. Его пальцы рванули ткань сорочки, а он все целовал и целовал ее, и голова его кружилась от сладости. Подняв Мэгги вверх, он сомкнул губы на ее соске и, уткнувшись носом в шелковистую кожу, застонал.

Его губы! Пресвятая Матерь Мария, как она скучала по его губам! Они знают, как доставить женщине удовольствие столь сладкое, что пусть в этот миг ее застигнет смерть, лишь бы он продолжал ее целовать. Она отдавалась этому жадному рту и сама целовала и целовала его, и голова у нее кружилась от этой сладости. А когда он приподнял ее и сомкнул губы на соске, Мэгги вскрикнула от наслаждения.

— О Боже, — выдохнула она, — я так по тебе скучала, Фингел Стюарт!

Пальцы Фингела нашли завязки на ее юбке, он потянул их, и юбка упала на пол. Мэгги расстегнули его бриджи и рывком сняла их.

— Здесь! — выдохнул Фингел, подхватил Мэгги под ягодицы и поднял вверх.

— Сейчас! — подтвердила она, направляя его.

Он вонзился с силой и застонал, когда жаркие шелковистые стенки ее ножен поглотили его целиком. Сколько же времени прошло? Фин пытался обуздать свое неутоленное желание.

Мэгги обвилась вокруг него, обхватила ногами талию, обняла руками за шею.

— О, Фингел! — жарко дохнула она ему в ухо, когда он заполнил ее целиком.

До этой минуты Мэгги не осознавала, как сильно ей этого не хватало.

Он начал двигаться, входя и выходя, но, несмотря на сильное желание, чувствовал, что ему этого мало, он хочет больше и больше. Крепко удерживая Мэгги, он повернулся, подошел к кровати и положил жену. Ее ноги соскользнули с его талии, но Фин тут же поднял их и положил себе на плечи. Оставшись стоять, он снова начал глубоко вонзаться в нее, все снова, и снова, и снова, пока оба они едва не лишились чувств. Мэгги с каждым восхитительным толчком негромко вскрикивала, все приближаясь и приближаясь к завершению. Фин стонал, ощущая невероятную сладость, которую даровало ему обладание ее телом. И наконец, он не мог больше сдерживаться. Семя хлынуло, и оба они одновременно достигли пика. Невыразимое наслаждение захлестнуло их, окончательно лишив сил.

Выйдя из нее, Фин рухнул ничком на кровать и несколько минут лежал неподвижно. Затем все-таки повернулся и обнял Мэгги, медленно дыша в ее душистые волосы. Ее руки нежно ласкали его. Вместе они погрузились в счастливый сон, а проснувшись перед рассветом, обнаружили, что так и лежат там, где упали, да еще и замерзли в придачу — ночной воздух был слишком свеж. Забравшись под одеяло, Фин снова притянул к себе Мэгги; она прижалась к нему ягодицами, а он положил руку на ее пышную грудь.

Когда Фин проснулся в следующий раз в залитой солнцем комнате, он лежал на спине, а жена, оседлав его, играла с восставшим членом. Мэгги озорно улыбнулась, глядя на мужа сверху вниз, и, не сказав ни слова, чуть приподнялась и вобрала в себя его естество.

— Мне всегда нравились буйные скачки ранним утром, — лукаво сказала она.

Фин улыбнулся ей в ответ, протянул руки, положил ладони на ее грудь и начал ее ласкать.

— Как мы с тобой похожи, моя Мэгги.

— Тебе нравится быть моим жеребцом? — спросила Мэгги, слегка покачиваясь на нем.

— Я-то думал, ты поскачешь галопом, мадам, — ответил он.

— С радостью, милорд, — кивнула Мэгги и понеслась вскачь.

В последний момент Фин успел перевернуть ее, поменявшись местами, и дошел до финала.

— О, моя Мэгги, я так люблю тебя, девочка! — выдохнул Фин.

— Я тоже тебя люблю, Фингел Стюарт. — Вдруг Мэгги посерьезнела. — Но ты сдержишь свое обещание? Больше никаких войн?

— Больше никаких войн, любовь моя. Я возьму в руки меч только для того, чтобы защитить Брег-Ашер и то, что принадлежит нам, — поклялся Фин и скрепил свою клятву поцелуем.

Мэгги могла бы целоваться бесконечно, но взяла себя в руки.

— Пора вставать, — сказала она, — у нас сегодня много дел. Нужно послать весточку в Недердейл, сообщить, что мы приедем забирать детей.

— Да, обязательно заберем, только завтра, — согласился Фин, выбираясь из постели. — Я большой эгоист и хочу еще денек провести с тобой наедине, жена.

— Это только потому, что ты все вспомнил, — поддразнила его Мэгги.

— Неужели ты никогда не простишь мне это прегрешение, мадам? — улыбнулся Фин.

— Нет, никогда! — засмеялась она.

Им выпал подарок от лета — два чудесных дня подряд. Фингел Стюарт и Мэгги выезжали верхом после завтрака с отрядом вооруженных клансменов, осматривали свои земли, заодно проверяли, покинул ли их Хей со своими людьми и все ли в порядке. К своему большому облегчению, они не нашли и следов Юана Хея, но с сожалением обнаружили, что с летних пастбищ пропало стадо овец. Ни пастухов, ни собак видно не было, однако чуть позже их нашли в ближайшей роще. И люди, и собаки были убиты.

Клансмены отвезли их в деревню, чтобы достойно предать земле и оплакать. Собак, конечно, закопали прямо в роще.

Мэгги покачала головой:

— Не думала я, что налетчики нападут в день летнего солнцестояния, да еще при новолунии.

— Возможно, их убили на рассвете или близко к нему, — сказал Фин. — Ни собаки, ни люди не успели остыть.

— Раньше наше местоположение обеспечивало нам безопасность, — печально произнесла Мэгги.

— Нужно забрать детей домой, — решил Фингел Стюарт.

— Я отправила гонца, — сказала мужу Мэгги, — завтра заберем.

На следующий день они отправились в путь еще до восхода солнца. День обещал быть ясным. Не успели они добраться до границы, как увидели, что навстречу едет Рейф Керр с одним из своих воинов. Перед каждым в седле сидел мальчик. Оба замахали своим родителям, радостно их окликая.

— Рейф! — помахала кузену Мэгги. — О, какой ты добрый, кузен! Ты же не обязан был их привозить, мы бы и сами приехали и забрали…

— Лучше, чтобы их привез я, причем быстро, — сказал Рейф Керр. — Отец решил, что не отпустит мальчиков. Сейчас Алдис его успокаивает. Он с каждым днем становится все более странным, Мэгги. Эта его одержимость заполучить весь Ашер-нам-Брег превратилась в болезнь, и она все усиливается. Я делаю все, что могу, чтобы сдерживать его, но вы будьте настороже. — Он подал руку Финну: — Рад твоему благополучному возвращению.

— Он на некоторое время потерял память, — объяснила кузену Мэгги. — Представь себе — забыл меня! Не думаю, что смогу простить ему эту оплошность.

Рейф Керр засмеялся.

— Да, кузина, я себе этого представить не могу. — Он подмигнул Фингелу Стюарту. — Надеюсь, ты его за это как следует наказала?

Рейф снял с седла Дэвида Стюарта и передал отцу, а его воин в это время протянул Эндрю матери.

— Ты вернулся домой, папа! Этот паршивый Хей говорил, что ты умер, а мама сказала, что нет! — обнял отца Дэвид и добавил: — Наша мама никогда не врет!