– Вашей сударыне повезло, все кости целы. Возможно сотрясение мозга, но вот так, на ходу, я определить не могу, да и темно. – Мужчина распрямился и натянул на руки перчатки. – Когда я увидел, что молодая девушка выпрыгивает из кареты, я не поверил своим глазам… Она рисковала жизнью. То, что случилось несколькими минутами раньше, не мое дело. Сейчас девушку необходимо доставить в тепло, и… – Доктор пристально посмотрел на стоящего рядом мужчину и безошибочно определил, к какому сословному классу тот относился. – И пригласите все-таки семейного врача. Еще один осмотр ей не повредит.

– Но вы уверены, что она ничего не сломала? – У Александра темнело в глазах от одной мысли, что его Машенька могла пострадать. В мыслях он уже считал ее своей. – Тогда почему она не приходит в себя?! Она же без сознания!

– Я не могу так точно определить, поэтому и советую пригласить доктора! Я искренне надеюсь, что девушка отделается ссадинами, ушибами и синяками.

Александр осторожно поднял графиню на руки. Из ее груди вырвался шумный вздох, точно ей не хватало воздуха.

– Спасибо вам! Я князь Митяшев, и мне бы хотелось вас отблагодарить. Вы молоды, и думаю, моя протекция вам будет не лишней. Завтра в пять я буду ждать вас у себя.

Доктор Емельянов улыбнулся. У него в семье два месяца назад родился первенец, с супругой они жили скромно, у него не было богатых и влиятельных клиентов, и предложение князя он воспринял, как новогодний подарок небес. Когда он спешил на помощь девушки, то у него и в мыслях не было, что она могла принадлежать к знатному роду. Напротив, он, грешный, подумал, что разгневанный барин со злости вышвырнул молоденькую содержанку из кареты. Мало ли какие причуды бывают у богатых господ… А тут такие дела.

Емельянов низко поклонился.

– Сочту за честь.

– Надеюсь, мне нет нужды говорить о том, что было бы предусмотрительно с вашей стороны молчать о сегодняшнем происшествии?

Доктор понимающе кивнул.

Подъем наверх занял куда больше времени. Александр не желал ни на минуту выпускать из рук драгоценную ношу. В памяти невольно воскресли события недалекого прошлого, когда он мчался в имение, не зная жива ли его дочь. Теперь пострадала Мария. Но на сей раз фортуна оказалась на их стороне, и он верил, что все обойдется.

Когда Александр поднялся на мостовую, то в первое мгновение не поверил своим глазам. Манохин по-прежнему находился у кареты, устало прислонившись к дверце спиной. Он держал голову руками и глухо стонал.

Первым порывом Александра был вызов на дуэль. Но потом… Где-то в глубине души он понимал, что, если застрелит родственника Марии, пусть и такого мерзавца, она всегда будет об этом помнить. И сможет ли его поступок простить нежная душа девушки?

С другой стороны, то, что он не уехал, могло пригодиться Александру.

– Вы, Манохин, подлец! – жестко сказал князь, решительным шагом направляясь к нему. Мария бессознательно вцепилась замерзшими пальчиками за его плащ.

Граф медленно поднял лицо, и в его глазах отразился ужас.

– Дуэль? – охрипшим голосом спросил он. Манохин неплохо фехтовал и сносно стрелял, но принять вызов на дуэль, где противник, бесспорно, превосходит умением… Он на это был не способен.

Александр с точностью угадал его мысли и насмешливо рассмеялся.

– Я не дерусь с трусами! Но… Я желаю, чтобы вы завтра же покинули Петербург, в противном случае о похищении графини Погодиной будет известно полиции и императору. Надеюсь, для вас не тайна, что наша семья принята ко двору и у нас влиятельные друзья в кругу императорской семьи?

Больше Александру ничего не стоило добавлять. Воспаленный мозг Манохина дорисовал картину и без дополнительных слов. Тот уже поднял ногу, чтобы занести ее на подножку, когда сердитый окрик князя остановил его:

– Нет! Я забираю у вас карету!

Манохин согласно кивнул.

Князь назвал кучеру адрес Марии, а сам с предельной нежностью положил девушку на мягкое сиденье. Она была бледной, и вид застывшей крови на ее нежной щечке резко контрастировал с цветом кожи. Александр еще раз нелицеприятно помянул графа и приказал кучеру трогать.

Вскоре Мария пришла в себя. Она робко открыла глаза. И первым кого увидела, был Александр.

– Вы?… – слабо выдохнула она.

Александр, как только заметил, что девушка пришла в себя, сразу же пересел к ней и взял холодные ладошки графини в свои руки.

– Как вы себя чувствуете? Что у вас болит? Голова не кружится?

Мария облизнула пересохшие губы, и ее голова самопроизвольно упала на плечо Александра. Она не была удивлена внезапным появлением князя Митяшева. То, что именно он спас ее было так… естественно.

Он был ее героем.

– Что произошло?… Куда мы едем? Последнее, что я помню, это, как выпрыгнула из кареты и покатилась вниз… – От ужасных воспоминай глаза девушки расширились, и она тревожно вздрогнула.

И тотчас надежные руки Александра обняли ее.

– Все хорошо… Не надо, не вспоминайте! Все осталось позади! Теперь вы в безопасности, со мной!

Машенька слабо улыбнулась. За прошедший час она два раза теряла сознание, голова побаливала, да и падение давало о себе знать.

– Вы меня спасли! – с благодарностью прошептала она, и ее глаза отразили все чувства, что она испытывала.

– Мария Александровна, вы очень смелая девушка! За последние часы вы многое пережили, вам требуется отдых. Поэтому, пожалуйста, я вас прошу, отдохните. Мы скоро прибудем к вам. Баронессе необходимо дать знать, что с вами все хорошо.

– Бедная Виктория Сергеевна, она, наверное, очень за меня волнуется?…

И не только баронесса, мысленно заметил князь, но, конечно, ничего подобного вслух не произнес. Еще не время.

Он чуть сильнее сжал ладошку Марии и заметил, как девушка устало прикрыла глаза.

Как только они прибыли к Марии, Александр тотчас поднял слуг, одного направил с известиями к себе домой, другого за семейным доктором. Его душа будет неспокойна до тех пор, пока он окончательно не убедится, что с Машей все хорошо, что при падении она не пострадала.

Пока слуги суетились вокруг барышни, Александр налил себе рюмку водки и залпом выпил горячительную жидкость. Кто бы мог предположить, что молоденькая графиня Погодина окажется такой отважной девушкой! Подумать только, не испугалась опасности, смогла постоять за себя. На это способна не каждая женщина. Губы князя тронула ласковая улыбка. А чему он, собственно, удивляется? Разве не она однажды предложила ему: «Возьмите меня замуж!»?

Смелая, решительная и одновременно такая нежная и ранимая.

Его Машенька.

Вскоре прибыл доктор. А следом за ним пожаловала и Виктория Сергеевна. Баронесса, когда узнала, что же произошло на самом деле, заметала гром и молнии.

– Я это дело так не оставлю! – бушевала она. – Они у меня еще узнают, как обижать Машеньку! Нет, каков мерзавец?! Да как ему в голову могло прийти такое кощунство? Похитить графиню Погодину, точно дворовую девку!!! Да что эти Манохины о себе возомнили? Неужели этот сопливый юнец думал, что останется безнаказанным? – Баронесса перевела дыхание и решительно попросила: – Александр, милок, будь так любезен, налей и мне водочки! Мне надо успокоиться! И как можно скорее! В противном случае я не выдержу и сейчас же отправлюсь к Манохиным!

Князь понимающе улыбнулся. Он сам едва сдерживался. Но останавливал себя мыслью, что подобные Манохину не достойны того, чтобы о них даже марали руки.

Но свое слово он собирается сдержать. Уж лучше дражайшему Кириллу Эльдаровичу по добру убраться из Петербурга, а желательно и вовсе из России.

Приглашенный врач поспешил их успокоить. Как и Емельянов он пришел к выводу, что графиня Погодина отделалась легким испугом и незначительными травмами.

– Конечно, ей необходим постельный режим. Виктория Сергеевна, умоляю вас, проследите, чтобы Мария Александровна в ближайшие дни не покидала постели. В ее состоянии лучшим лекарством будет покой и сон. А синяки и ссадины до свадьбы заживут.

Доктор откланялся, за ним засобирался и Александр. Но тут воспротивилась баронесса.

– Нет, и куда мы собираемся в такое время? – Виктория Сергеевна на душу приняла спиртного порядочно, и теперь в ней проснулся воинственный дух. – Я не желаю слышать никаких отговорок, мальчик мой! Я сейчас же прикажу приготовить для тебя комнату!

Князь Митяшев жалобно возвел глаза к небесам. Поистине несчастен тот мужчина, который решит поспорить с подвыпившей дамой!

9

Как Александр ни пытался уснуть, у него ничего не получалось. Он несколько раз менял положение, раздраженно взбивал подушки, потом махнул рукой на свои жалкие попытки и поднялся с кровати.

Настенные часы показывали пятнадцать минут пятого.

Бал у княгини Митяшевой был еще в самом разгаре, но Александр не спешил направляться домой. Он был рад, что баронесса настояла на своем, и он остался у них. Александр не особо сопротивлялся подобному предложению.

Его грела мысль, что где-то рядом мирно спит Мария.

И он искренне надеялся, что ее сон безмятежен.

За поднявшейся суетой Александр совсем забыл о себе, и сейчас его желудок громко оповестил, что, мол, хозяин, не плохо было бы перекусить. Князь усмехнулся. Снова будить слуг? Да нет, что он, малое дитя, сам не справится?

Накинув любезно предоставленный в его распоряжение халат, Александр легким шагом спустился вниз и направился туда, где, по его предположениям, должна располагаться кухня. Он увидел слабый свет и понял, что не ошибся. Наверное, кухарка уже проснулась и затеяла стряпню.

Но каково же было его удивление, когда вместо кухарки он обнаружил Марию. Девушка сидела на высоком стуле, поджав под себя ноги, и с завидным аппетитом ела пироги с молоком. Ее волосы свободно струились по плечам, на легкий домашний халат она накинула теплую шаль.

Неясный шум привлек внимание Машеньки, она подняла голову, и, когда увидела, кто именно стоит в дверях кухни, от неожиданности подавилась и зашлась в кашле.